Повелитель драконов

Глава 9 Алтарь разгрома

Долина Молчания встретила их шепотом мертвецов. Воздух вибрировал от невидимых крыльев, а под ногами трескались окаменевшие кости — следы последней битвы эпохи Согласия.

Корэлла шла, прижимая плащ к животу, где жизнь пульсировала в такт древним барабанам, звучавшим лишь в её сознании. Арран опережал её на два шага, его тень сливалась с трещинами в земле, как будто сама тьма боялась его гнева.

— Здесь, — он остановился у каменного монолита, покрытого рунами, похожими на шрамы. — Алтарь Разлома. Где драконы хоронили свои сердца.

Корэлла коснулась резного дракона, пожирающего собственный хвост. Камень был тёплым, словно спал под тонкой плёнкой пепла.

— Зачем мы пришли? — её голос разбудил эхо, которое зашипело и умолкло.

Арран провёл когтем по ладони. Кровь, густая и тёмная, закапала на алтарь.

— Чтобы вернуть то, что я отдал ради силы.

Руны вспыхнули. Из трещин выполз дым, сплетаясь в фигуру женщины с крыльями из пергамента. Её глаза были пусты, как у Жрицы Слияния.

— Сын Пепла, —голос скрипел, будто ржавые шестерни.— Ты взываешь к запретному. Цена — память о ней.

Корэлла схватила его за руку.

— Что она говорит?

— Ничего, — он отстранился, но в его глазах мелькнула тень. — Это просто эхо.

Женщина-дым засмеялась, обвивая Корэллу.

— Он хочет обменять вашу любовь на силу. Чтобы убить Рохаара... и себя.

— Врешь! — Корэлла рванулась вперёд, но дым рассеялся, оставив на губах привкус горечи.

Арран стоял, сжимая рукоять кинжала. Чешуя на его шее отслаивалась, обнажая шрамы.

— Ты обещал не решать за нас, — её голос дрогнул. Ребёнок толкнулся, как бы вторя.

Он взглянул на её живот, и в этом взгляде была пропасть.

— Я не позволю ему сделать из тебя клетку.

Ночь опустилась, принесли с собой песню цикад-мутантов. Корэлла разожгла костёр, наблюдая, как Арран чертит кинжалом круги на песке. Его спина, обычно неприступная, сгорбилась под грузом молчания.

— Расскажи, — она подошла, накинув на плечи его плащ. — Что скрывает Алтарь?

Он не отстранился.

— После убийства отца... я пришёл сюда. Отдал часть души за силу дракона. — Его рука коснулась шрама на груди, похожего на след от цепей. — Но душа требует баланса. То, что я отдал... это способность любить.

Корэлла замерла. Цикады смолкли.

— Врешь, — прошептала она. — Ты...

— Чувствую тебя? Да. — Он повернулся, глаза горящие, как угли. — Через ребёнка. Его кровь — мост. Но это не я. Это... тень.

Она ударила его. Ладонь оставила кровавый след на скуле.

— Ты украл мой выбор!

— Чтобы дать тебе шанс! — он схватил её за запястья, прижимая к камню. Чешуя на его руках впилась в её кожу. — После битвы я исчезну. Ты будешь свободна.

Корэлла засмеялась, и в этом смехе звенели слёзы.

— А ребёнок? Он станет монстром, как ты?

Арран взревел. Крылья-тени распахнулись, затмевая луну.

— Лучше монстр, чем раб!

Она вырвалась, разрывая рубаху. Золотые узоры на животе светились яростью.

— Ты не решаешь за нас.

Их схватка стала танцем. Арран атаковал, стараясь не задеть живот, Корэлла уворачивалась, швыряя в него комьями земли, что взрывались синим пламенем.

— Перестань! — он поймал её у скалы, дыхание обжигало губы. — Ты убьёшь его!

— А ты убиваешь нас! — она вцепилась в его волосы, притягивая к поцелую.

Губы встретились в ярости и боли. Корэлла кусала его, пока кровь не залила подбородок. Арран поднял её, прижав спиной к монолиту. Руны вспыхнули, прожигая одежду.

— Видишь? — она прошептала, направляя его руку к своему животу. — Он выбирает жизнь.

Арран застонал, почувствовав толчок. Его крылья обволокли их, создавая кокон из тьмы.

— Прости, — он вошёл в неё резко, как меч в ножны.

Боль смешалась с наслаждением. Корэлла впилась ногтями в его чешую, чувствуя, как сила ребёнка течёт между их телами. Алтарь загудел, выжигая на их коже общие руны.

— Мы... не инструменты, — она задыхалась, обнимая его за шею. — Любовь — не слабость.

Арран зарычал, ускоряя ритм. Каждый толчок рождал вспышки света, сжигающие дымных духов. Корэлла кричала, но звук превращался в мелодию — колыбельную, которую пели драконьи матери.

Когда волна накрыла их, монолит раскололся. Из трещины вырвался свет, ударив в небо. Где-то вдали ответил рёв Рохаара — не ярости, а... страха.

На рассвете они нашли кладбище сердец. Кристаллы в форме драконьих желудочков пульсировали в такт шагам Корэллы.

— Оно здесь, — она прижала ладонь к ближайшему кристаллу. — Твоё сердце.

Арран молчал. Чешуя на его руках трескалась, обнажая человеческую кожу.

— Возьми его, — прошептала Корэлла. — Верни то, что отдал.

Он потянулся, но дымная женщина возникла вновь.

— Цена — её память о вас. Всё, что связано с любовью.

Корэлла шагнула вперёд.

— Нет. Цена — моя боль.

Она вонзила кинжал в ладонь. Кровь, смешанная с золотым сиянием, залила кристалл.

— Что ты наделала?! — Арран рванулся к ней, но свет сковал его.

— Выбрала нас, — она упала на колени, чувствуя, как воспоминания вытекают из ран: их первая встреча, поцелуй в огне, ночи, когда его страх таял в её объятиях.

Кристалл взорвался. Сердце — красное, человеческое — упало в руки Аррана.

— Глупец, —зашипела дымная женщина, исчезая.— Теперь ты убьешь её сам.

Корэлла лежала, улыбаясь сквозь слёзы.

— Я... не забуду. Любовь не в памяти. Она... — её рука дрогнула, указывая на живот.

Арран прижал её к груди, где теперь билось два сердца — драконье и человеческое. Где-то за горами Рохаар взревел вновь, но теперь в этом рёве слышался вызов.