Страница 104 из 138
Знакомство с Гитлером
В Мюнхене у Людендорфа и Шойбнера-Рихтера произошло личное знакомство Николаи с будущими нацистскими правителями Третьего рейха Гитлером, Герингом, Гессом, Розенбергом. Гитлер, конечно же, знал заслуженного начальника германской разведки, но вряд ли предполагал, что именно Николаи отдавал указание капитану разведывательного отдела III Б Карлу Майеру завести дело на ефрейтора, кавалера Железного креста 1-го и 2-го классов Адольфа Шикльгрубера как агента военной разведки. Гитлер получил задание на агентурную разработку Немецкой рабочей партии (НРП), созданной бывшим слесарем Антоном Дрекслером и Карлом Харрером. В отчете о выполнении задания Гитлер пишет, что 12 сентября 1919 г. посетил заседание НРП, выслушал доклад Готфрида Федера, участвовал в развязавшейся дискуссии. Председатель Дрекслер вручил ему брошюру собственного сочинения (прилагается) и сообщил о принятии в члены партии под номером 55. Обстановку заседания Гитлер описывает так: «При плохом освещении испорченной газовой лампы за столом сидело 4 молодых человека, в том числе и автор брошюры, который радостно приветствовал меня, произнеся несколько теплых слов в честь нового члена Немецкой рабочей партии… Сначала высокое собрание приступило к чтению протокола предшествовавшего заседания. По прочтении вынесли вотум доверия секретарю. Затем перешли к заслушиванию денежного отчета. В кассе, как выяснилось, было ровным счетом 7 марок и 50 пфеннигов… Затем председатель огласил составленные им ответы на три письма из Киля, Дюссельдорфа и Берлина… Один из ораторов произнес пространную речь о том, что письма эти явно доказывают, как быстро растут связи партии… Это была кружковщина самого худшего вида».
Судя по отчету, будущий фюрер был крайне недоволен руководством и методами работы партии, охарактеризовав заседание «кружковщиной худшего вида». Почти сразу он вступает в конфликт с сопредседателем НРП Харрером, который выступал против пропагандируемого Гитлером антисемитизма, считая, что это может оттолкнуть рабочих от партии. На заседаниях Харрер голосовал против предложений фюрера о проведении «шумных митингов и демонстраций». Когда Гитлер протолкнул решение об организации двухтысячного митинга 24 февраля 1920 г., Харрер в знак протеста сложил с себя полномочия сопредседателя. Митинг имел огромный успех, на нем Гитлер провозгласил программные «Двадцать пять пунктов», составленные им, Дрекслером и Федером. Сразу после этого НРП была переименована в Национал-социалистическую рабочую партию Германии (НСДАП), а «пункты» стали официальной программой партии. В июле 1921 г. Гитлер был избран первым председателем НСДАП (за Дрекслером сохранили ничего не значащий пост почетного председателя).
В первых трех пунктах программы записано: «1. Мы требуем объединения всех немцев на основе права самоопределения народов в Великую Германию. 2. Мы требуем равноправия для немецкого народа наравне с другими нациями и отмены положений Версальского и Сен-Жерменского мирных договоров. 3. Мы требуем жизненного пространства: территорий и земель (колоний), необходимых для пропитания германского народа и для расселения избыточного германского населения». Далее провозглашалось: «Ни один еврей не может быть отнесен к германской нации и являться гражданином Германии»; «все лица негерманской расы, которые иммигрировали в Германию после 2 августа 1914 г., должны немедленно покинуть рейх»; «партия борется с еврейско-материалистическим духом внутри и вне нас и убеждена, что германская нация может достигнуть постоянного оздоровления внутри себя только на принципах общих интересов над частными»: «для осуществления всего этого мы требуем создания сильной централизованной имперской власти».
К моменту знакомства с Гитлером у Шойбнера-Рихтера в 1921 г. Николаи был в достаточной степени осведомлен о политических убеждениях, способностях, сильных и слабых сторонах характера вождя НСДАП; о «25 пунктах» программы. На личной встрече создатель немецкой разведки хотел выяснить, можно ли рассматривать Гитлера в качестве вождя национального движения. Свои впечатления о фюрере он отразил в дневниковых записях и рукописи «Обобщенный опыт»: «С самого начала относясь по-разному к тем, кто был старше меня и обременен отмирающими идеями, и к молодым, еще не имеющим опыта, но подающим надежды, я на этом фоне сразу выделил Гитлера благодаря его самоуверенной сдержанности, инстинктивной, я бы даже сказал, гениальной фиксации некоторых проблем, которые породила мировая война и которые мы из-за избытка впечатлений не могли понять с той же ясностью, которой обладал он. Гитлер не втирается в доверие к Людендорфу, а при всей почтительности к нему с самого начала проявляет осознанную сдержанность, он не склонен опираться на прошлый авторитет или подчиняться этому авторитету».
«Впечатление, оставленное нам Гитлером, было, что это исключительно чистый, фанатически преданный своим социальным идеям человек, а также фанатически верящий в свою социальную миссию, но непримиримый к советам ему и соответствующему для него окружению. Я вспоминаю о предостережениях, сделанных ему мною посредством Шойбнера. Так, я заявил, что он будет признанным необходимым вождем, если найдет в своих сотрудниках его последователей, которыми он мог бы командовать не только следованиям прямолинейных “маршей”, но также сменой направлений направо, налево и т. д.».
Как видим, Николаи возлагает на Гитлера определенные надежды как вождя национального движения, «преданного своим социальным идеям». Создателю разведки импонируют такие свойства характера фюрера, как самостоятельность, несгибаемая воля, организаторский дар, чистота помыслов, интуиция на «фиксацию» актуальных проблем, мастерство оратора. Вместе с тем его настораживают фанатизм, прямолинейность, нежелание прислушиваться к разумным советам, беспощадная непримиримость к врагам, оппортунистам, коммунистам; отъявленный антисемитизм Гитлера.
Узнав от Шойбнера-Рихтера о подготовке в ноябре 1923 г. национал-социалистами военного переворота в Баварии, Николаи пытается отговорить Гитлера и Людендорфа от этой авантюрной затеи, но его не послушали.