Страница 46 из 81
Иллюзии выглядели живыми. Они плавали, они поворачивали, они работали хвостами, разгоняя воду. Каждая — со своей траекторией, своим ритмом, своими едва уловимыми отличиями. Через десять секунд в бассейне кружило два десятка акул, и фиолетовые блики метались по стенам, по потолку, по лицам офигевших охранников.
Клиент подошёл к краю бассейна на небезопасное расстояние. В ту часть, где нет ограждающего бортика. Стоял и смотрел. Виноград, бокал, шезлонг — всё осталось позади, забытое и ненужное.
— Она создаёт иллюзии, — произнёс он с настоящим потрясением. — Как я. Вы нашли акулу с таким же даром, как мой?
— Нашёл, — подтвердил я с лёгкой улыбкой. — Или, если точнее, помог ей обрести этот дар. Перед вами эксклюзив, полученный с помощью ядра Зеркального Эфирного Ската. Единственный экземпляр, идеально подходящий под вашу ауру. Как вы и заказывали.
— Родственные души! — возвестил Архимед. — Рыбка — иллюзионист! Клиент — иллюзионист! Готовьте денежки, бур-р-ржуи! Фи-фьють!
Мужчина смотрел на воду. Иллюзорные акулы постепенно таяли, растворяясь в фиолетовых всполохах, пока в бассейне не осталась одна только настоящая. Она неторопливо кружила у поверхности, демонстрируя новую полосатую окраску и уверенные движения зверя, осознавшего собственное могущество.
— Желаете познакомиться с ней поближе? — спросил я.
Клиент бросил быстрый взгляд на охрану. Старший телохранитель почти незаметно качнул головой — нет.
— Я гарантирую безопасность, — сказал я. — Она сейчас сытая и спокойная. Послеэволюционная эйфория, если угодно. Боль прошла, а сила пришла. Лучшего момента для знакомства придумать нельзя.
Пауза длилась с полминуты. Потом заказчик кивнул. Моё сознание потянулось к акуле. Послал ей образ: поверхность, край, рука — тёплая, безопасная, не добыча. Запах человека. Прикосновение, которое означает «свой».
Акула качнулась и пошла наверх.
Я присел на корточки у кромки воды. Та стояла вровень с кафельными плитками, и когда широкая морда вынырнула, я провёл ладонью по её носу. Кожа оказалась прохладной, шероховатой — как мокрая наждачная бумага. Под пальцами я ощутил лёгкую вибрацию электрорецепторов, считывающих биоэлектрическое поле моей руки.
— Можете присесть рядом, — негромко сказал я клиенту. — Медленно. Без резких движений.
Он опустился на колено. Помедлил. Потом протянул руку и коснулся акульего носа кончиками пальцев. Рыба продолжала работать хвостом, чтобы оставаться на одном месте и дышать. Сейчас она чуть подалась вперёд, ткнувшись в ладонь богача. По её телу пробежала еле заметная фиолетовая рябь — эхо иллюзорного дара, откликнувшегося на родственную магию.
Маска на лице анонима дрогнула. Я заметил это краем глаза — иллюзия подёрнулась, на долю секунды истончилась, будто та эмоция, что хлынула изнутри, оказалась слишком сильной для маскировки. Под фальшивыми чертами проступило что-то… мальчишеское. Чистый, незамутнённый восторг, какой бывает только у ребёнка, впервые потрогавшего дельфина.
— Ну и зубищи! — констатировал Архимед, нависая с моего плеча. — Хор-р-рошая рыбка! Кусь — и нет руки! Берегите пальцы!
Пока клиент гладил акулу, я сунул в рот кусочек припасённого Медоноса, будто конфету. Живительная мана начала растекаться по телу, даря облегчение. Тихо активировал «Определение совместимости» и направил навык на пару — человек и зверь. Пять единиц маны списалось, перед глазами развернулась строчка:
Совместимость: 85%. Высокая. Стихийный и ментальный резонанс — в оптимальном диапазоне.
— Если хотите, я могу установить между вами привязку, — сказал я. — Тогда вы сможете общаться с ней вот так — образами, ощущениями — в любое время, на любом расстоянии.
Заказчик покачал головой, но как-то рассеянно, будто спорил скорее по привычке, чем по убеждению.
— Я никогда не привязываю своих животных. Ментальный канал — это уязвимость.
— Привязка позволит вам общаться с ней так же, как это делаю я. Без неё акула станет просто рыбой в вашем бассейне. С ней она будет чувствовать вас, а вы — её. Для мага иллюзий синхронизированный питомец с тем же даром — это продолжение вашей же силы.
Клиент промолчал. Его пальцы всё ещё лежали на акульей морде. Зверь медленно двигал хвостом, удерживаясь у борта. Идея бессловесного контроля над таким существом явно ударила по его амбициям. Он задумался, взвешивая риски.
— Восемь миллионов, — наконец произнёс он. В голосе снова зазвучал металл дельца. — Больше всё равно не дам. Да, это эксклюзив, но, поверьте, в моей коллекции есть и поэксклюзивнее.
Я даже не моргнул. Восемь миллионов за рыбу, которая досталась мне бесплатно из гачи и обошлась в щепотку пыльцы и пучок шерсти. При таком раскладе я точно не собирался давить или торговаться.
— По рукам.
— Привязку сделаете, — добавил клиент, поворачиваясь ко мне. — Но учтите, Егерев. Если я узнаю, что в этом канале осталась ваша закладка, следилка или любой другой способ меня найти…
— Конфиденциальность! — перебил Архимед. — Врачебная тайна! Р-р-рот на замок! Швейцар-р-рский банк! Нем как р-р-рыба! Вот ей-богу!
— … то вы узнаете, что означает моё неудовольствие, — закончил клиент, проигнорировав попугая с поразительным хладнокровием.
Я положил правую ладонь на мокрый нос акулы. Левую — на плечо заказчика. Навык «Создание привязки» активировался мгновенно. Мана хлынула по каналам, соединяя два живых существа в единый контур. Стоимость: уровень цели, двадцать два, умножить на десять — двести двадцать единиц. Пришлось выскрести из браслета все остатки и добавить то, что успело восполниться в моём ядре благодаря фрукту из данжа.
И в тот краткий миг, когда мана текла через меня, «Манипуляция энергией» автоматически считала каналы клиента. Не вглубь, не взламывая защиту — просто поверхностный отпечаток, как рука, скользящая по рельефной карте.
Каналы в области головы деформированы. Искривлены, утолщены в одних местах, истончены в других. Ледяной холод скользнул вдоль позвоночника. Пришло чёткое осознание: под безупречной маской скрывается не просто другое лицо. Там, за слоем перенаправленного света, таится нечто такое… не знаю, какое. В том и дело.
Я оборвал контакт и убрал руки.
Привязка замкнулась. Аноним вздрогнул. Его глаза расширились, кадык дёрнулся. Его рука, лежавшая на акульей морде, чуть задрожала.