Повелитель драконов

Глава 3 Отражение в чешуе

Корэлла проснулась от того, что по стеклу струился дым. Не обычный серый дымок из печи — густой, с мерцающими частицами, будто кто-то растёр в пыль лунный свет. Она потянулась к шторе, но остановилась, ощутив странную тяжесть в запястьях. При свете зари кожа от запястий до локтей была покрыта паутиной золотых прожилок. Они пульсировали в такт её сердцебиению, как реки на древней карте.

— Нет, — прошептала она, скребя ногтями по узору. Кожа покраснела, но линии остались. — Нет, нет, нет...

За дверью послышался смешок. Нечеловеческий — слишком высокий, с шипящим призвуком. Корэлла накинула плащ поверх ночной рубахи, дрожащими пальцами схватив серп для трав.

— Выходи, чудовище! — крикнула она, распахивая дверь.

Двор был пуст. Только ворон на заборе чистил клювом крыло. Но на пороге лежал свёрток из чёрного шёлка. Корэлла толкнула его ногой — ткань развернулась, обнажив зеркало в оправе из кости. В отражении что-то шевельнулось.

Она хотела разбить его, но остановилась. В зеркале её шею обвивала рука с когтями — но не Аррана. Длинные пальцы с синеватой чешуёй медленно скользили вниз, к вырезу рубахи. Корэлла резко обернулась — никого. Но в стекле тень наклонилась к её уху:

— Он сделал тебя своей. Но сможет ли удержать?

Зеркало выпало из рук, разбившись о камень. В осколках зашипели голоса: "Драконья игрушка...", "Сколько продержится?...", "Уже горит изнутри...". Корэлла побежала к колодцу, судорожно черпая воду, чтобы залить осколки. Отражение в воде поплыло — её глаза вспыхнули янтарём.

Арран нашёл её у ручья. Она сидела на корточках, швыряя камешки в воду. Каждый щелчок оставлял на поверхности дымящиеся круги.

— Ты должна уехать, — сказал он, не приближаясь.

Корэлла не обернулась. Она скинула плащ — на спине сквозь тонкую ткань светился тот же золотой узор, что и на руках.

— Что ты со мной сделал? — её голос звучал спокойно, что было страшнее крика.

Арран сжал кулаки. Чешуя на его шее приподнялась, как разъярённая гадюка.

— Это... связь. Моя кровь в тебе.

— Прекрасно, — она расстегнула ворот рубахи, обнажив грудь. Между грудями пульсировал символ, напоминающий сплетённых змей. — А это? Обручальное кольцо твоего рода?

Он шагнул вперёд, но Корэлла взмахнула рукой. Струя воды из ручья взметнулась, обрушившись на него с силой катапульты. Арран отлетел к сосне, сдирая кору спиной.

— Не подходи! — её глаза полыхали. Вода вилась вокруг, как живая змея. — Ты... ты превращаешь меня в монстра!

Арран поднялся, вытирая кровь с губ. В его радужках заплясали огненные искры.

— Ты сама тянешься к пламени, — он сорвал с себя рубаху. Чешуя покрывала уже треть тела, переливаясь чёрным с золотом. — Чувствуешь, как горишь, когда я рядом? Как плоть ноет, требуя прикосновений?

Корэлла отступила, но споткнулась о корень. Он оказался над ней в миг, пригвоздив к земле. Вода вокруг закипела.

— Отпусти! — она ударила его в грудь, но ладонь прилипла к чешуе. Жар хлынул по венам, вынудив выгнуться.

— Видишь? — он прижал её руку к своему сердцу. Удары были медленными, как барабаны погребального обряда. — Ты больше не можешь жить без этого. Без меня.

Его губы обожгли шею. Корэлла застонала, впиваясь ногтями в его плечи. Золотые прожилки на её коже вспыхнули, направляя жар вниз, в живот. Она ненавидела себя за то, как тело предательски поднимается навстречу его бёдрам.

— Ненавижу тебя, — прошептала она, кусая его губу до крови.

— Знаю, — он вёл её рукой вдоль своего тела, останавливаясь на рваной ране у ребра. — Но твоя ненависть... пахнет как страсть.

Она вскрикнула, когда он вонзил её палец в рану. Его кровь, густая и раскалённая, обожгла кожу. Золотые узоры на руках Корэллы засветились, впитывая жидкость.

— Что ты... — она попыталась вырваться, но её сознание заполнил вихрь образов: горы из костей, рёв драконов в облаках, женщина с лицом Корэллы, горящая на погребальном костре.

Арран прижал её ладонь к своей груди.

— Теперь ты видишь. Что значит быть мной.

Корэлла зарыдала, но не от боли. Перед глазами мелькали столетия одиночества, измены, потери. Его рука обвила её шею, притягивая к поцелую, который был похож на молитву.

Когда они слились, земля вокруг оплавилась в стекло. Корэлла кричала, обнимая его чешуйчатые плечи — её тело стало мостом между двумя мирами. В момент кульминации она увидела их обоих: сплетённых в кольцо змей, пожирающих собственные хвосты.

После он лежал на спине, глядя в небо, где облака клубились неестественными спиралями. Чешуя отступала, оставляя на коже красные полосы — словно тело сопротивлялось человеческой форме, вспоминая древний облик. Корэлла сидела, обхватив колени, и смотрела на своё отражение в стекловидной луже. Её зрачки сузились в вертикальные щели, повторяя узор из золотой паутины на радужке.

— Сколько осталось? — спросила она, содрогаясь от собственного голоса — слишком низкого, с металлическим призвуком. — До того, как я стану... как ты?

Арран провёл пальцем по её спине, и там, где проходил ноготь, золотые линии вспыхивали синим, словно карта запретных земель.

— Первая кровь решит всё, — его дыхание оставило иней на её плече. — Убьёшь — чешуя поглотит тебя до рассвета. Пожертвуешь собой... — он замялся, сжимая её бедро так, что побелели костяшки. — Тогда, возможно, сохранишь разум.

— Возможно? — Корэлла резко обернулась, и в её движении было что-то змеиное — слишком плавное для человека.

Он взял её подбородок, поворачивая к свету. На шее Корэллы пульсировал символ — три переплетённых кольца, метка древнего договора.

— Мои предки пили солнце и заключали союзы кровью. Теперь их проклятие требует платы за каждое прикосновение, — его губы скользнули по знаку, заставляя её вздрогнуть. — Рохаар... последний из чистых. Он считает меня ублюдком, осквернившим драконий род связью с людьми.

Корэлла вглядывалась в его лицо, ловя обрывки деталей, которые он всегда утаивал. Шрам через бровь, похожий на коготь. Способность исчезать в тенях. И главное — опасность, глубоко запрятанная под маской цинизма.

— А охотники? — она коснулась свежего шрама у его ключицы, где кожа напоминала оплавленный металл. — Эти люди с собаками...

— Драконьи Стражи, — Арран засмеялся сухо, как осенний лист под сапогом. — Культ безумцев, верящих, что наша кровь дарует бессмертие. Они десятилетиями выслеживали меня, но теперь... — его взгляд упал на её руки с мерцающими прожилками, — ...стали опаснее. Рохаар пробудился не просто так.