Клуша

– Да что я вас убеждаю! – не выдержал врач. Морщинки гневно собрались у прищуренных глаз, он даже узкие плечи расправил. – Вам государство дает возможность отправить ребенка на реабилитацию в санаторий, бесплатно, с лечением и учением. Там знаете воздух какой? Какая природа? А вы уперлись как коза и блеете "я не могу" "Он маленький", так и будете блеять до пенсии.

Клава подумала, что если надуется еще больше, то у нее щеки лопнут.

Олежка с грохотом опрокинул построенную им пирамидку из кубиков. Взъерошенный, он оглянулся на мать, поглазел на ее расстроенное лицо, тоже надулся и вернулся к кубикам. Ребенок подрастал, и чем старше становился, тем больше становилась пропасть между ним и другими детьми. Клава это видела. Занятия давали эффект. Олежка пусть медленно, но учился новому, уже умел занять себя самостоятельно не только кручением всего, что даже не крутится. К крышкам он охладел окончательно. Но Клаве все еще казалось, что чтобы она ни делала, этого недостаточно.

– Конечно, – сказала она умудренному возрастом и опытом врачу, чей рабочий день подходил к концу, и который откровенно устал за день от упрямых мамаш с их проблемами и личными тараканами в головах. Врач хотел ей помочь, он очень хотел помочь маленькому Олежке, поэтому он облегченно выдохнул, когда Клава сказала ему:

– Выписывайте направление. И анализы, какие надо.

– Железные сидения вдоль бортов, не могу поверить! – шипела Алина, цепляясь за Андрея. Лицо ее приобрело нездоровый зеленоватый оттенок, девушку трясло.

– Это Ан-2, – ответила Андрей, – они все такие.

Алина чувствовала себя запихнутой в древний реликт, готовый развалиться прямо в воздухе. Инструктор больше не усмехался, сверлил будущих парашютистов напряженным взглядом.

– Сейчас повыше поднимемся, – сказал он ровным голосом, – и на землю.

– Главное – не под землю, – сказал Андрей. В салоне послышались нервные смешки.

– Приготовиться! – гаркнул инструктор. Народ зашевелился.

– Девушек вперед! – весело крикнул один из парней.

– Вот сам первым и пойдешь! – пообещал ему инструктор.

Но первым прыгнул Андрей. Алина не могла не восхититься его невозмутимостью, хотя он зажмурился, когда делал шаг из самолета, но все-таки заставил себя его сделать. Прыгнула еще пара человек. Очередь дошла и до Алины.

– Готова? – спросил инструктор больше для проформы, потому что Алине на деревянных ногах совершенно было ясно, что подготовиться к такому – ветру, высоте. даже той скорости, с которой они летели – невозможно.

– Я -а.., – жалобно произнесла Алина.

– Пошла!

"Не смогу" повисло в воздухе. Алина шагнула на мгновение почувствовав спасительный белый шум в голове, который помогал не думать, просто действовать. Она ожидала, что вся жизнь понесется пред глазами калейдоскопом, но, видимо, и проноситься пока нечему, потому что под аккомпанемент того же белого шума она рванула кольцо, как учили, и почувствовала, как открылся парашют. Подняла голову – действительно – круглый бежевый купол парил прямо над ней. Алина повозилась, расчековывая запаску, удивляясь, что все-таки не забыла это сделать.

Девушка поискала глазами остальных, но понять кто из них Андрей не смогла. Наверное, тот, кто летел дальше всех. Алина все еще не понимала, как оказалась втянутой в подобную авантюру. И чего теперь от него ожидать? На что еще она способна согласиться, чтобы заслужить его одобрение и остаться в его компании? Алина смотрела прямо перед собой, смотреть вниз очень уж боялась.

Небо, много-много неба.

– Ну как? – спросил Андрей, когда Алина уже ушла со старта за ограждение.

– Нормально, – сказала Алина. – Вроде все правильно сделала. Приземлилась, как мне сказали, хорошо.

– Я имел в виду, как ощущения? – нетерпеливо прервал Андрей.

Алина потерла указательным пальцем подбородок.

– Вот я это сделала, – сказала она. – Больше пока нечего сказать.

Глава 13

Если вместо ее самой Андрей решил отыметь ее мозги, то Алина собиралась показать, что не он один так умеет. Бесконечные разговоры про Клаву, звонки ей и нежные приглушенные разговоры. Если он встречается еще и с Клавой, то непонятно, когда Андрей успевает еще и работать и носки себе стирать. Восторженное чувство прошло, оставив место раздражению. Правда, Алина точно знала, что все изменится, стоит ей снова увидеть Андрея и услышать его голос.

Но спасибо, одного прыжка достаточно.

Не то чтобы ей не понравилось, и, как и многие, она мечтала прыгнуть с парашютом, потому что есть в этом что-то романтическое. Небо, высота, ощущение полета, вернее, падения. Только Алина думала, что за проявленную храбрость ей полагается награда. Андрей же, похоже, считал, что прыжок и есть награда, а встречается он с Клавой.

Порой Алина ее ненавидела.

К решительным действиям Алина перешла внезапно даже для себя. В обеденной перерыв, выйдя из кабинета, свернула в безлюдную часть коридора, чуть не спряталась там за несгораемым шкафом, и набрала номер Клавы. Алина еще не знала, не была уверена точно, что буде говорить, но общий план уже нарисовался у нее в голове. Главное не струхнуть и не передумать в последний момент. Ограничить себя во времени и броситься в омут с головой – вот верные условия, чтобы сделать хоть что-нибудь.

– Привет, подруга! – весело прощебетала она в трубку, потому что Клава и в самом деле ее подруга, ничего не изменилось.

– Привет! – устало вздохнула Клава.

– Как жизнь? Как дела? – Алина задавала дежурные вопросы, потому что без них не перейдешь к главному, к тому, что волновало Алину больше всего.

– Нормально, – на самом деле Клаве хотелось уже пойти и утопиться после рабочего дня, в самом деле, вполне нормальное состояние. – Слушай, я знаю, что обещала тебе, но я не могу…

– Андрей тебе изменяет! – выпалила Алина сама поражаясь собственной наглости. Клава молчала, Алина отвела смартфон от уха, чтобы посмотреть, не бросила ли Клава трубку. Нет, не бросила. Просто молчала.

Первой не выдержала Алина.

– Я понимаю, он будет все отрицать, – сказала она, – но я точно знаю. Пожалуйста, не говори ему, что это я сказала, ага?

– Хорошо, – сказала Клава.

– Я его с девушкой видела, – сообщила Алина, на ходу придумывая красочные подробности. Не понадобилось.

– Да, ладно, хорошо. Алина, мне бежать надо, Олежка заждался.

– Клава, прости меня, что я так…