Страница 100 из 116
Глава 21 Последняя битва
— Жаль, что Ари не успел вернуться, — пробормотал Грэй через некоторое время.
Я не спрашивала, куда мы шли — берегла силы. К тому же странное ощущение, которое уже несколько раз мягко царапало лапкой изнутри, твердило — мы идём в правильном направлении. Всё произошло именно тогда, когда нужно, именно так, как нужно.
Это судьба.
— Жаль, — откликнулась эхом.
Ариан — сильный маг. И, что самое главное, он лучший боевой маг своего поколения. Его вообще не должны были отсылать в какую-то идиотскую дипломатическую поездку на край света, но заговорщики сработали слишком умело.
— Жаль, но самое главное, что сейчас он в безопасности и скоро будет дома, — закончила уверенно, — мы справимся.
Доргат куда-то исчез. Скорее всего, отправился за Кэсом. Я видела, как Маэни не хотела его отпускать. Видела, как сжались в тонкую линию её губы и сбилось дыхание. Но эта женщина слишком хорошо знала, что такое долг.
Моя подруга. Моя сестра по оружию. Верный страж.
По моим ощущениям мы начали погружаться куда-то в толщу земли. Потом поднялись вверх, свернули вбок — и снова начали спуск. Изредка откуда-то сквозь стены доносились звуки, но они были едва слышны. Это был совсем другой уровень переходов.
— Здесь. Ещё немного, — голос кронпринца окреп.
Его высокая фигура теперь маячила впереди, а наши спины прикрывал Грэй.
Вскоре откуда-то из темноты вынырнула ещё одна фигура, остановилась, отдала честь и произнесла смутно знакомым голосом:
— Надеюсь, вы не думали веселиться без меня? Я вам тут обоих братцев Сорлейн привел.
— Малькольм, — только тот, кто очень хорошо знал Шаннера, мог бы уловить сейчас в его голосе теплые нотки.
Малькольм Ринтерн? Быстро же он пришёл в себя.
— Аэри, — Кэс стиснул меня в объятьях, как настоящий медвежонок.
На висках брата виднелись капли пота — только это и выдавало, что ему всё ещё тяжело двигаться так активно. Глаза задорно блестели, но я видела, что это маска. Кэс был предельно сосредоточен, от прежней расслабленности — ни следа.
— Кэсси, медведь, кто будет мне ребра чинить потом? — Легонько двинула локтем ему в бок.
Даже не дотянулась. Ловкий.
— Не знаю насчет того, что будут чинить, зато точно знаю, что чуть с ума не сошел, когда мне сказали, что ты погибла. Аэри, я.. — Кэс сглотнул. Зажмурился, мотнув головой. На лбу пролегла горькая складка.
Мне захотелось расправить её пальцами, поднять уголки его губ и вернуть моего Кэса. Весёлого, искреннего, улыбчивого. Я знала, что это неправильно. Знала, что все мы изменились. Знала, что как прежде уже не будет. Что ж.. значит, будет ещё лучше. Мы сами построим то будущее, которое нам нужно. Соберём себя по кирпичику.
— Я никому не позволю разрушить нашу семью. Вы всегда будете со мной, Кэс. А я — с вами. И если для этого мне нужно будет снова подвергнуть себя опасности — я это сделаю. Потому что вы сделаете для меня то же самое, — мой шепот утонул во мраке.
Совсем близко блеснули багровые глаза Шаннера. Я ощутила волну недовольства. Это было странно. Сначала я не могла понять, почему злюсь сама на себя, а после..
— Ты не подвергнешь себя опасности. Пока я рядом, тебе никогда не будет грозить настоящая опасность, — низкий голос звучал почти угрожающе.
— Фью, — на лице Кэса расцвела знакомая лукавая улыбка, которую я так обожала. Близнец скосил на меня взгляд и вытянул губы трубочкой, — любовь-морковь!
— А по лбу? — Рыкнула, чувствуя, как сама начинаю расплываться в улыбке.
Это сумасшедшее семейство Сорлейн!
Шаннер бросил на моего брата прохладный взгляд — как на разыгравшегося щенка.
Корри недовольно сопел то впереди, то позади. Ему было скучно. Тревога отступила, давая возможность сделать последний глоток свободы, покоя, надежды на лучшее.
Коридоры стали ещё темнее. Мрак сгустился, жаля. Хватал за руки, за плечи, за ноги. По телу пробежала дрожь. Давление усилилось. Светильники в руках мужчин едва разгоняли это чернильное море. Я никогда не боялась темноты, но сейчас мне казалось, что в ней живёт что-то зловещее. Что оно вот-вот вонзит в меня свои когти и клюв, утащит, раздирая на части, чтобы я канула в этом безмолвном мраке.
— Это мороки. Просто мороки. По этим коридорам никто не ходил уже тысячу лет. Здесь осталось слишком много заклятий и божественной магии ещё со времен последней войны богов. Главное помнить, что всё это — не по-настоящему.
Низкий уверенный голос. Ладонь, сжавшая мою. Морок исчез, и я осознала, что уже пять минут смотрю на каменную кладку.
Шаннер снова сжал мою ладонь.
— Всё хорошо, — я резко мотнула головой.
Волосы были забраны в пучок и не мешали. Хорошо. Я запомнила, как однажды меня за них оттаскали во время тренировочного боя.
— Спасибо, — сглотнула, чувствуя потребность прикоснуться к нему. Сейчас. Немедленно. Убедиться, что он реален.
— Будь осторожна. Не мечтай, не смотри по сторонам, следи за спутниками. Лучше всего сейчас взяться за руки. Жрецы сильны, даже с такого расстояния они будут пытаться нам помешать. Не стоит их недооценивать, — во взгляде Шаннера горело что-то дикое, жестокое, отчаянное.
Я знала, что он не остановится. Каждый, кто встанет на его пути, умрёт.
— Кэс, давай руку, — мой голос прозвучал хрипло, во рту стоял стойкий неприятный привкус, — Маэ?
— Я здесь, — мою ладонь крепко обхватили пальцы сестры по духу, а не по крови.
— И я. Давно ни с кем за ручки не держался, и тут не повезло, — фыркнул Кэс, переплетая пальцы с Маэни.
— Ну да, кое-кто мечтал о прекрасных девушках, но здесь все девушки заняты, — я цокнула.
— Увы нам! — Взвыл где-то неподалеку Малькольм. — Это кто тут?
— Я, — раздраженно заметил Грэй, — и не надо пытаться сломать мне руку, всё равно не выйдет.
— Тише, — низкий голос кронпринца придавил к земле, — прекратить балаган. С этого момента вы идете молча. Магию не применять, светильник пригасить до самого слабого уровня. Да, вот так. Напоминаю, стоит беспрекословно слушаться моих приказов. Если ослушаетесь — последствия вам не понравятся.
— Есть, господин, — задиристо откликнулся Кэс.
Нет, проблем он не создаст, но его настроение мне не нравилось.
— Слушаюсь, сюзерен, — ответила эхом.
Я знала, что должна сделать. И кидаться вперед, творя глупости, не собиралась. Это только в романах, тех, что разноцветных ярких обложках на желтой бумаге, хорошо заканчивается.