Страница 26 из 32
— Когда позже? Ты вечно «позже»! Знаешь, мне девочки говорят, что ты меня используешь. Что
я для тебя просто…
— Какие девочки?!
— Из фитнеса! Ира с утренней йоги и Кристина с пилатеса. Они говорят, что мужчина, который
любит, тратит время, а не только деньги. А ты только деньги! Ну и деньги тоже не очень, если
честно. Вон Кристинин парень ей «Порше» подарил, а ты мне даже сумку ту не купил… И квартира
у меня опять съёмная.
Я убираю телефон от уха, кладу на стол и смотрю на него, как на таракана. Голос Лики
продолжает бубнить из динамика — жужжание, которое раньше казалось мне милым и грело
самолюбие, теперь вызывает зубную боль.
Ей двадцать четыре. Ещё недавно она работала хостес в одном ресторане и радовалась тысяче
рублей чаевых. Образование — колледж, специальность — не имею понятия, но наверняка что-то
связанное с охотой или рыбалкой. Вон как ловко она меня подцепила на крючок, когда я
встретился на её пути в ресторанный зал. У меня тогда настроение было плохое, а она вся
такая свежая, горячая... Помогла мне расслабиться в тот же вечер. Настроение, и не только,
очень умело подняла. А Аня — что Аня? Наш пожар в постели давно превратился в угли.
Я — идиот.
Поднимаю телефон.
— Лика, я устал. Поговорим завтра.
— Завтра я занята! У меня съёмка для портфолио и потом маникюр! Саш, ну когда мы наконец
нормально проведём время?!
— Завтра, — повторяю и вешаю трубку.
Сажусь за стол. Тишина. Гудят трубы. Капает кран, который никто так и не починил.
Звоню Егору. Долгие гудки. Не берёт. Пишу в мессенджер: «Перезвони». Галочки серые. Даже не
прочитал.
Звоню Милене. Милена берёт на третий гудок, но голос такой, будто я оторвал её от чего-то
невероятно важного.
— Да, пап?
— Как дела?
— Нормально. А что?
— Ничего. Просто спрашиваю. Как квартира?
— Квартира отлично. Только убирать тяжело, я домработницу ищу.
— А платить за неё кто будет?
Возмущённая тишина и пыхтение.
— В смысле? У нас же уговор. Я молчу и не осуждаю, а ты даёшь деньги.
Кладу телефон на стол. Смотрю на пустую кухню. На контейнер со вчерашней едой. На капающий
кран.
Месяц назад я сидел здесь и думал: «Жена вернётся. Куда денется?» Она не вернулась. Она
устроилась на работу к Виктору Громову, подала на развод, наверное, квартиру уже сняла и
живёт своей жизнью. Без меня. Может, даже других мужиков водит! От этой мысли испарина
выступает. Нет, не может быть! Аня не такая!
Зато я такой. Горько, до зубовного скрежета.
Нет. Стоп. Не надо так думать.
Она мне за это заплатит. За развод, за суд, за Громова. Она пожалеет. Я сделаю так, чтобы
она пожалела.
Беру телефон и набираю номер адвоката. Трубку берут сразу — за те деньги, которые я плачу,
обязаны брать сразу.
— Борис Аркадьевич. Задача поменялась. Никакого мирного раздела. Я хочу, чтобы она не
получила ничего. Ни дома. Ни машины. Ни копейки. Ничего. Вам понятно?
— Александр Сергеевич, я должен предупредить, что по закону…
— Мне плевать на закон. Найдите способ. Для этого я вас и нанял.
Кладу трубку. Руки трясутся. Не от страха. От злости. Чистой, белой, выжигающей злости.
Она хочет войну? Она её получит.
Встаю, иду в гардеробную. Открываю шкаф. Три десятка галстуков смотрят на меня, как
обвинительное заключение. Беру первый попавшийся — бордовый, к серому костюму точно не
подходит — и завязываю.
Узел кривой.
Плевать.