Бессердечный

Я беззвучно открываю и закрываю рот, бросаю взгляд на Кейда в попытке уловить знак, что я не перехожу черту. Его руки в перчатках сложены на черенке лопаты, а загорелое, заросшее щетиной лицо блестит от пота.

Он чертовски привлекателен.

Слишком хорош, чтобы с ним расстаться, это точно.

— Нет, приятель. Не думаю. Во всяком случае, не насовсем. Я бы слишком по тебе скучала. Ты не против?

Его круглое лицо смягчается, и когда он кивает, волосы падают ему на лоб.

— Да, я бы тоже по тебе скучал. И папе было бы очень одиноко без тебя.

С милой улыбкой он поворачивается и скрывается за дверью, будто не оставил нас с Кейдом наедине с глазами на мокром месте.

— Ты с ним не поговорил?

Кейд трет глаза рукой в перчатке:

— Нет. Подумал, что прежде должен поговорить с тобой.

Он шмыгает носом:

— Ты в порядке? Я не переборщила?

— Вовсе нет. – Он прочищает горло. – Просто соринка в глаз попала.

И снова трет глаза.

— Круто, круто. Мне тоже, – говорю я, слезливо подмигивая ему.

— Как прошел бранч? – Он снова принимается копать.

Никогда бы не подумала, что мужчина, подготавливающий место для тротуара, может возбуждать, но вот она я, любуюсь тем, как под футболкой вздымаются его плечи, а жилы в предплечьях пульсируют на солнце.

— Хорошо.

— Ты действительно собираешься остаться? – спрашивает он, не поднимая глаз. Вместо этого он бросает за спину лопату земли и продолжает работать.

— Ты не отвлечешься на время разговора?

— Не-а, – отвечает он хрипловато.

— Ты вчера был весь мой, Кейд. «Ты – женщина. Стоять тут. Лизать киску каждый день», –говорю я в жалкой попытке изобразить Тарзана.

Но он не засмеялся.

— Ну, сегодня я больше беспокоюсь о том, что ты будешь мыслить здраво и поймешь, что твое место в городе, где ты занимаешься всякой модной ерундой.

— Послушай, – он втыкает лопату в землю так, словно хочет повредить ее, и, наконец, поднимает на меня взгляд, – если тебе всего этого здесь недостаточно, я бы предпочел, чтобы ты просто уехала сейчас. Я не шутил насчет того, что сказал вчера. И это кажется важным.

— Я.. – Он отводит взгляд, вытирая лоб тыльной стороной ладони. – Я больше не хочу жить в страхе. Но также я не хочу, чтобы меня снова выставили дураком.

В груди снова возникает болезненное ощущение. Будто внутри тяжелый камень. Этот человек заслуживает гораздо большего, чем то, что он получил.

— Кейд, посмотри на меня.

Его челюсть сжимается, но он не смотрит в мою сторону, не отводит глаз от земли.

Туда я и иду. И сажусь перед ним прямо в грязь.

— Какого хрена ты творишь, женщина? – ворчит он, когда я поднимаю к нему лицо.

— Пытаюсь привлечь твое внимание. – Я вытягиваю ноги перед собой и опираюсь на ладони, чувствуя под ними прохладную влажную почву. Здесь пахнет землей, кремнем и сосновыми иголками.

Здесь пахнет домом.

— Ты привлекла мое внимание, когда..

Я закатываю глаза и отмахиваюсь:

— Да, да. Когда бросила свои трусики к твоим ногам.

— Нет. Когда я впервые услышал, как ты смеешься.

Это заставило меня замолчать.

— В кофейне. Я стоял позади тебя и не мог перестать думать о том, какой невероятный у тебя смех. Такой чертовски легкий и теплый. Мне тоже захотелось смеяться.

Я облизываю губы, смотря на него.

— Я, черт возьми, боюсь, Уилла. Я боюсь, что ты слишком молода. Что ты еще недостаточно пожила. Что я не твоего уровня. Я боюсь, что меня тебе будет мало и ты уйдешь. А я снова застряну здесь, в руинах. И на этот раз вместе с Люком. – Свободной рукой он поправляет кепку и снова отводит взгляд.

— Я тоже боюсь, – выпаливаю я. – Но не настолько, чтобы не попробовать.

Он пристально смотрит на меня. Тяжело. На самом деле это нервирует. А потом он сдавленно произносит.

— Да, я тоже.

Я широко улыбаюсь ему и успеваю заметить тень улыбки на его губах, прежде чем он снова принимается за работу.

— Я позвоню брату и уволюсь. Будет весело.

— Если тебе нужно вернуться в город на некоторое время, я не против. Возможно, тебе захочется остаться там подольше.

— И что? Притворимся, что не живем вместе вот уже почти два месяца? Может, мне переехать в главный дом к Харви?

Он даже бровью не ведет.

— Так у нас появился бы шанс нормально встречаться. Может быть, небольшая дистанция пошла бы тебе на пользу. Или мы могли бы ездить каждый день друг к другу.

Я закатываю глаза и скрещиваю ноги:

— Заткнись, Кейд. Хватит быть таким взрослым.

— Ну кто-то же должен, – ворчит он, перекидывая очередную лопату земли через плечо, выглядя при этом очень сексуально.

— Эй, а знаешь, что бы сейчас пошло двору на пользу? – Я прижимаю указательный палец к губам, притворяясь, что осматриваю участок.

— Что?

— Хороший минет.

Кейд издает хриплый смешок и качает головой:

— Господи, помоги мне, где я нагрешил?

Так мы проводим остаток дня. Он копает. Я смеюсь над ним. И наконец выходит Люк и играет нам песню, которую сочинил сам.

В кои-то веки я чувствую себя спокойно. Будто в жизни все идет так, как и должно.