Страница 70 из 105
– Ты – дочь своего отца, ты не дурочка из деревни и должна понимать правила игры. Теперь я обязан Ройтеру из-за ребенка какой-то тупой горничной.
– Буквально пару дней назад мы были на благотворительном вечере, где вы все дружной компанией во главе с тобой и пресловутым Ройтером жертвовали огромные суммы на борьбу с раком.
– Я не потерплю твоих издевательств, Дарина. – В голосе Романа вновь появился этот отеческий тон.
– Издевательств?
– Я знаю, что ты не дура и понимаешь, о чем я. Те деньги шли в благотворительный фонд, учредителем коего я и являюсь, мою щедрость видели тысячи людей, и в фонд потекут деньги. А кто видел помощь горничной? К чему она?
– Роман, милый. Помнится, мы договорились – я твоя жена, и ты сказал, что я могу делать, что хочу, что мы
пара
– одинаковые и удивительные. У меня были свои мотивы, не суди меня, а посмотри на это с той точки зрения, зачем бы ты сам сделал это.
Роман промолчал и принялся за ужин, а Дара даже не хотела думать о том, что его больное воображение могло себе нарисовать. Она ощущала победу и удивлялась своей хитрости. Дарина вовсе не планировала этого заранее, все вышло спонтанно, и девушка поняла, что можно научиться жить с любым монстром.
– Приходи сегодня вечером в ту большую спальню на третьем этаже. Буду тебя там ждать.
Звучит отвратительно, подумала Дара, но вечером отправилась, куда велел муж. Все оказалось еще более мерзко, чем она предполагала. В комнате Роман был не один, а с одной из горничных, и Дара мигом поняла намек Романа.
«Слава богу, что это не та горничная, которой я помогла», – думала Дарина, а Роман без труда читал ее мысли.
Он заставил ее смотреть, и Дарина поблагодарила судьбу за то, что не заставил участвовать. Она отстраненно размышляла о том, что за столь короткое время молодой супруг смог так ее изменить. Дара не жалела себя, не сетовала на судьбу и думала, что никто не знает, что происходит за стенами спален идеальных супружеских пар.
Когда Вайль отпустил горничную, которая вовсе не выглядела жертвой, Дарина сказала:
– Уволь ее. Не хочу столкнуться с ней где-то на темной лестнице.
– Ты ревнуешь? – Роман ухмыльнулся.
Дара молчала. Она вообще сделала молчание своей фишкой: меньше слов – больше возможностей. Кто-то додумает, то, что ему удобно, кто-то увидит в молчании многозначительность или интеллект. Молчание золото, говорили предки, и как же они были правы!
– Хорошо, Даринушка, – сказал Роман, услышав в ее молчании нечто, доступное одному ему. – Ты больше ее не увидишь.