Страница 55 из 99
Глава двадцатая
Лидия не успела даже толком высвободиться из объятий Джейка, как перехватила взгляд Адама, стоящего чуть слева за спиной Джейка.
Перед тем как они с Джейком начали целоваться, он как раз успел замереть на месте – и за это время не сдвинулся ни на дюйм. А такого выражения у него на лице Лидия не видела вот уже много лет, с самых ранних дней их брака, когда они бурно ссорились из-за того, что Лидия проводит слишком много времени с Тошем.
Он ревновал – неприкрыто и явственно ревновал.
Не такова ли была ее главная цель? Основной смысл всего списка. Заставить Адама осознать, сколько радости и счастья она еще может ему принести, как много он потерял, как сильно все еще хочет ее. Заставить его снова ее полюбить. Она же именно этого и хотела. По этому тосковала. Готова была на что угодно, только бы добиться цели.
Ведь правда же?
Через миг Адам резко развернулся и стремительно зашагал прочь. Аврора еле поспевала за ним на своих длинных безупречных ногах. Только тогда Лидия наконец убрала руки с Джейка. До сих пор она даже не замечала, что все еще держится за него.
– Прости, – сказала она, неловко отступая на шаг. – Мне пришлось… – Язык вдруг стал каким-то слишком большим и неповоротливым. – …соображать на ходу.
– Кто-то из родственников?
Она покачала головой.
– Бывший.
Джейк медленно кивнул все с той же кривоватой улыбкой на лице, и Лидия яростно покраснела, поймав себя на том, что пялится на его губы. Но если Джейк и заметил это, то никак не среагировал, лишь махнул рукой в сторону школы серфинга.
– Идем, Лил, вылезем из мокрого и найдем чего-нибудь пожевать.
При звуке чужого имени ей, как всегда, стало не по себе, только на этот раз иначе, холоднее обычного. Теперь в этом чувстве было больше вины, чем просто досады.
И все же она, как всегда, проглотила это чувство и с улыбкой кивнула в ответ. Доверять словам она еще не могла. Стоит ей открыть рот – и она выдаст себя, ведь на губах у нее еще витает вкус его соленых губ.
Они вместе зашагали обратно по пляжу, старательно держась на некотором расстоянии друг от друга, и Лидию захлестнула волна облегчения, когда они наконец забрали в маленьком офисе школы ключи от своих шкафчиков и двинулись по лестнице к раздевалкам.
В школе имелась отдельная мужская и женская раздевалка, а вот душевая была общая – маленькая комнатка с шестью душами, расположенными по трем сторонам.
Когда Лидия туда вошла, Джейк уже стоял под душем – вылезти из мокрого гидрокостюма оказалось сложнее, чем она думала, примерно как ободрать шкурку с сосиски.
Она нарочно выбрала душ по диагонали от него. Сама мысль оказаться рядом с ним или совсем напротив повергала ее в смущение. Лидии всегда казалось, что наблюдать, как человек принимает душ, – занятие крайне интимное, а уж когда этот человек десять минут назад сжимал ее в объятиях – тем более.
Но, подставив гудящее каждой мышцей тело под напор тугих струй, она, пусть и ненадолго, отвлеклась от этого всего. Закрыв глаза, чтобы не заливало, она вымыла соль из волос и, по возможности, с прикрытого только купальником тела. Привычная рутина успокаивала. В какой-то момент Лидия даже настолько глубоко задумалась, что случайно посмотрела прямо на Джейка – тот как раз споласкивал волосы, запрокинув голову назад, так что пенная мыльная вода каскадами струилась по его рельефному телу, точно на секси-фотосессии.
Господи, спаси и помилуй.
Торопливо отвернувшись, Лидия кое-как сумела кивнуть Джейку, когда он, выключив душ и проходя мимо, остановился сообщить, что подождет ее снаружи. Наконец дверь за ним закрылась, оставив Лидию наедине со своими мыслями и с неожиданно волнующим запахом геля для душа, которым пользовался Джейк. Лидия тихо вздохнула.
Да что же с ней сегодня такое, а?
Прошло добрых двадцать минут, прежде чем она тоже вышла наружу, под слепящее летнее солнце. Дойдя до стены, у которой сидел Джейк, она с улыбкой прикрыла глаза, подставляя лицо лучам. Она всегда любила лето.
Она извинилась за то, что заставила Джейка ждать, хотя он, кажется, ничего не имел против, и они вместе отправились на поиски еды. Лидию слегка мутило, и голода она не чувствовала, но от запаха жареной картошки с рыбой от ближайшего прилавка он навалился на нее с такой силой, что она выпалила совершенно неожиданно для себя:
– Я сейчас убить готова за рыбу с картошкой.
Джейк оглянулся на нее, уголок рта у него чуть искривился.
– Учитывая, что тут только ты и я, меня это слегка беспокоит.
– И правильно, – сказала она, не глядя на него и пытаясь сдержать улыбку.
Но он лишь засмеялся, подошел к прилавку и заказал на них двоих, отмахнувшись от попыток Лидии заплатить за свою порцию.
– Ты вовсе не обязан теперь платить за меня только оттого, что мы целовались, – выпалила она и тут же захотела поймать свои слова на лету и зашвырнуть куда-нибудь подальше, чтобы он никогда их не услышал.
Но это, разумеется, было невозможно. Джейк снова оглянулся на нее, чуть приподняв обе брови.
– Я плачу за тебя не потому, что мы целовались, – произнес он почти без тени юмора в голосе. Напротив, в его тоне сквозило нечто такое, от чего Лидии захотелось провалиться под землю. – Я плачу за тебя потому, что мы празднуем.
Она недоуменно наморщила лоб.
– Празднуем?
Он тихонько фыркнул.
– Ну будет тебе, Лили.
Ох.
Он вытащил из кармана шортов красный фломастер.
Поцелуй начисто вытеснил из головы Лидии все мысли о списке, но она машинально достала его – на чистых рефлексах, как собака Павлова – и провела жирную черту по пункту номер шесть:
«Научиться плавать на доске для серфинга»
. А потом вернула фломастер Джейку, все еще понятия не имея, что они собираются праздновать.
Должно быть, он прочел это по ее лицу, потому что громко расхохотался, забирая у нее фломастер, и, не сводя глаз с ее лица, убрал его обратно в карман.
– Начиная с сегодняшнего дня ты официально выполнила свой список больше чем наполовину.
– Пять закрыто! – До нее наконец дошло.
Джейк широко улыбнулся.
– Четыре осталось.
Они уселись со своей едой на склоне над пляжем, зарываясь босыми ногами в песок и с наслаждением вгрызаясь в дивно уксусную рыбу в тесте и хрустящую картошку под лучами палящего с безоблачного неба солнца.