Страница 12 из 34
Глава 7. Игра на грани
Лиа думала, что самое трудное в этом дне — пережить объявление о помолвке.
Она жестоко ошибалась.
Ужин накрыли на двоих в малой столовой — интимной комнате с низким потолком, где свечи отражались в тёмных дубовых стенах. Лиа вошла, всё ещё не скинув нарядное платье для церемонии — сил просто не хватило. Шум и толпа всегда выматывали её.
Эван уже сидел во главе стола, перебирая какие-то бумаги. При её появлении поднял голову и отложил перо.
— Садись.
Она села на противоположный конец длинного стола, оставив между собой и им целую пропасть из серебряных подсвечников и фарфоровых тарелок.
Подавали суп. Молча. Потом рыбу — тоже молча. Лиа смотрела в тарелку и чувствовала на себе его взгляд. Напряжение между ними нарастало.
— Ты так и будешь есть, глядя в стол? — спросил он наконец.
— А ты будешь следить за каждым моим движением?
— Наслаждаюсь компанией.
Лиа отложила вилку и подняла глаза.
— Это лишнее, Эван. Брак фиктивный. Мы можем не притворяться, когда вокруг нет чужих. Зачем этот ужин? Разошлись бы по своим углам — и забыли до следующего выхода в свет.
Он действительно удивился. Даже бровь приподнял — ту, со шрамом.
— Забыли? Ты предлагаешь мне забыть, что моя невеста — ты?
— Я предлагаю не тратить силы на видимость. — Лиа скрестила руки. — Заключили сделку — соблюдаем условия. В условиях не было романтических ужинов при свечах. К чему этот пафос?
Эван откинулся на спинку стула и несколько секунд изучал её лицо. Карие глаза с зелёными крапинками — те самые, от которых у неё когда-то подкашивались колени — скользнули по её губам, шее, кулону.
— Ты злишься, — сказал он не вопросом, а утверждением.
— Я?
— На меня. За академию. За то, что бросил. За… — он сделал паузу, — то, чего не случилось.
Лиа почувствовала, как внутри всё сжалось. Но лицо осталось невозмутимым.
— У тебя разыгралось воображение. Я не злюсь. Мне просто всё равно.
— Всё равно? — Эван чуть подался вперёд. — Тогда почему ты носишь кулон, который я подарил? Почему не сняла его до сих пор?
Она машинально коснулась холодного серебра на груди. Поймала себя на этом жесте и одёрнула руку.
— Привычка. И не смей анализировать меня и мои вещи.
— Хорошо. — Он встал. — Тогда позволь прояснить кое-что, чтобы ты не думала, будто я веду здесь какую-то подлую игру. У меня есть объяснения. Про то, как я уехал. Про то, почему не вернулся и ничего не сказал. Если ты захочешь услышать — я расскажу.
— Не хочу, — отрезала Лиа, тоже вставая. — Прошлое должно оставаться в прошлом. Ты сделал свои выбор тогда, а сейчас меня не интересуют твои оправдания.
Она развернулась, чтобы уйти, но не успела сделать и шага.
Эван настиг её в два счёта. Прижал к стене — не больно, но настойчиво. Ладони упёрлись в дубовые панели по обе стороны от её головы, замыкая в ловушку.
— А если я всё-таки хочу рассказать? — спросил он тихо, глядя сверху вниз.
Лиа замерла. Его дыхание коснулось её лба. Пахло от него вином и мятой — той самой, из далёкого прошлого, когда они сидели на подоконнике академии и она мечтала, чтобы этот миг длился вечно.
Сердце заколотилось где-то в горле.
— Оставь свои желания при себе и убери руки, — сказала она ровно, но голос чуть дрогнул.
— А если нет? Тебе ведь это нравилось…
Он чуть наклонил голову, гипнотизируя взглядом. Этот взгляд когда-то заставлял её терять дар речи. В академии она бы растаяла. Сейчас — сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Ты сейчас не в том положении, чтобы флиртовать, Пуарье. Мы давно выпустились из академии, а твоя власть держится на волоске. Я сказала — убери руки.
Эван не убрал. Усмехнулся, но как-то неуверенно. Словно не мог поверить своим ушам.
— Лиа…
Она толкнула его в грудь. Сильнее, чем ожидала — он сделал шаг назад, скорее от неожиданности, чем от силы. Лиа выскользнула из ловушки, поправила платье и посмотрела на него с ледяным спокойствием.
— Доброй ночи, лорд Пуарье.
Она вышла, не оборачиваясь. Только за дверью позволила себе выдохнуть и прижаться спиной к стене.
Сердце бешено колотилось. Щёки горели. Она ненавидела его за то, что он всё ещё мог на неё так действовать. А внутри, глубоко-глубоко, шевельнулось что-то, чему она отказалась давать имя.
Эван остался стоять у стены, глядя на закрытую дверь.
— Не в том положении, — повторил он вслух. — Интересно.
На губах появилась медленная, задумчивая усмешка. Он провёл рукой по лицу, сжал челюсть.
— А ты выросла, Левито. Играй дальше. Мне нравится тебя завоёвывать.
Флэшбек 2. Академия. Три года до мятежа
С той встречи в подвале прошло две недели.
Лиа боялась, что забудет тот случай, как приятный, нежный сон — вот он был, и вдруг исчез. Но Эван не давал забыть. Он находил её в библиотеке, подсаживался в столовой, а однажды даже попросил помощи с заклинанием — хотя целителям и боевым магам было не по пути.
Их занятия стали ритуалом. Два раза в неделю они встречались в пустом классе на третьем этаже. Эван отрабатывал боевые плетения, Лиа — диагностику тёмных ран. Они решали задачи, спорили о теориях магии и молча глядели в окно, как закат красит башни в золото.
Её подруги не верили своим глазам.
— Ты? И он? — Катти, сокурсница, округлила глаза. — Лиа, он же выпускник! Самый популярный парень академии! Почему он вообще с тобой…
Она не договорила, но Лиа поняла: «Почему он с такой, как ты? Ничем не примечательной, робкой первокурсницей?»
Лиа и сама не знала. Боялась спросить. Боялась спугнуть.
Они занимались в тот вечер в библиотеке — разбирали тему «Тёмные артефакты и их воздействие на светлую магию». Лиа склонилась над конспектом, пытаясь разобрать почерк профессора. Волосы упали на лицо, мешая писать.
Эван подвинул к ней книгу и вдруг протянул руку. Осторожно, почти невесомо, убрал прядь за её ухо.
Его пальцы задержались на секунду — длинную, бесконечную.
— Так ведь лучше, — сказал он.
В библиотеке стало тихо. Слишком тихо. Только сердце Лиа колотилось где-то в горле.
Она подняла глаза. Эван улыбался — той самой открытой улыбкой, от которой у неё кружилась голова. В его карих глазах с зелёными крапинками плескалось что-то тёплое, почти нежное.
— Спасибо, — прошептала она.
— Не за что.
Он вернулся к своим записям, будто не произошло ничего особенного. А Лиа смотрела на страницу, но не видела ни слова.