Страница 40 из 75
— Ни о чём, — сказала Олеся. — Просто когда мужчина зовёт другого мужчину с парой и не говорит куда, женщина имеет право подумать что угодно.
Я открыл рот и закрыл.
— Он сказал одну фразу и положил трубку. Давид Маркович вообще любит так делать, у него это, по-моему, способ показать, что он у себя дома, а ты в гостях.
— А Феликс с Паскалем? Они там одни до ночи.
— Слушай, они всегда ночью одни. Им не привыкать. Феликс у нас вообще за коменданта.
Она поглядела в окно.
— Феликс без присмотра начинает наводить порядок, — заметила Олеся. — А порядок он наводит руками, которых у него нет.
Таксист свернул на набережную.
— Да. Хорошая новость, пока не забыл, — спохватился я. — С понедельника можно забирать.
— Кого? — спросила она.
— Рогалика и Плюшку. Я их сегодня утром смотрел. Кожа чистая, вес набрали оба, держат температуру. Карантин кончается в воскресенье, в понедельник Макарыч подпишет, и можно запускать их к вам в зал.
Олеся хлопнула в ладоши.
— Ура-ура, — обрадовалась она.
Таксист посмотрел в зеркало.
Больше он в зеркало не смотрел, зато включил радио.
У нашего подъезда мы вышли. На лестнице Олеся уже на ходу перебирала в голове гардероб и вслух сомневалась между двумя платьями, и я не понимал ни одного из названий.
Ключ я вставил и повернул. Дверь открылась, и дальше я остановился на пороге, потому что прихожая выглядела не так, как я её оставил.
Шторы в комнате не было. Точнее, она была, но висела на двух кольцах из десяти, а остальные лежали на полу вместе с ней, карниз с одной стороны выдрало из стены с куском штукатурки.
Стул на кухне лежал на боку. Дверца шкафа в прихожей была распахнута, и всё, что стояло на полке, той самой, которую Феликс утром измерял на уклон, оказалось на полу. Коробка с ключами. Щётка. Бутылка средства для обуви, открытая, и от неё через весь коридор шла дорожка.
Олеся зашла следом и остановилась.
— Нас что, ограбили? — ахнула она.
— Не смеши. Тут брать нечего.
И на этом слове меня догнало.
— О чёрт. Феликс! Паскаль!
В квартире было тихо.
Я прошёл в комнату, переступив через штору. Карниз качался. На подоконнике стоял цветок, земля из него была высыпана.
— Феликс! — позвал я ещё раз.
Никто не ответил.
Я заглянул на кухню, под стол, за шкаф и на антресоль в прихожей. Пусто.
Олеся стояла у двери и не двигалась.
Дверь была заперта. На оба замка.
— Их украли, — выдохнула Олеся.
От авторов
Друзья, привет!
Мы знаем, что некоторые из вас от бюрократии подустали. Журналы, акты, подписи, папки Денисова. Держитесь, эта линия была нужна. Она открывает дверь к тому, что за ней.
С бумажками покончено. Осталась одна проверка, Комаровой, и по её итогам станет ясно, куда пойдёт сюжет дальше.
Все карты раскрывать не будем. Впереди вас ждёт нечто грандиозное.
…
Хотя нет. Ладно, уговорили. Немного приоткроем: