Страница 47 из 82
Без промедления я и Саваж задействовали каждый своё силовое поле, МР-три и МР-два. Они смешались в одно целое. Мутное и тяжелое розово-сизое марево окутало циклопа, но тот будто ничего не заметил, замедлившись всего на несколько мгновений.
— Откуда в нём столько сил? Откуда?.. — услышал я бормотание Саваж в наушнике.
В этот момент к разрушенной площади подошёл ещё один титан.
Я его уже видел в ангаре. Заметил сразу же по прибытию в крепость — такого сложно было не заметить: полностью красный, с жуткой демонической мордой и чёрными матовыми оптическими кристаллами. Причем его оптика повторяла фасеточные глаза люминалов — такого я раньше ни на одном титане не встречал.
Это была новейшая экспериментальная модель. Двадцать пять метров, пятое поколение, а может, уже шестое. Этот красный демон стоял в коробе регенерации по соседству с моим Прометеем, но я ни разу не видел, чтобы им кто-то управлял.
И вот он появился здесь.
Один.
В бой он не кинулся, но громко заговорил со мной через наушник:
— Ударь циклопа своим огнем! Давай!
Я не стал даже задумываться о том, кто управляет этим титаном, и почему он лишь страхует, но не сражается.
В ход пошёл Великий Огонь, без промедления и сомнений.
Красное пламя с гулом вырвалось из ладони Прометея и лавиной устремилось к циклопу. Огонь охватил грудь чудовища, начал пожирать его панцирь, всё больше и больше.
Но то, что произошло дальше, заставило меня замереть от ужаса и неверия.
Великий Огонь ослаб, будто передумал уничтожать панцирь циклопа и вообще причинять ему хоть какую-то боль, а потом… погас.
Погас прямо во время боя!
— Какого хрена… — выдавил я в панике.
Такое произошло со мной впервые, и дело было не в том, что со мной что-то не так. Нет, дело было именно в циклопе, а не во мне.
Размашистым ударом хвоста чудовище оттолкнуло Зевса в сторону, плечом протаранило Афродиту и направилось ко мне.
Его глаз, багровый и неистово яркий, уставился на меня жадно и безотрывно. Его острые шипы и наросты на чёрном панцире ощетинились, гребень вздыбился, пасть захлопнулась, перестав издавать жуткий рык и изрыгать слюну.
Шумно сопя, циклоп сделал несколько шагов и вдруг застыл на месте, будто передумал на меня нападать.
На это Прометей среагировал не менее странно: утробно заурчал, как урчал при виде того, кому он доверял или…
И тут меня пронзила жуткая догадка.
Чёрт возьми! Теперь понятно, почему Прометей вёл себя так, будто слетел с катушек.