Чтоб ты подавился!

Но где же, собственно, сама хозяйка? Макс, в свойственной ему угрожающей манере, предупредил меня, что у нее неотложное дело и она к нам вскоре присоединится. «Ну и ладно», – плюнул я. Наверняка они с Максом следили за каждым нашим шагом, решая, от кого избавиться в следующую очередь. Я держал ухо востро, но недостаток информации начал меня раздражать.

Мы с Хлои продолжили свой тур вежливости, изо всех сил поддерживая разговор и очаровывая всех подряд. В один прекрасный момент я стиснул ее руку, будто говоря: «Ты отлично справляешься». Она ответила на мой жест, и, господи боже, если бы я мог, то сбросил бы всех остальных в воду, лишь бы остаться с ней наедине. Было в ней нечто такое, от чего я чувствовал себя рыбой, пойманной на крючок.

В конце концов накопившиеся переживания и стресс взяли надо мной верх, и я почувствовал себя бесконечно усталым. Мне хотелось скорее покончить с речью и насладиться вечером. При мысли о том, что Карла скоро примет окончательное решение, мне становилось легче. «Последний рывок, и все», – увещевал себя я.

Вскоре Макс возник перед нами и попросил следовать за ним на капитанский мостик. Я обрадовался, что мы наконец будем делать хоть что-то, а не болтать непонятно с кем, притворяясь, что все в порядке.

Я представил, как Карла стоит на носу яхты, ждет, чтобы с нами поговорить. Что она задумала? Я вообразил, как она управляет яхтой или делает еще что-нибудь неожиданное, чтобы застать нас врасплох, но, когда мы подошли к мостику, я понял, что ее там нет.

Вместо нее нас в дверях встретил капитан. Это был не Грегорио, а другой человек, гораздо старше. Он был низкорослый, с маленькими темными глазками и покрытым морщинами высоким лбом. Он поприветствовал нас на английском, но по его акценту я так и не понял, откуда он родом. В отличие от Грегорио, в нем не было ни капли шарма. Он был серьезен, немного застенчив и быстро перемещался по палубе. Так, словно ему приходилось общаться с нами против его воли, под неусыпным взглядом босса.

Хлои улыбнулась капитану.

– Здравствуйте, – приветливо произнесла она. Казалось, что Хлои комфортнее в этой части яхты, чем на вечеринке. Она с любопытством оглядела оборудование рубки.

– Я хотел показать вам береговую линию, – произнес капитан.

Я понял, что мы отошли далеко от берега. Капитан указал на маяк и объяснил, что это мыс Антиб, а значит, мы плыли в направлении Канн. В темноте сиял огнями знаменитый отель «Дю Кап-Эден-Рок», окруженный маленькими бухточками.

– Как мило, – произнесла Хлои.

– Зачем вы нам все это рассказываете? – теряя терпение, спросил я.

– Карла просила показать вам достопримечательности, – вымучив улыбку, ответил он.

«Она точно за нами наблюдает», – подумал я.

– А там что? – спросила Хлои, указывая в сторону островка недалеко от берега.

– Остров Сент-Маргерит, в паре километров от Канн, – ответил он, и Хлои кивнула.

Она задала еще несколько вопросов, и я пнул ее локтем в бок, словно спрашивая, какого черта тут происходит. Но она сделала вид, будто не заметила.

Хлои не смотрела на капитана; ее взгляд был сосредоточен на контрольных приборах. Словно она хотела детально запомнить, где именно мы находимся. И выражение ее лица заставило меня заволноваться.

Глава 45

Доска – Хлои

Глядя на приборную панель, я пыталась собрать как можно больше информации о нашем местоположении, ветре и удаленности от берега. У меня было ужасное чувство, что под занавес Карла задумала нечто драматичное.

Предупреждение Белль чуть не сбило меня с ног. Да, в ее словах было мало конкретики, но отчасти я вполне могла представить себе, как после творческого конкурса Карла выходит из себя. Белль знала, как важна была для меня эта работа. Она не стала бы преувеличивать. В каком-то смысле ее предупреждение подтолкнуло меня к оценке того, что вообще происходило в эти выходные. Предложение Карлы и сумма вознаграждения застили мне взор, и я проморгала красные флаги, которые были перед моим носом с тех пор, как мы прибыли на виллу. И теперь мой мозг судорожно пытался собрать полную картину происходящего.

Что было еще хуже, так это стоящая возле мостика маркерная доска, которую я заметила по дороге.

18:30 – прибытие гостей.

19:00 – отплытие.

21:30 – фейерверк.

21:40 – конкурс пловцов.

Я пыталась себя убедить, что придаю посланию Белль слишком большое значение, но отсутствие Карлы нервировало. Отсутствие упоминаний о нашем выходе с речью наводило на размышление, а информация, которую так скрупулезно выдал нам капитан, выбила меня из колеи. По сути, все в этом мероприятии (не принимая во внимание весь уик-энд) было довольно странным. Подаренная нам одежда, экстравагантность события, отсутствие хозяйки, доска с записями…

Капитан приветствовал нас сдержанной улыбкой. Но он не был похож на обычного капитана. Обычно они словно пропитаны солью, обточены песком и ветром. Но, если честно, это был капитан яхты, а не рыбацкой лодки, так что, может быть, все в порядке? Этот мужчина выглядел больше как проходимец, чем человек, который отвечает за роскошное судно.

– Есть шанс доплыть отсюда до берега? – спросила я.

– У хорошего пловца – да, – ответил капитан, со знанием дела глядя на меня.

– Даже в темноте? – спросила я, и перспектива чего-то подобного показалась мне не такой уж невероятной.

– Это будет немного труднее, но да, думаю, можно, – ответил он коротко.

Стоявший позади меня Генри явно заволновался и заерзал. Может, он просто хотел поскорее вернуться на вечеринку? Он положил ладонь на мою оголенную спину, и я сделала глубокий вдох. Его присутствие утешало.

Краем глаза я заприметила небольшую книжку в кожаном переплете – и подумала, что это может быть судовой журнал. И там можно найти информацию о том, что именно затевает Карла и какого черта в расписании стоит «конкурс пловцов».

Я судорожно решала, как бы мне незаметно прихватить журнал.

Впервые за вечер я прокляла свою сумочку от

Chanel.

Черт бы побрал эту малявку! Она слишком крохотная, чтобы засунуть в нее журнал.

Куда мне его положить?

Можно было сунуть его в карман пиджака Генри, но я боялась, что он меня выдаст. Ему нравилось тусоваться на вечеринке, а вот воровать могло не понравиться. Или нет? Кто его знает?

Время шло. Пора было решаться.