Страница 26 из 116
Возможно, крылатые лорды, Владыки Небес, коварные, опасные и эгоистичные, прекратили своё существование именно потому, что некому было больше согревать их душу светом. Некому было стать их Крыльями.
Он никому не позволит погасить свой свет.
Он просто уничтожит каждого, кто посмеет претендовать на неё. Но даже в самом мрачном бреду он будет защищать её. Даже от себя самого.
— Нет.. Женщины созданы для ласки и неги. А свет.. свет — для любви.
Хищная часть него облизнулась.
Девушка на черных простынях в его видении открыла глаза. Её волосы расплескалась по ткани, кожа сияла в свете магических ламп..
Он мотнул головой, отбрасывая мечты в сторону.
— Идём, поохотимся, — в голосе Сартау снова мелькнула знакомая сталь.
Взметнулась вверх ладонь, легко перехватывая бросок принца.
Он едва слышно зашипел, больше довольный, чем уязвленный. В тот день, когда он сможет обыграть учителя, мир будет стоять на крыльях трёх мантикор.
Крылья трепетали за спиной, освещая мрачные стены. До начала приёма оставалось три часа. Но если сегодняшний приём он сможет убедить отца сократить, то через два дня будет бал, на который съедутся гости со всей столицы..
Их план нужно было привести в действие как можно быстрее.
— Хватит строить кровожадные планы, — оборвал его голос Сартау.
Тысячи его косичек недовольно кружили в воздухе, живя собственной жизнью.
— Правильно, планы лучше не строить, а воплощать, — Шаннер ощутил знакомое предвкушение.
Они многое успели обсудить.
Тристан.. Он никогда не любил брата. Женитьба отца сильно пошатнула его позиции при дворе, но разве это было главным?
Сломленный, одинокий, запутавшийся мальчишка. Мальчишка, которого выкинули и забыли. Вот, кем был тогда Шаннер Мъярг, будущий кронпринц великой империи. Ненужный отцу, своей стране, тем, кого когда-то называл друзьями.. Когда внутри него родился крылатый монстр — боль стала меньше. Появилась цель. Если бы не Сартау, не Малькольм Ринтерн, не то, что он был в ответе за чужие жизни, за жизни своих вассалов.. Кто знает, каким безжалостным монстром он мог бы стать? Впрочем, не стоит обольщаться. Он и сейчас совсем не ромашка, разве что ядовитая.
Так вот, Трис. Тристан, мальчик Тристан. Золотой ребёнок Хелени Мъярг. До последнего года при всей нелюбви к брату он не допускал мысли о том, что причинит ему вред. Что захочет его уничтожить. Но подозрения начали появляться одно за другим. Факты упрямо кивали на то, что Трис — не просто легкомысленный, наглый и беспринципный мальчишка. А потом появилась Аэри Сорлейн, и с его глаз как пелена спала.
Тристан Мъярг был игроком, а не пешкой. Хитрым, умным, жестоким, опасным. Он манипулировал обожающей его императрицей, прикидывался беззаботным ловеласом и гулякой и шёл к своей цели.
То, что успел выяснить Шаннер, говорило само за себя и подтверждало содержание газет. Хотя Аэри большая умница. Действительно, умница. Она нашла именно то, что ему недоставало. Нить, которая всё связало воедино.
Заметка о рождении Тристана. Празднество началось гораздо позднее, чем полагалось а таких случаях, почти на грани приличий. Уже ходили слухи, что императрица родила мертвого ребёнка, или что он погиб.
Скорее всего, Тристан родился очень слабым. Из-за дефекта магических каналов, магия утекала из него вместе с жизненными силами.
Печально, но интереснее другое.
Почему? Почему молодая знатная леди, которая заполучила свою мечту — вышла замуж за владыку целой империи, совершила такую безумную ошибку? Мало того, что изменила, так ещё и понесла от другого? Вскройся это — и Хелени Мъярг ждёт казнь, а Тристана.. самым щадящим вариантом будет вечная ссылка под надзором.
Императрица умна. Она не могла так ошибиться. Значит..
— У неё был любовник, который не только стоял во главе заговора, но сам всё это спланировал, — уверенно произнёс Шаннер.
— Молодец, — Сартау почти летел по коридору, — понял. Этот некто умён, но совершил глупость..
— Сделал главной пешкой в игре женщину, которая до безумия в него влюблена, — продолжил мысль Шаннер, — Хелени Мъярг забеременела намеренно. Это был не только протест, но и желание получить частичку дорогого ей человека, — кронпринц оскалился.
Какая дурость.
— Скорее всего, любовника она обманула и понесла вопреки его воли. Вот только что-то пошло не так, и сын едва не погиб.. — Приятно разговаривать с умным собеседником.
— Более того, — раздался мрачный голос Малькольма Ринтерна, и тёмная фигура отделилась от стены. Безопасник выглядел измотанным, его глаза покраснели, — скорее всего, беременность императрицы была спонтанным решением. Император уехал, а тут появляется её любовник.. И да, я постарался проверить все записи того времени, составил списки тех, кто был во дворце, проживал или выписывал пропуск, но сами понимаете.. — мужчина развёл руками, — столько времени прошло.
— То есть она решила забеременеть, и я ей это удалось, но само решение было крайне непродуманным и спонтанным. Вероятно, Хелени и её любовник сильно повздорили. Возможно, он убеждал, что им стоит воздержаться от близких отношений.. — задумчиво произнёс Шаннер.
Женщины. Впрочем, Хелени Мъярг не была самой умной. Скорее, хитрой, продуманной и опасной. Но даже таким не чужды эмоции.
Она хотела не только ощутить себя любимой и родить дитя от дорогого человека, но и иметь на него рычаг давления. Отцовство ведь при желании легко подтвердить, по крови легко найти отца ребёнка.. Интересно, как она заставила императорский артефакт поверить в то, что в Тристане течет кровь императора?
— Твой брат не знал, что он не совсем твой брат, — вдруг произнёс Сартау.
Вдалеке показать полоса света. Этот выход был заброшен и спускался далеко к реке, почти в самые трущобы.
— Скорее всего, принц начал что-то подозревать не так давно и начал собственное расследование, — согласился Ринтерн.
Это объясняло все заметки.
— Тогда может ли быть так, что встречу ему назначил родной отец? — Шаннер ощутил, как колючий гнев выходит наружу.
— Смелое предположение. Вероятность того, что это правда — более восьмидесяти процентов, — Сартау одним прыжком рухнул в сияющий проем и выкатился наружу.
— Ммм..
Малькольм и Шаннер переглянулись.
В глазах безопасника промелькнул дикий блеск.
Воры, убийцы, работорговцы, отступники.. Их было много. Очень много в сияющей и смертельно опасной столице.
Но на всякого зверя найдётся другой хищник.