Страница 52 из 60
— Но сегодня твоя кровь, твой разум и твое бесстрашие спасли мою жизнь и спасли это государство от кровавой смуты. Ты вернула короне дыхание, когда даже придворные лекари опустили руки.
Император повернулся к лорд-канцлеру:
— Внести в Большую Золотую книгу империи чрезвычайный эдикт!
Канцлер торопливо развернул чистый свиток, макая золотое перо в чернила.
— Первое, — отчеканил Август. — Все акты об Отсечении Агнесс де Вальер от прав наследования признаются преступными и юридически ничтожными с момента их подписания. Графиня Агнесс де Вальер восстанавливается во всех родовых титулах, привилегиях и правах.
Зал сдержанно выдохнул.
— Второе, — продолжил государь, и его голос набрал полную силу. — Все имущественные права, земельные наделы, мануфактуры и концессии на добычу серебра в бассейне де Вальер признаются ее единоличной, неделимой и неотчуждаемой собственностью на вечные времена. Ни корона, ни Сенат не имеют права вмешиваться в управление ее владениями.
Алена стояла неподвижно. Ее сердце билось ровно, мощно. Она добилась своего. Абсолютная независимость, колоссальные ресурсы и признание высшей власти.
Но император еще не закончил.
Август повернулся к Керну, окинув взглядом его окровавленную кирасу и тяжелый палаш:
— И третье. Я вижу на твоей ключице древнее клеймо дома Керн, графиня. И вижу кровные узы, которые связывают тебя с моим Верховным комтуром.
Монарх положил свою ладонь поверх соединенных рук Алены и Родерика:
— Именем короны и Высшего суда Ольденгара, я признаю этот брак законным, священным и нерушимым пред лицом людей и богов. Отныне ты — леди Агнесс Керн, графиня де Вальер. Хозяйка Севера и правая рука Канцелярии Дознания.
Гул одобрения прокатился по залу.
Генералы гарнизона синхронно ударили кулаками в кирасы, салютуя новому союзу. Сенаторы склонились в глубоком поклоне перед женщиной, которая за одни сутки перевернула всю расстановку сил в государстве.
Керн медленно повернул голову к Алене.
Его пальцы в тяжелой перчатке переплелись с ее пальцами, сжимая их с железной, неоспоримой силой. В его стальных глазах не было светской фальши — там горело признание равного, темное, собственническое пламя мужчины, который нашел свою истинную пару и никогда ее не отпустит.
Алена встретила его взгляд в упор, не отводя глаз.
Она чувствовала через связь, как бьется его сердце — мощно, в унисон с ее собственным ритмом. Они победили здесь, в сердце столицы. Они вырвали власть из рук предателей.
Но в этот момент тяжелые двери галереи снова распахнулись.
На пороге зала возник запыхавшийся офицер гарнизона серебряных провинций. Его походный плащ был покрыт дорожной пылью и гарью, на лице застыла тревога.
Офицер бросился на колени перед помостом, тяжело переводя дыхание:
— Государь! Леди Керн! Срочная депеша из родового имения Линдбергов!
Алена напряглась, ее пальцы рефлекторно сжали ладонь комтура:
— Докладывай.
— Управляющий Линдбергов и личная стража графа отказались подчиниться указам столицы! — выкрикнул офицер. — Они заперлись в родовом замке Вороньего Пика! Они грабят сокровищницы, сжигают архивы мануфактур и заминировали главные подъемные механизмы центральных серебряных штреков пороховыми фугасами! Если их не выбить оттуда до заката — все рудники взлетят на воздух!
Керн медленно опустил руку на эфес палаша. Его лицо вновь превратилось в каменную маску карателя:
— Похоже, наш триумф придется отложить, графиня.
Алена повернулась к нему. Ее серые глаза сузились, а на губах появилась холодная, хищная усмешка хирурга, готового к окончательной зачистке гнойного очага:
— Собирай полки, муж мой. Мы едем выжигать это осиное гнездо дотла.