Клуша

Борис слушал не перебивая, без охов и ахав, и только иногда Клава слышала, как он выдыхает сквозь зубы.

– Ты еще здесь? – спросила она, утирая слезы тыльной стороной ладони.

– Да. Ты сейчас дома? Я приеду.

– Ой, поздно уже. Неудобно, – пробормотала Клава. Она хотела, чтобы он приехал, чтобы приехал кто-нибудь, чтобы она не оставалась наедине со своими мыслями.

– Через двадцать минут, – сказал Борис.

Клава запаниковала.

– Не надо! Я не… одна, – соврала она, чувствуя, как краснеет, как запылали уши в уверенности, что Борька ей не поверит, хуже того – высмеет. Она не хотела оставаться одна, но всего остального, что подразумевает визит одинокого мужчины, не хотела. Он может сколько угодно прикидываться другом, и Клаве порой хотелось в это поверить, что они друзья, но она опасалась и не без оснований.

– Хорошо, – после паузы сказал Вологдуев, – как скажешь. Выпей чаю и ложись спать, не думай о плохом.

– И тебе спокойно спать, – сказала Клава и нажала отбой.

Не настолько она отчаялась.

Посидев немного возле кухонного стола, Борис вынул из холодильника банку пива. Обычно он не выписывал больше одной за вечер, но в последнее время распустился. В маленькой кастрюле закипала вода. Борис высыпал в нее половину пачки пельменей. Щелкнул язычком на банке, пиво зашипело, пенясь, заспешило пролиться по блестящему жестяному боку. Борис выругался, отодвигая банку от себя.

На кухонном шкафчике бормотало еще советское радио, такое старое, что даже передачи на нем казались допотопными. Но музыка иногда играла неплохая. Борис сделал пару глотков, поморщился, снова достал телефон. Алина не отвечала. Борис пожал плечами. Не звонит, значит все хорошо и волноваться не о чем. Глянул сообщения в мессенджере и чуть не подавился очередным глотком пива.

"Приезжаю. Встречай"

Дата и время.

Борис положил телефон на стол и в три глотка допил пиво.

Голос инструктора заставил вспомнить студенческие годы. Алина невольно клевала носом, хотя ночью отлично выспалась.

– Для первого самостоятельного прыжка используется парашютная система Д-1-5У. Это управляемая система, может разворачиваться вокруг себя кругом, – вещал инструктор, обводя немногочисленную аудиторию маленькими пронзительными глазками. Алина затруднялась сказать, сколько ему лет, инструктор принадлежал к тем людям, которым с одинаковой вероятностью может оказаться и тридцать лет и шестьдесят пять.

Алина посмотрела на Андрея, он слушал внимательно и даже кивал иногда.

– Система надежная, – заверил инструктор, неосознанно потирая руки. – Но прежде, чем прыгать, нам, то есть вам, необходимо узнать: из чего состоит парашют, как он открывается, что с вами может случиться в воздухе, – инструктор неприятно усмехнулся, – и как правильно приземляться.

– А прыгать когда? – спросил юноша, едва вышедший из пубертатного возраста, в черном спортивном костюме – подделке под Адидас. Глаза юноши горели огнем предвкушения, как у заядлого адреналиномана.

– Как будете готовы, – опять усмехнулся инструктор.

"А если никогда?", хотела спросить Алина, но прикусила язычок, чтоб не выставлять себя дурой. Она снова посмотрела на Андрея.

– А ты уже прыгал? – спросила она шепотом.

– Нет, – сказал он.

– Первый раз для нас обоих, – пробормотала она. Мозг опять заработал в ненужном направлении. Пока инструктор объяснял по поводу парашютов и показывал огромный просто огромный и явно тяжелый ранец, Алина думала об Андрее.

Клаву он в клуб парашютистов не таскал, а ее привел. Хочет произвести впечатление? Тогда, если Алина ему интересна, зачем так упорно расспрашивал о Клаве? Он не равнодушен к ней – сразу видно. Надеется на параллельные отношения с двумя подружками? Алина невольно дернула губой. Если уж ложиться на грязные простыни, то хорошо хотя бы не знать, кто спал на них до нее.

Клава все равно его бросит, подумала Алина с необычным для нее ожесточением.

– Ты в тандеме хочешь прыгать? – спросил Андрей, заметив, что Алина задумалась.

– Что? – спросила она, очнувшись от своих мыслей.

– В тандеме, – терпеливо пояснил Андрей. – Два человека под куполом.

– С тобой?

– С инструктором. Дороже выйдет, но зато не придется долго готовиться, и инструктор все за тебя сделает, даже приземлится.

– Нет, если уж прыгать, то сама.

Алина внезапно почувствовала себя взрослой, вовсе не сходящий с ума ни от страха, ни от предвкушения. Прыгнуть с парашютом – что тут такого?

Андрей как будто не ожидал другого ответа.

– Купол прочный и надежный, весь прошит усилительными лентами. Даже если купол порвется – ничего не случится, ленты сдержат прорыв. Понятно?

– Да, – нестройно отозвались слушатели. Инструктор неодобрительно посмотрел на промолчавшую Алину.

– Двадцать восемь строп, – продолжил говорить инструктор, – каждая выдержит сто пятьдесят килограмм, представляете?

Инструктор гордился парашютом так, будто сам его делал, но все-таки Алина начинала чувствовать, что прыжок – не так уж страшно и все совершенно безопасно. Справится.

– Если за три секунды не дернете кольцо – прибор сам его дернет. Если парашют не раскроется, то страхующее устройство само откроет запасной.

– Вас послушать, так проще чем по детской площадке погулять, – проворчал юноша в Адидасе.

– Вы сначала из самолета выйдете, а потом уже сравнения делайте, – все с той же усмешкой сказал инструктор. – Ну так что, готовы морально?

– Да, – опять нестройно отозвались слушатели.

– Наверное, – вполголоса произнесла Алина.

– Я не готова, – причитала Клава, глядя в усталые глаза врача. – Совсем не готова.

– Надо! – твердо сказал невропатолог. В тесном кабинете, один угол которого завален игрушками, Клава чувствовала, как ей не хватает воздуха.

– Вы поймите, вам не хочется расставаться с ребенком, но вы о нем должны думать, а не о себе. С ребенком будут заниматься, давать лекарства, вы же не насовсем с ним распрощаетесь!

Клава кивнула. Все аргументы звучали разумно. И невропатолог полностью прав, ребенку надо полежать в стационаре, под наблюдением врачей, среди сверстников.

– Олежка же совсем маленький и несамостоятельный, – робко сказала она.

– Именно поэтому ребенку и полезно побыть вдали от вас какое-то время. Он привык, что вы все за него делаете, ничему не надо учиться. С ложечки кормите, попку подтираете

Клава надулась.