Страница 56 из 116
Желание его объятий. Желание слышать его голос. Видеть, как в пылающих глазах вспыхивают огненные, оранжевые искры, как потрескивает невидимое пламя, как его крылья закрывают нас от всего мира, как..
Магия вскипела. Голова шла кругом, тело дрожало, пальцы сводило. Я знала, что не смогу остановиться, стоит только поднять руку. Наплевать на боль, усталость и магическое истощение. На то, что Хелени Мъярг могла понять, что во мне проснулась магия. Впрочем, в гневе эта змея всегда становилась невнимательной.
Кожа Шаннера гладкая — на первый взгляд. Но если втиснуться щекой к щеке, положить подбородок ему на плечо и прижаться, жадно вдыхая чужой запах — окажется, что там, под этим внешним глянцем, прячутся глубокие шрамы. Мир несправедлив, но иногда дает шанс исправить свою несправедливость.
Магия кружила вокруг нас, и мне казалось, что ещё немного — и мы взлетим без всяких крыльев.
Лицо Шаннера изменилось. Уплотнилась кожа, разрез глаз удлинился, зрачок почти полностью заполнил собой радужку, всё сверкало, сияло, переливалось, ведя нас в невидимом танце.
Мы вцепились друг в друга, не в силах разделиться ни на секунду. Казалось, что если я сейчас отпущу его — он исчезнет, растворится, уйдет и я потеряю его, как это было с братьями в том, другом прошлом.
Но секунды тянулись. Переходили в минуты. Горячее сильное тело под моими пальцами успокаивало дрожь. Сознание медленно прояснялось, и я окончательно пришла в себя, когда осознала, что сижу на коленях кронпринца, а его пальцы медленно, лениво путаются в моих волосах.
Дыхание выровнялось. Магия начала успокаиваться.
С тихим вздохом, чувствуя, как горят щеки, я заставила себя отцепить пальцы, намертво прилипшие к крепким плечам. В голове было пусто и тихо — ни одной мятежной мысли.
Хорошо, что нас разделяли слои одежды. Плохо, что магия и чувства взяли верх.
— Простите, — выдохнула едва слышно.
За что я извинялась? За нашу общую, такую несвоевременную слабость? За то, что ослушалась его приказа и спровоцировала императрицу? Или?..
Смущение и жадная исступлённая нежность разрывали пополам.
Я поспешно вскочила на ноги. Что удивительно — Шаннер меня не останавливал. Кронпринц сидел на постели — подумать только, я даже нашего перемещения в другую комнату не заметила! — и внимательно смотрел на меня пылающими глазами.
Сейчас это высокое, гибкое, мощное существо нельзя было перепутать с обычным магом. Его запах щекотал ноздри, его сила разлилась в воздухе, а мысль о том, что кто-то может пройти против него, поставить под сомнение его власть казалась абсурдной.
— Не прощаю, — низкий глубокий голос проник в каждую клеточку тела, — но понимаю. Тебе нужно поспать и отдохнуть, Аэри. А мне стоит подготовиться к беседе с отцом. Ты в очередной раз удивила и переиграла меня, роза моя. Я должен тебя поблагодарить.. — его рука повисла в воздухе и опустилась, не коснувшись меня. На губах заплясала знакомая тонкая улыбка.
Конечно, я попалась на её крючок.
— За что же? — Прищурилась, одёргивая подол длинного домашнего платья. — Может, за нашу с Лестой невероятную ловкость?
Раньше я бы не осмелилась с ним шутить. Но не теперь.
— И за это тоже, — в глазах Шаннера плясали знакомые огни, — а ещё — за твою заботу. За твоё мужество, Аэри Сорлейн. И за то, что твои объятья согревают моё сердце, — едва заметная морщинка мелькнула и растаяла между светлых бровей.
Я сглотнула, сжимая пальцы. Они зудеои от желания подарить мужчине напротив меня ещё немного ласки.
Я не жалела его, Сумрак упаси! Я просто хотела, чтобы он был счастлив. Чтобы его огонь никогда не погас.
— Шаннер, — мой голос прозвучал хрипло.
— В одном ты права, — перебил меня кронпринц, — ты не ребёнок, и будешь сама нести ответственности за свои решения. Только не забывай, что они затрагивают не только тебя, но и других.
И снова миллион смыслов в одной фразе. И все — понятные. Твори, что поделаешь, Аэри. Но не забывай о тех, кто рядом с тобой. С таким раскладом я была согласна.
А он.. он только что сделал шаг навстречу. Почти уравнял нас.
— Я не забуду, — покачала головой, сжав пальцы в кулак, — поверьте, мой принц, я никогда этого не забуду.
— Ты готова к последствиям? — Он склонил голову. Перетек из одного положения в другое — как кот.
Я за любовалась игрой мышц под рубашкой. Казалось, что мы уже говорим не о моей выходке, не о заговоре..
— Я готова, — мой голос прозвучал слишком низко, — Ваше.. Шаннер, — я уверенно посмотрела в пылающие жерла его глаз, — я точно знаю, чего хочу, и больше не отступлю. Но сначала я должна позаботиться о том, чтобы все мои близкие — и я сама — были в безопасности.
— Достойное желание, — воздух между нами снова трещал, — что ж, я могу это понять. Но больше не стоит так рисковать собой, Аэри. Ты не представляешь, насколько изобретательна может быть Хелени Мъярг. Опаснее, чем её сын и любовник вместе взятые..
— О, я прекрасно понимаю, — перебила резко и замолчала, понимая, что эта откровенность из тех, о которых стоило промолчать.
Пусть он догадывается. Но не стоит теребить прошлую жизнь — а то ещё заворочаются её неугомонные призраки.
Пусть себе сладко сопят. В этой жизни все мои призраки тают — один за другим.
— Ты уже знакома с её.. кнутом? Ты ведь знала, что она любит его использовать? Этого не знал даже я, — воздух со свистом вышел из лёгких. Кронпринц нахмурился, на острых скулах заиграли желваки.
Я почувствовала, как он раздосадован, зол, почти разъярён. Как с трудом сдерживает себя, продолжая играть в эти тонкие игры на грани, на самом острие клинка.
Пальцы, увенчанные острыми загнутыми когтями, стиснули покрывало, оставляя на нём рваные полосы.
— Да, — не было смысла это скрывать, — но об этом я тоже не могу говорить, Шаннер, — я называла его по имени — а внутри каждый раз что-то сладко вздрагивало.
Это и есть настоящая привязанность? Интерес? Влюбленность? Когда ты боишься — и всё равно идешь вперёд?
Лучше думать об этом и позволять Шаннеру переводить тему. Лучше так, чем услышать из его уст о том, что произошло непоправимое. Мы ведь всего несколько дней назад говорили об Ари. Грэй клялся, что с ним всё в порядке. Но вдруг он.. соврал? Или за это время произошло что-то ещё?
Я не верила. Не хотела верить императрице. Сердце истекало кровью от мысли о том, что прошлое повторится. Что я снова и снова буду смотреть на сухие бесстрастные строчки в чужом письме.