Страница 52 из 74
— Второе. Найди остатки того кваса. Слей в чистую тару. По возвращении в Москву отдадим в лабораторию Морозовым, пусть Кирилл Матвеевич со своими химиками разберет эту дрянь на молекулы. Я хочу знать, чем нас травили. Это может вывести на заказчика.
— Понял.
— На этом всё. Работай.
— А Синий? Мы так и отпустим эту мразь? — в голосе Гордея звучала неприкрытая обида за то, что он, начальник безопасности, проспал покушение на своего сюзерена.
Я подошел к окну и выглянул в темноту, туда, где за забором прятался лес.
— Не отпустим, Гордей. У него моя метка на ноге. Рана глубокая, кровь он теряет. Долго бегать не сможет. Мы вычислим его позже. Москва маленькая, а мир наемников еще меньше. Он всплывет. И когда он всплывет, я сдерну с него этот синий шрам вместе с кожей.
Гордей кивнул:
— Я всё понял, командир. Разрешите выполнять?
— Выполняй.
Он развернулся и пошел будить бойцов.
Я остался один в разгромленной комнате. Холодный ветер из разбитого окна обдувал разгоряченное тело. Я опустился на уцелевшее кресло, рядом с которым посапывал Снежок.
Магия понемногу возвращалась. В груди снова появилось знакомое тепло живицы, меридианы прочищались от действия снотворного.
Я покрутил в руках боевой нож. На лезвии краснела кровь Семёна.
Игра становилась всё интереснее. Кто-то снова заинтересовался в моей смерти. Долгополый? Вполне возможно. Узнал, что мы лезем в его воронежские схемы, и решил убрать проблему чужими руками? Похоже на его стиль. Или кто-то другой?
Хм… Как говорил товарищ Сталин: «Жить стало лучше… жить стало веселее»