Страница 32 из 93
— Я и не надеялась, — заверила я, безжалостно задавив все иное. Хватит, не семь мне. Дурацкие воспоминания… Надо сменить тему: — вы знаете некого Олега Разумовского? Вроде лекарь в «Тихом покое», говорил, что отец им жертвовал.
— Вот как… Такого человека — нет, но сам «Покой» — да, там… Там есть и мои соратники по Корпусу.
Не нравится мне этот тон.
— Они там не работают, так?
— Увы. Я мог помочь не всегда и не всем. Возможно, стоит заглянуть туда — вдруг кто-то что-то знает насчет тех, кто умеет открывать Разломы, или, чем черти не шутят, принудительно делать из людей Ушедших.
— Вы что-то выяснили?
— Пока только поговорил с Валицевым и теми, кто знал Осипову. Не похоже, что у нее был повод Уйти. Пятая группа риска, наименьшая. Да, бывает всякое, но, возможно, кто-то в «Покое» что-то видел или слышал. В таких местах порой есть люди, на которых все махнули рукой.
— Как и в интернатах, — не сдержалась я.
— Пошли есть, Саш, — предложил Ильич. — Я буду. Составишь компанию?
Я кивнула. Не отказываться же? Бывший воспитатель готов ради меня пойти на неудобства.
К моему появлению в столовою добрался и Ильич, горничная поставила дополнительные приборы, улыбнувшаяся Элька завела разговор о шифрах, явно не зная, чем можно делиться с молчаливыми отставными экспедиционными магами, а чем — нет. К ней присоединился нервно поглядывающий на меня Романов, потом и Распутин с Пироговой. Елена решила научить Лу делать из салфеток самолетик… Где-то между печеной уткой с картошкой и восхитительным тортом Ильич завел тихий, мягкий разговор с почти ничего не евшей Мариной, а ко мне обратилась пожилая знакомая Ильича. Память подсказывала: ее звали Надежда. Вроде, Павловна.
— Александра, «Спицы» готовы. Насколько я понимаю, вас обучали работать с такими артефактами?
— В теории, — призналась я. — Для практики нас держали слишком далеко от Разломов.
— Думаю, тогда стоит попробовать в реальности. Благо, Разлом у вас имеется.
Я нахмурилась.
— Насколько я помню, частое открытие и закрытие источает ткань реальности, и после полного зарастания шансы появления нового Разлома повышаются. А этого мне точно не хотелось бы. Защиту-то на всю территорию не растянешь.
— Да можно, на самом деле, — легко заметила пожилая женщина, — можно. Но для этого нужен альтен, хотя хватит и мелочи, но много, и плюсом золото, вольфрам и время. Зачарование по третьему типу и напитка по восьмому.
Я присвистнула.
— Проблема. Может, поговорите с Вавиловым? Он у нас в исследовательском бюро всем заведует. Альтен у меня есть, мелкий, двадцать девять кристаллов в один-два сантиметра. Хватит?
Надежда Павловна посмотрела на меня с немалым удивлением.
— Откуда?
— Из тех, кто в гости пришел.
— Вот как… А я уж думала что Илья приукрашает ваши возможности. Покажите кристаллы? С ними обычно больше всего проблем: Корпус их почти не выпускает в продажу, только минимум проверенным семьям, в последний десяток лет все гайки затянули, черный рынок давят… И за свои знания держатся, — усмехнулась Надежда Павловна. — Ну да нам с Денисом не жалко, коль Илья попросил.
— Почему никто этим не занимается? — удивилась я. — Если есть способ обезопаситься от Разломов, закрыть большую площадь.
Надежда Павловна чуть пожала плечами.
— Дома защитить можно и более простыми методами. Да и Корпус почти не выдает лицензии на такую продукцию — не хотят монополию терять. Нет лицензии — нет поставок альтена, а без них какие артефакты? Да и у тех, кому выдают, могут отобрать, если денег не заплатить. Но если у вас есть кристаллы, то давайте сделаем. У вас территория немаленькая, но покрыть ее реально.
— Давайте.
Если Вавилов рассчитал прошлый проект, на который и хотел денег, то и с этим справится. Не хотелось бы проснуться и обнаружить, что особняк в осаде тварей. Когда еще с этим «Оком» разберемся…
Хотя с Распутиным следовало поговорить. И лучше всего побыстрее: он за прошедшие недели не мог ничего не накопать на Беглова, просто молчит опять. Молчит, а у меня тут Разломы открываются.
После обеда Ильич остался в столовой с Мариной, а «дешифраторы» направились в библиотеку. Елена с Константином отправились к Тимофею Смирнову, искать следы Разлома в квартире его деда и проверять, не осталось ли там чего-нибудь интересного. Смирнов-младший, по словам Елены, клятвенно обещал передать «все-все дедовы записи».
А я с сожалением пожелала Лу удачи на уроке с мадам Совиной и направилась к телефону, звонить Вавилову. Стоило обезопасить поместье до того, как заниматься всем остальным. Конструктор выслушал и пообещал приехать лично.
«Спицы» я все-таки опробовала. Надежда Павловна заверила, что свежий Разлом можно и приоткрыть, проблем от этого не будет, и вместе с мужем расплела часть закрывающей прореху в реальности энергии.
Ощущение было донельзя странным. «Спицы» были скорее «иголками», даром что выглядели как две вытянутые палочки, покрытые серебристым напылением с множеством рун. Они позволяли подтянуть, подхватить ткань пространства и банально «сшить» его, убрать прореху в ткани мира. Я всего пару раз пробовала это в интернате, и то в модели, не на реальном Разломе. Но ли то, что я была дома, помогло, то ли то, что Разлом и так был почти закрыт, но само действие оказалось несложным. Руки немного подрагивали, но больше с непривычки — все же двигать такими «иголками» оказалось трудновато, «нитки»-то сопротивлялись.
— Лучше двойной шов делать, — заметила Надежда Павловна. — Или тройной. Конечно, так оно сложнее будет, но для начала неплохо. Я бы вам советовала всех, кто с вами будет, научить, мы четыре комплекта сделали, можем и больше, если будет из чего. Все равно уже торопиться некуда, — с горечью проговорила женщина.
— Вас уволили? — предположила я.
— Да, — мрачно подтвердила бывшая магесса Корпуса. — У фирмы сына лицензию отозвали, мы начали разбираться. Нарушений нет никаких, все чисто, да и предприятие у него маленькое. Решили, что ошибка, начали пороги обивать — нас и выслали. Жаль, я тридцать лет в нашем двадцать пятом проработала, Денис — тридцать два. Разное бывало. Но последние лет восемь гайки все закручивают, закручивают… То дурацкие маршруты предлагают, то статистиков разгоняют, то на старых местах аномалии учащаются — и всем плевать, только исполнителей ругают. Дурдом. Теперь вот на лицензиях обогащаться стали, несусветные суммы за продление требуют. Что уж, что было — то прошло. Может, пока мы тут, еще кто-нибудь попробует?