Страница 3 из 93
— Но почему? — допытывалась я. — И почему Тимофей писал, что его отец пугал даже собственных детей, что Савва Морозов мог посмотреть и «все камели от ужаса»?
— Ты считаешь, что Савва Морозов имел того же Покровителя, что и ты? — сообразил Ильич. — Это возможно. Цепи мешают проявлять магию, но не мешают Путешествию и в целом взаимодействию с Покровителем. Хотя по идее должны блокировать проявление дара, ты на себе более мягкий вариант этого испытала, когда Распутин надавил на складе. Допустим. Но в этом нет ничего постыдного или неприемлемого.
— В нашей крови — дар этого… Лиха. Хищника, — продолжила я излагать те выводы, к которым пришла. — Могли ли нас уничтожить из-за этого? И… Я могу уничтожить измененных. Да, меня учили в интернате, но это ведь не боевой опыт. А если заниматься этим годами? Десятилетиями? Если мои предки могли убивать этих тварей, то они могли не бояться путешествовать по Той Стороне, даже не зная о пользе альтена. Могли что-то узнать, что-то сохранить в своем первом поместье. Что-то, что Савва Морозов передал Романовым, и те сняли Цепи. Какое-то знание, благодаря которому мой дед нашел то, за чем теперь гоняется это «Око».
Ильич ненадолго задумался и покачал головой.
— Саш, я не говорю, что ты не права, но, мне кажется, ты сейчас делаешь очень много допущений, — мягко заметил он. — Слишком много. Наличие тайника на Урале, если там, как ты говоришь, было первое поместье, вполне возможно. Во времена опричнины многие рода опасались атаки и держали ценности и артефакты в надежном месте на случай необходимости бежать прочь, и быстро. А вот что касается причин наложения Цепей… Любой более-менее сильный и богатый род был под угрозой. Скорее всего твои предки выступили против Годунова или какого-то из других претендентов на престол и были разбиты. Почему Михаил и его наследники не сняли Цепи? Тут много вариантов, вплоть до личного оскорбления или неприемлемости выставленных новых царем условий для вашего рода. Возможно, твои предки посчитали, что Романов на троне не удержится или прямо поддержали кого-то другого, вот и остались Скованными. А Савва сумел договориться с Александром, только и всего. Твой дед был умным человеком и талантливым магом, и едва ли его исследования как-то связаны с прошлым твоего рода. Он ведь не один ими занимался, значит априори базировался на универсальной магии.
— Да, но он мог использовать что-то из того, чему его научили старшие родственники, так? — не сдавалась я.
— Мог, — не стал спорить Ильич. — Но почему тогда не передал этот секрет твоему отцу? Не оставил о нем записей? Это ведь не какие-нибудь человеческие жертвоприношения, таким бы никто не дал бы заниматься, а Владимир, опять же, не был безумным гением-одиночкой. Распутин землю роет и расспрашивает всех его сотрудников и коллег, менталистов своих из охранителей таскает. Думаю, если бы он что-то такое нашел, то сказал бы.
— Или нет. Потому что секретность и все прочее.
Ильич задумчиво склонил голову.
— Поговори с ним, — предложил он. — Посмотри, если хочешь, записи тут, в особняке. Стоит узнать, куда ездил Савва Морозов, куда именно заезжал твой дед. Если где-то есть кровное хранилище, тебе стоит об этом знать. Когда разберешься с приемом, мобилем и всем прочим, конечно. И не переживай насчет репутации — у всех скелетов в шкафах хватает, поверь менталисту. В каждого роду были осужденные, занимавшиеся запретными практиками, безумцы и много кто еще. И такое редко удается совсем уж полностью скрыть, так что твоя семья — не единственная с темным прошлым. Главное — настоящее и будущее. Ты все равно не изменишь то, что сделали предки, что бы там сотни лет назад ни случилось.
Ну с этим-то не поспоришь.
— Иди спать, — предложил Ильич. — Утро вечера мудренее. И не спеши.
— Не спешить?
— Ты торопишься. Хочешь быстро ко всему привыкнуть, быстро со всем разобраться, раскрыть все тайны. Но придется запастись терпением. Которого тебе не хватает.
— Моего отца убили, а Марину лишили магии. Какие-то уроды.
— Увы. Я сожалею об утрате. Но Саш, пойми: придумывая теории, ты делу не поможешь. Нужно больше информации. То, что ты рассказала о прошлом рода, ценно для тебя, но связано ли оно с настоящим — вопрос, на который нужно ответить. Не спеши. Поговори с Распутиным под клятву, может он что-то найдет, архивы тайников больше родовых. Или, может, что-то обнаружит Эльвира, она — девушка дотошная. Сосредоточься на настоящем, на нынешних задачах. Со временем все образуется, привыкнешь и к новому дому, и к новой роли.
Я вздрогнула, посмотрев на Ильича. Тот сочувственно улыбнулся.
— Жизнь, Сашка, штука очень переменчивая. Я вот в коляске теперь сижу, тоже привыкать пришлось. И к смене работы, и много к чему. Ничего не делается сразу, но постепенно все придет. Тренируйся, с артефактами давай завтра разберемся до приема. Познакомься с теми, кто приедет. Может, они что-то будут знать, твоя уральская родня ведь должна прибыть. Не спеши. Мороз — не пламя, ему некуда торопиться.
Я фыркнула. Вот не люблю я эту фразу. И ждать не люблю. Но Ильич прав — нужно больше информации. И если с тайниками все глухо тут, может, получится что-то про поездки деда на Урал узнать? Да и про завод и все остальное. Управляющие уже намекали, что нужно «выработать стратегию», что бы это ни значило.
Да, в интернате оно проще как-то, не нужно ничего так решать. Но что уж.
Прорвемся, или я — не Морозова.