Страница 18 из 27
Эмилия уехала первой, быстро влюбилась в Томаса и обзавелась собственным домом. Потом Шарлотта вышла замуж за Чарльза. А затем и Лиза — сначала университет, а потом путешествия по миру. И когда в этом огромном пустом доме остались только мы двое, притворяться, что любим друг друга, казалось уже бессмысленным. Я подозревала, что у него были любовницы — возможно, проститутки во время командировок, — но он ни в чем не признавался».
«Вы думали, что он уже изменял?» — уточнил Реми.
«Да, возможно… подозрения были настолько сильны, что я не почувствовала вины, когда появился Альфи», — она посмотрела на него через стекло оранжереи, а он всё ещё листал свой телефон в неловком молчании. Дженни заметила, как Эванджелина смотрит на него. Между ними, может, и была разница в сорок лет, но она явно любила его. Она прочистила горло, неловко посмотрела на сад и добавила: «Он был другом Томаса, мы виделись с ним лишь изредка на вечеринках. Прошлым летом у нас была вечеринка в саду, и я застала Альфи одного в библиотеке, играющего на фортепиано. Меня просто охватило какое-то чувство, и я поцеловала его. Он ответил на поцелуй, и одно привело к другому… После первого раза я просто не могла остановиться. Я договаривалась с ним о встречах, когда только могла. Я не думала, что он когда-нибудь по-настоящему столкнется с Джеффри — по крайней мере, надолго. Но потом Эмилия объявила о помолвке».
«И тогда ты поняла, что он будет появляться гораздо чаще?» — предположила Дженни.
«Томас выбрал его шафером. Это было логично, конечно, они были близкими друзьями. Но Эмилия и Томас решили переехать сюда на время свадьбы. Мы поселили их в одном из коттеджей на территории поместья, чтобы у них было собственное пространство, с расчётом на то, что однажды Эмилия унаследует всё и тогда сможет переехать со своей семьёй в главный дом. Тогда Альфи часто бывал здесь, помогая им всё организовать. Мы использовали любую возможность, чтобы побыть наедине. И именно тогда Джеффри нас увидел».
«Но сначала он не злился, так ты сказала?» — спросил Реми.
«На меня — нет. Но на свадьбе он не смог сдержаться в отношении Альфи. Он был так жесток с ним, унижал его при каждой возможности. «Альфи — не агрессивный человек, но часть меня задавалась вопросом… может, даже надеялась… нет! Это ужасно — так говорить».
«Но ты именно так и чувствовала?» — Дженни хотела докопаться до сути этого чувства. «Ты надеялась, что Альфи совершил бы ужасный, но романтический поступок из любви ко мне».
«Часть меня надеялась на это, да», — пискнула она. «Хотя я знаю, что он бы никогда так не поступил».
«Вы же понимаете, леди Невилл, что это также даёт вам мотив», — сказал Реми. «Теперь, когда Джеффри мёртв, вы можете быть с Альфи».
«Я не осознавала этого», — пробормотала она. Она выглядела растерянной, обдумывая последствия, и в её глазах смешивались странные чувства — грусть и надежда. «Мои дети никогда не поймут нашей любви… но, может быть, у нас всё получится». Она отступила, словно только сейчас сопоставив воедино слова Реми. «Я понимаю, как это может служить мотивом, но я не убивала своего мужа. У меня есть свидетели, которые подтвердят, что я была на мосту вместе со всеми остальными за полчаса до того, как его нашли в воде».
Это правда, подумала Дженни.
Она бросила взгляд на Реми.
«Хорошо, спасибо, что уделили время, леди Невилл, — сказал Реми. — Возможно, нам понадобится ещё раз с вами поговорить. Не могли бы вы, пожалуйста, послать к нам Альфи?»
Альфи всё подтвердил, хотя и с гораздо меньшей теплотой.
«Она была классная, — пожал он плечами. — Ну, знаете, как для женщины постарше. Типа „пума“, „MILF“».
«Понятно», — кивнула Дженни, удивлённая его легкомыслием, учитывая тот поток любви, который изливала Эванджелина. «Значит, для тебя это было просто физическое влечение».
«Ну, она ко мне хорошо относится и всё такое», — Альфи пожал плечами. «И просто потрясающая красавица, понимаешь? Но, типа… она была замужем. Это было просто развлечение. Мне не хотелось, чтобы её муж из-за этого на меня наезжал».
«Ты не хотел развивать ваши романтические отношения дальше?» — спросила Дженни, уже зная ответ.
Он презрительно фыркнул: «Неа. Она настоящая красотка, но она на целых сорок лет старше меня. К тому же у меня есть девушка в Лондоне. Она наследница того парня, которому принадлежит та компания по производству печенья, знаешь, та, у которой такая запоминающаяся телереклама. Миллиардер. Так что, наверное, через пару лет я на ней женюсь. Мне просто нравилось приезжать сюда на выходные, чтобы пострелять, и немного развлечься на стороне. Что тут скажешь, леди Невилл — просто бомба в постели».
«
Фу
», — подумала Дженни. «
Этот парень — свинья
».
«Тогда я могу с уверенностью предположить, что ты не толкал лорда Невилла в канал в надежде быть с этой женой?» — спросил Реми.
«Ого, это было бы безумием», — рассмеялся Альфи. «Я сказал, что она хороша в постели, но не настолько, чтобы я хотел сесть в тюрьму ради неё».
«Поняла», — кивнула Дженни. «Спасибо, что поговорил с нами».
Они поговорили с Эмилией, которая, казалось, искренне опечалена смертью отца, а затем с Томасом. На момент убийства местонахождение обоих подтвердили многочисленные свидетели на мосту и фотограф.
То же самое можно сказать и о средней дочери, Шарлотте, которая плакала, когда они допрашивали её, и о её муже, скучном, но надёжном Чарльзе.
Лайза, однако, имела что сказать.
«В этой семье полно тайн», — сказала она. «Как я уже говорила вам вчера, я не исключаю, что любой из них способен на убийство. Все они любят деньги и статус».
«Но не ты?» — спросил Реми. «Ты другая».
«Послушай, я понимаю, я тоже избалованная богатая девчонка, путешествующая по миру за папины деньги, но, если бы я унаследовала состояние, я бы использовала его во благо. Не так, как Эмилия».
«Твоя мама сказала, что Эмилия должна унаследовать всё», — заметила Дженни. «Это сделает её герцогиней Яксли-Мэнор?»
«Папа не был герцогом», — терпеливо ответила Лайза, хотя и скрыла ухмылку, увидев неосведомлённость Дженни. «Просто обычный лорд. Эмилия не получит никаких новых привилегий, по сути, только кучу денег, земли и приглашений на шикарные вечеринки».
«Просто обычный лорд», — Дженни чуть ли не завыла от смеха. Лайза, безусловно, самая терпимая из всех, но она всё равно довольно далека от реального мира.