Туман

Старик прищурился, вглядываясь в указанном направлении. И действительно, в паре миль по левому борту на волнах качалась парусная яхта. Она была видна невооружённым глазом. Грот был убран, а генуэзский стаксель, сорванный с ролевого фурштура, полоскался на ветру, как огромный белый флаг капитуляции. Яхта дрейфовала, развернувшись бортом к волне, что было крайне опасно.

— Что там, чёрт возьми, произошло?

— Понятия не имею, — ответил Олсен.

— Эй, есть там кто живой? — крикнул Джед, когда они приблизились на достаточное расстояние.

Олсен исчез в кокпите, где через секунду послышался его громкий голос. Но что он говорил, оказалось не разобрать. Явно повторял одни и те же слова.

— Ничего, — ответил Марк, возвращаясь обратно к старику. — Пытался вызвать их по рации. Молчат. И AIS у них не работает. На картплоттере их нет.

— Хмммм…. Странно.

Старик сощурился. Он увидел красивый 45-футовый океанский однокорпусник с классическим тёмно-синим корпусом и белой надстройкой. На борту виднелась надпись: «Одиночка». Яхта была явно построена для дальних переходов. Возможно, для одиночного плавания. Мощные солнечные панели на кормовой арке, прочный тент-бимини над кокпитом, радар на мачте, всё говорило о серьёзной подготовке её владельца. Но на палубе было пусто.

«чёрт! Не хватало нам ещё одной Сирены».

— Что будем делать? — спросил Марк.

— Подойдём ближе, — решил Джед. — Бросать их вот так нельзя. Может, им нужна помощь. Топливо кончилось или двигатель сломался.

— Да их там может быть около десятка! Все не поместятся на борт!

— Посмотрим. Чего гадать раньше времени.

Он изменил курс, направляя «Странник» к дрейфующей яхте. Минут через десять они подошли достаточно близко, чтобы можно было разглядеть более подробно.

— Эй, на борту, «Одиночка»! — кричал Джед в мегафон. — Вам нужна помощь?

Ответом была лишь зловещая тишина и хлопанье разорванного паруса на ветру.

— Что-то здесь не так, — пробормотал Стоун. — Слишком тихо.

— Не нравится мне всё это, — потёр небритый подбородок Марк. — Ох как не нравится эта тишина.

Стоун принял решение.

— Марк, пойдёшь со мной. Джек, остаёшься за главного. Держи дистанцию, но будь готов подойти, если понадобится. Никого на борт не пускать без моего приказа.

Они заметили, что состояние яхты было хуже, чем казалось издалека. Леера в нескольких местах были погнуты, явно от шторма.

— Господи, — прошептал Марк.

Джед ничего не ответил. Он зацепился за борт и ловко перебрался на палубу. Марк, чуть более неуклюже, последовал за ним. На «Страннике» за их действиями наблюдал не только Джек, но и вышедшие на палубу Дамиан Адамс и Ава Сент-Клер. Их лица выражали смесь любопытства и страха.

— Это опасно подбирать кого-либо вот так, — заметил миллиардер.

Келли промолчал, продолжая пристально следить.

— А вдруг это приманка? Вот таких, как мы, там ждут, а потом выскочат все на палубу…

Рыжеволосая громко ойкнула от страха, прикрыв рот ладошкой.

— Не говори чушь, Адамс, — не выдержал Келли. — Видишь же, что яхта в плачевном состоянии.

Джед, чья рука привычно легла на рукоять револьвера под курткой, медленно пошёл по палубе. В кокпите царил беспорядок. Навигационные карты были разбросаны. Одна из подушек на сиденье валялась на полу. На столике стояла чашка из-под кофе, только чудом не слетев.

Марк указал на открытый люк, ведущий вниз, в салон.

— Я пойду первым. Ты оставайся здесь и смотри в оба.

— Джед, может, не стоит? — с тревогой в голосе сказал Марк.

— Нужно, — отрезал старик. — Мы должны знать, что здесь произошло.

— Зачем?

— Просто, чтобы знать.

Он осторожно спустился по узкой лестнице. Сразу же в нос ему ударил тяжёлый, неприятный запах разложения. Вонь смерти. Джед знал этот запах слишком хорошо. Он непроизвольно задержал дыхание.

Салон был тесным, но продуманным. Функциональный минимализм, светлые тона отделки, множество шкафчиков. Справа, компактный камбуз, слева, небольшой диванчик со столом. Всё было перевёрнуто вверх дном. Дверцы шкафчиков оказались распахнуты, на полу валялись консервные банки, одежда, книги.

Но источник запаха был не здесь. Он шёл из носовой каюты. Дверь была приоткрыта. Джед толкнул её стволом револьвера.

То, что он увидел, заставило даже его, старого солдата, содрогнуться. На широкой V-образной койке лежали два голых тела. Мужчина и женщина. Судя по степени разложения, они были мертвы уже много дней. Запах здесь был почти невыносимым. Женщина лежала на спине, глядя в потолок невидящими глазами. Мужчина обнимал её одной рукой, а в другой, лежавшей у неё на груди. Он сжимал пистолет. Картина их гибели была предельно ясна.

Он застрелил её, если судить по характерному следу на виске. А потом себя. Соглашение о самоубийстве. Но почему? Что могло заставить двух людей, находящихся в безопасности посреди океана, пойти на такой шаг?

Марк, не выдержав ожидания, тоже начал спускаться вниз.

— Джед, что там?

Он вошёл в салон, и его тут же скрутило от смрада.

— О, боже…

Заглянув в каюту, он увидел тела. Лицо айтишника мгновенно позеленело. Его замутило, и он, развернувшись, бросился наверх, на палубу, где его вырвало за борт.

Джед, задерживая дыхание, заставил себя сделать ещё несколько шагов. На навигационном столе он увидел судовой журнал и несколько паспортов. Он взял один. Граждане Австралии. Саймон и Элизабет Хейс. Он перелистнул последнюю запись в журнале. Дата была почти пятидневной давности. Несколько коротких, написанных дрожащей рукой, строк:

«Связи нет. Все каналы молчат. Спутники не отвечают. Мы одни. Весь мир замолчал. Мы одни в этом проклятом океане. Больше нет сил надеяться. Прости нас, Господи» за то, что мы собираемся сделать, ибо это грех.

Теперь всё было ясно. Они не знали, что где-то ещё есть выжившие. Они решили, что остались последними людьми на планете. И не выдержали этого вселенского одиночества.

«Вот уж дураки, — констатировал фермер. — До земли, можно сказать, рукой подать».

Впрочем, ещё неизвестно, что у них там с топливом. Хотя, имелся парус. Возможно, проблемы со связью, или просто сумасшедшие? Сейчас гадать не хотелось. Да и незачем просто.

Старик поспешно вышел из каюты, поднимаясь наверх, на свежий воздух. Он глубоко вдохнул солёный морской ветер, пытаясь прогнать запах смерти. И в этот момент его накрыли воспоминания.