Чужанские заботы

Прежде он разговаривал сам с собой, но теперь, когда они с нежитью установили крепкую связь, в его высказываниях появилось больше смысла. Ему даже казалось, что порой кадавр, пусть и не говоря ничего, ему отвечал. Это читалось в глазах.

Ратник побыл еще немного времени возле своего творения, хотя его и подташнивало от запахов и картины разлагающихся трупов под лапами нежити. И уже собрался было возвращаться обратно, предчувствуя, как придется бежать около восьмидесяти верст, когда испуганно замер.

Нежить, тонко улавливающая страх своего создателя, торопливо завертела головой. И не обнаружив источника опасности недоуменно уставилась на ратника. После смерти Ломового, впитав его хист, Крепыш стал способен на простейшие эмоции. Вот и теперь он искренне не понимал, что происходит с хозяином.

А тот, замерев, словно боялся себя обнаружить, продолжал вслушиваться в отголоски чужого хиста. Мощного, зовущего подобно прибрежному ревуну посреди бушующего шторма.

— Ты не чувствуешь? — наконец прошептал ратник.

Нежить ничего не ответила. Не потому что не была способна говорить, сама формулировка вопроса стала невероятно странной для Крепыша. Впрочем, и сам рубежник вдруг ощутил, что короткий импульс быстро прекратился, словно его прежде и не существовало. Он хотел было даже плюнуть и забыть о произошедшем, мало ли чего может случиться в лесу. Жизни не хватит, чтобы перестать удивляться рубежной природе. К тому же, здесь они с Крепышом были исключительно гостями и ненадолго. Поэтому и обращать пристальное внимание на всякие странности попросту глупо. Пусть тверские ратники, если они и забредают в эту глушь, разбираются.

Вот только не успел он подумать об этом, как случилось еще более невероятное. Рядом, практически около границ их с Крепышом владений показалась нечисть. Да не простая, а берегиня, существо настолько редкое, что за всю свою жизнь ратник сталкивался с ними лишь дважды, а пожил он порядочно.

Первым желанием было схватить ее и скормить Крепышу. Шестирубцовая нечисть, сама пришедшая в руки, разве это не подарок судьбы? Правда, первое желание, которое часто называют самым правильным, исчезло довольно быстро, потому что ратник обратил внимание на состояние незнакомки.

Почему-то молва относила берегинь к числу невероятно притягательной и красивой нечисти. Как это часто бывает, чем больше (и рубежники не стали исключением) говорили о чем-то, тем меньше в этом было правды. С виду — обычные женщины. Массивные, как классические русские бабы, с крепкими руками, кряжистые, разве что волосы невероятно длинные, но тут все просто — в природе хорошего парикмахера не встретишь. Но если говорить с точки зрения красоты, то те же мавки или русалки были намного притягательные. Пусть и последствия связи с ними оказывались плачевнее.

Именно сейчас эта нечисть, босая, в широкой и рубахе, напоминающей сорочку, прошла по самой границе действия печати. И зашагала дальше.

Рубежник замер на мгновение, после дал знак Крепышу оставаться на месте, а сам метнулся за нечистью, чуть не упав, когда торопливо спускался с кургана мертвецов. Он заколебался на мгновение, у самой кромки чистой земли, где еще действовала печать. Стоит ему выйти наружу, как берегиня тут же его почувствует. А там уж как пойдет, вдруг внезапное появление человека та воспримет как угрозу. Опять же, назывались они берегинями, но ты попробуй задобри эту сильную нечисть. Если попадешь в немилость — мало не покажется. Конечно, справиться с ней он справится, все-таки не мальчик, но вдруг подранит?

Однако предчувствие, которое редко обманывало ратника, гнало его навстречу чему-то неизведанному, невероятно странному, происходящему здесь и сейчас. И ведомый инстинктом рубежник шагнул вперед.

Он подождал мгновение, другое и понял, что ничего не изменилось. Берегиня все так же уверенно удалялась, не обратив никакого внимания не выскочившего из «ниоткуда» рубежника. Ратник видел в жизни много чего необычного, но происходившее сейчас его невероятно заинтриговало.

С гулко бьющимся сердцем он догнал нечисть, подстраиваясь под шаг берегини, и заглянув ей в лицо. Ничего особенного он там не увидел, даже глаза не блестели стеклом, словно нечисть кто-то придавил. Напротив, незнакомка посмотрела на рубежника, но мимоходом, точно все происходящее сейчас не имело никакого смысла. Существовала в ее жизни другая, более весомая цель, которая превосходила по значимости все остальное.

Рубежник так опешил, что даже на мгновение замер, и только после небольшого размышления продолжил преследование нечисти. Он решил вполне резонно, что ему надо выяснить причину происходящего, пока в здешних лесах приходится укрывать Крепыша. Лишним это явно не будет.

Поэтому ратник чуть подотстал от берегини, чтобы случайный прохожий не заметил его, но при этом оставляя нечисть в зоне видимости. Та продолжала идти, неторопливо, в одном темпе, аккуратно обходя различные препятствия. Рубежник несколько раз закинул Невод, поглядеть на окрестности, но ничего интересного не нашел. И будто бы даже успокоился, когда берегиня вдруг пропала из виду. Пришлось спешно догонять ее, чтобы обнаружить любопытную картину.

Лес, вместе с деревьями и кустарниками, здесь резко обрывался, переходя в крутой склон. Вниз можно было спуститься только тут. С остальных сторон долина оказалась укрыта отвесным каменистым выступом, а далее неприступным буреломом, словно недавно здесь прошел ураган, и болотом, заросшим ряской и рогозом.

Про себя рубежник отметил, что место невероятно интересное, отличающееся от прочих здешних пейзажей. И любопытнее всего было то, что оно оказалось обжитым. У самой кромки бурелома, словно укрытая какой-то непонятной защитой, виднелась маленькая землянка. Старая, покосившаяся, с потемневшим от времени деревом и присыпанной сверху землей, где только всходила трава. Наверное, летом обнаружить этот домик представляется задачей вовсе нетривиальной.

Рубежник знал, зачем нужны такие хижины в самых глухих лесах. Зачастую их посещали охотники при долгих переходах и открывали местонахождения подобных домиков своим же. Правила пользования были простыми — при уходе наколоть дрова и натаскать воды, чтобы следующий посетитель не задумывался о таких хозяйственных мелочах после долгого перехода.