Страница 23 из 74
Глава 7
В семь вечера экран моего смартфона мигнул, когда выдал сообщение с незнакомого номера: «Сухая ива. Сущёвский Вал, 18. Кирюхина».
Я хмыкнул, покрутил аппарат в пальцах. Ну что же, «Сухая ива» так «Сухая ива». Название так себе.
Но выбор места говорил о многом. Евлампия Романовна Кирюхина вряд ли хотела светиться в тех ресторанах, где может тусоваться московская аристократия. Ей нужна была тишина, полумрак и отсутствие лишних глаз. Умная женщина. Впрочем, другая бы не стала помощницей князя.
Я спустился на первый этаж базы. Жизнь кипела: гвардейцы тренировались разбирать и собирать оружие, из столовой тянуло наваристым борщом. Всё-таки после запуска ресторанчика, который я назвал «Бункер», жизнь подопечных улучшилась. Да и у Матрёшки появилась занятость, что благоприятно сказывалось на настроении коллектива. Она хоть и не была в «Бункере» главным поваром, но чувствовала себя там немаловажным лицом. И база вздохнула чуть свободнее…
Я нашел Гордея Степанцова в дежурке. Мой начальник службы безопасности хмуро изучал графики патрулирования.
— Гордей, — окликнул я его, пока накидывал кожаную куртку. — Я отъеду на пару часов. В город.
Степанцов тут же подобрался, его спина выпрямилась.
— Понял, Ваша Милость. Сейчас подгоню машину. Ещё с собой кого взять? Парни из группы быстрого реагирования как раз…
— Нисколько, — перебил я, поднимая ладонь. — Я еду один. И предупреждаю, если замечу слежку, то буду крайне недоволен!
Гордей нахмурился ещё больше:
— Командир, при всем уважении… Отпустить вас одного будет нарушением всех протоколов безопасности.
— Гордей, ядрёна медь, — я чуть склонил голову. — Мне нужно встретиться с человеком, который при виде кортежа сбежит. Сегодня не нужно привлекать внимание. Я беру свою машину и еду один. Это приказ. И чтобы никаких «хвостиков» и скрытого наблюдения, ясно?
Степанцов вздохнул, но спорить не посмел. Взглянул на планшет и потом поднял взгляд:
— Слушаюсь, командир. Кнопка экстренного вызова на браслете функционирует исправно. Мы если что на стрёме.
— Договорились, — я хлопнул его по плечу и вышел во двор.
В гараже меня ждала моя ласточка. Черная «Лада Стрела», машина, которая только с виду казалась обычным седаном представительского класса. На деле же под её капотом урчал форсированный движок, кузов обшит композитной броней, способной выдержать попадание из крупнокалиберного пулемета, а стёкла не пробить слабой магией.
Пришлось принять меры после взрыва и прочих неприятностей.
Я прыгнул за руль, вдохнул запах дорогой кожи, завел мотор. Двигатель отозвался сытым рыком. Выехав за ворота базы, я влился в вечерний поток машин, направляясь в сторону Москвы.
Вечерняя столица встретила меня вязкими пробками. Красные огни стоп-сигналов тянулись до самого горизонта, сливаясь в одну бесконечную пульсирующую реку. Красота! Сидишь в бронированной капсуле, слушаешь негромкий джаз из колонок и материшь каждого хитровыделанного, который пытается влезть в твой ряд без поворотника.
Пока толкался в пробках, охотничьи инстинкты работали на полную катушку. Я постоянно сканировал зеркала заднего вида, отслеживая машины, которые держались за мной слишком долго.
Черный внедорожник? Нет, свернул направо.
Серая легковушка? Отстала на светофоре.
Мои ребята из гвардии приказ выполнили. Если я сказал, что еду один, значит, еду один. Никто не рискнул прицепиться ко мне «хвостиком». Это не может не радовать. Дисциплина в отряде растёт на глазах!
И это хорошо, так как я планировал в дальнейшем расширять свою гвардию и внедрение дисциплины в новую волну должны будут делать старые волки. А учёба, проверенная на своей шкуре, будет лучше доноситься и до новичков.
К Сущёвскому Валу я подъехал спустя час. Заведение «Сухая ива» я нашел далеко не сразу. Оно располагалось на первом этаже трехэтажного здания из красного кирпича, которое выглядело так, словно пережило пару революций и одну бомбежку.
Вывеска, информирующая о том, что ресторан находится именно здесь, была скрыта стволом могучей липы. Если днем золотистые буквы еще можно было разглядеть, то вечером вывеска тонула в глубокой тени. Неплохое место для конспиративных встреч. Случайный прохожий сюда вряд ли забредет.
Я припарковал «Стрелу» чуть поодаль, в темном кармане двора. Проверил, легко ли выходит нож из ножен (хоть я и маг огня, но боевое оружие еще никто не отменял), и направился ко входу.
Толкнул дверь и оказался в уютном холле, отделанном темным деревом. Мило, уютно, аккуратно. На стенах изображения деревьев над рекой.
Навстречу мне выпорхнула хостес — миловидная девушка в черном платье. Улыбнулась.
— Добрый вечер, господин. Вы бронировали столик? — пропела она.
— Добрый, — я кивнул, снимая куртку. — Меня здесь уже ждут. Госпожа Кирюхина…
Она ловко подхватила мою куртку, повесила в гардероб и, бросив на меня оценивающий взгляд (видимо, пытаясь определить мой статус по качеству одежды и осанке), повела рукой:
— Прошу за мной. Я провожу вас.
Мы прошли через основной зал. Народу было немного. Пара скучающих парочек, компания мужчин в деловых костюмах, тихо обсуждающих какие-то свои схемы. Хостес провела в дальний, слабо освещенный угол заведения.
Там за небольшим круглым столиком сидела Евлампия Романовна.
Я мысленно поаплодировал ей. Она выбрала идеальную позицию. Полусумрак скрывал ее лицо от любопытных глаз, а с улицы, сквозь тонированные окна, ее вообще было не разглядеть. Зато сама она сидела лицом к залу, спиной к глухой стене, и прекрасно видела каждого, кто входил в ресторан.
Если бы я сам садился кого-то ждать, ожидая подвоха, я бы выбрал именно это место. Школа выживания в корпоративных джунглях Долгополых явно не прошла для нее даром.
Я подошел к столику, отодвинул стул и опустился на мягкую обивку.
— Добрый вечер, Евлампия Романовна, — проговорил я, чуть наклонив голову в знак приветствия. — Вы даже не представляете себе, как я рад вас видеть. И ещё больше рад, что вы оказались женщиной благоразумной.
Сегодня на ней был строгий серый кардиган, волосы собраны в тугой узел. Никаких украшений, минимум макияжа. Прямо-таки серая мышка, сливающаяся с интерьером.
— Отчего же, Елисей Святославович, — ее голос прозвучал. — Прекрасно представляю. Хотя и не могу разделить ваших восторгов.
Она сцепила пальцы в замок на столешнице. Костяшки побелели.