Страница 175 из 222
. Детей женили без их согласия, но дочери полагалось приданое. Следует отметить, что во всех этих текстах, касающихся отношений между детьми и родителями, родители упоминаются во множественном числе, то есть отец и мать (таким образом, учитывается авторитет матери-вдовы).
В том, что касается гендерной проблематики, несчастное произведение, очевидно, незаслуженно обросло небылицами, что помогло сформироваться многим стереотипам о женщине. В настоящее время Владимир Григорьевич Иваницкий, не имея никаких доказательств, считает себя обязанным утверждать: «Если раньше женщину били до смерти, то “Домострой” советует отказаться от этой практики и бить ее учтиво, без свидетелей». Автор игнорирует существование «Русской Правды», полагая, что до XVI века законов не существовало и впервые они были записаны в «Домострое». Его отсылок на труды Николая Ивановича Костомарова недостаточно
[558]
[Костомаров Н. И. Быт и нравы русского народа. М., 1993.]
.
III. ЦАРИ И ЦАРИЦЫ
Терем
Если верить данным XIX века, терем был надстройкой дома, как правило, предназначенной для женщин, так как второй этаж был светлее, чище и лучше подходил для рукоделия и вышивки. Этот факт говорил скорее о привилегированном статусе женщин, чем об их угнетении. Чем был терем для знатных женщин в XVI веке? Были ли они затворницами?
Мы располагаем достоверными документами только для очень небольшой группы цариц и великих княгинь. Документов, свидетельствующих о жизни низших слоев общества, очень мало, но история Алены, казалось бы, доказывает, что заточения для них не существовало
[559]
[См. далее.]
. Что касается знатных боярынь, мы видим, что Феодосия Морозова могла свободно выходить из своих покоев и разъезжала в прекрасно оснащенном экипаже в сопровождении сотен крепостных
[560]
[См. далее.]
. О каком заточении идет речь? Как утверждают западные путешественники того времени, дамам не разрешалось встречаться с посторонними мужчинами, но, вероятно, это было связано с религиозным запретом или желанием защитить их. Также, возможно, в силу своих занятий они чаще находились дома, чем мужчины. Об этом свидетельствует «Домострой», но на его страницах нет упоминания о каком-либо запрете на выход женщин на улицу.
Как бы то ни было, существование теремов играло важную роль только для цариц, княгинь и немногих знатных дам в XVI и начале XVII веков. И претерпевало нападки в свой адрес с конца XVII века до полной отмены при Петре I.
Что представляла собой так называемая уединенная жизнь цариц и великих княгинь?
[561]
[Забелин И. Е. Домашний быт русских цариц в XVI и XVII столетиях. М., 1992; Иконникова А. Царицы и царевны из Дома Романовых. Киев, 1914; частично Мордовцев Д. Л. Полное собрание сочинений. Т. 10, перв. изд. 1874, и из последних работ, Васильева Л. Жены русской короны. Книга 1. М., 2000.]
. Для элиты терем был просторной пристройкой на верхнем этаже над кремлевским дворцом, чем-то вроде апартаментов царицы и великих княгинь.
В соответствии с идеологией той эпохи богослужения были очень важны в их повседневной жизни. Царица отправлялась в церковь либо ночью, либо рано утром. Ее появление в церкви проходило незаметно, так как проход был закрыт большим красным занавесом, который прятал ее от чужих глаз. В самой церкви она стояла за ширмами и занавесом. Причиной такого сокрытия был священный статус ее личности.
Любой случайно увидевший ее человек мог быть подвергнут тщательному допросу и даже судебному преследованию. Эти запреты, естественно, оборачивались против нее, но изначально не были связаны с ограничением женских прав.
Доказательством тому является то, что, хотя царицу нельзя было увидеть, она сама имела право наблюдать. Сокрытая от посторонних глаз, она присутствовала на всех главных церемониях и торжествах. Через решетчатые ставни, установленные для этой цели в специальном помещении на возвышении, примыкающему к залу для приемов. Она не была обязана, как царь, посещать все религиозные праздники. Зато она часто бывала в церквях, посвященных святым покровительницам родов.
По большим праздникам (Рождество, Пасха) и важным датам царица принимала гостей. Приглашались близкие родственницы и знатные дамы, каждая из которых должна была сидеть в соответствии со своим рангом. Наряд царицы отнюдь не был монашеским: он отличался пышными одеждами, кикой и расшитым платком, его кажущаяся строгость компенсировалась богатством тканей, обилием драгоценностей и украшений, а также дорогими мехами. Царицы носили очень высокие каблуки и наносили обильный макияж (на их лицах было по дюйму румян, возможно, с ритуальной целью, чтобы спрятаться от чужих глаз).
Роскошь была в порядке вещей и поддерживалась с восточным размахом. В 1589 году архиепископ Арсений описал роскошный наряд и корону царицы Ирины Годуновой (сестры Бориса Годунова и жены царя Федора), используя лишь превосходные степени. И наряд, и корона были сплошь усыпаны драгоценными камнями:
«Малейшей части этого великолепия хватило бы, чтобы украсить десять государей. Дамы из свиты были одеты в белое с головы до ног, без всяких украшений, и стояли, скрестив руки на груди и потупив взоры».
Убранство терема было чрезмерным. Двери, казалось, были сделаны из чистого золота. Своды стен были украшены изображениями деревьев, виноградных лоз и птиц. В центре центрального свода лев держал в пасти свернувшуюся змею, служившую опорой для подсвечников. Стены были покрыты изображениями святых, а над троном царицы висела икона Богоматери, усыпанная драгоценными камнями. На полу лежали персидские ковры, расшитые шелком и золотом. Наш очевидец присутствовал на приеме у патриарха Иеремии, которого боярин Годунов попросил помолиться о здоровье царя и царицы и о том, чтобы у них родился ребенок. Царица подарила патриарху золотую чашу, украшенную агатами и 6000 жемчужин
[562]
[Иконникова А. Царицы и царевны из Дома Романовых. С. 23.]
.
Все утро царица проводила за различными занятиями, в основном шитьем и вышиванием, а также подготовкой одежды для царской семьи. Спальня царицы напоминала огромную швейную мастерскую, где повсюду лежали образцы вышивки. В мастерской царица готовила декоративные ткани, украшенные вышивкой, в том числе для церквей. Все эти работы хранились в сундуках. Царица была безраздельной хозяйкой терема, а также всех пристроек. Царица и царевны вели домашнее хозяйство, выдавали замуж своих подданных (холопов), царица фактически играла роль кастелянши в феодальном замке.