Страница 46 из 82
Он рванул с места, прямо ко мне и Афродите.
Цепи с грохотом упали на разрушенную улицу, так и не поймав титана, ну а он устремился ко мне, тоже протягивая руку.
— Саваж, подними меня выше! — крикнул я в наушник.
— Поднимаю, — слабым голосом ответила она.
Ладонь Афродиты поднялась выше, точно к протянутой руке Прометея.
Я стянул пиджак, бросив его под ноги, и приготовился прыгать с одной титанической ладони на другую. Да, возможно, это тоже смотрелось драматично, но сейчас мне было не представлений о том, как это выглядит.
Мне нужно было добраться до капсулы пилота и взять управление Прометеем в свои руки. Не на расстоянии, а напрямую через нейроинтерфейс.
Саваж, конечно, уже поняла, что я собираюсь сделать.
— Стас, не надо… пожалуйста… — услышал я её панический и слабеющий шёпот. — Управляй титаном с его плеча… ты сможешь… не лезь в капсулу, как я… Стас, пожалуйста…
Я обернулся и посмотрел в розовые оптические кристаллы Афродиты.
— Всё будет хорошо, Вик, — прошептал в наушник.
После чего крепче ухватился за палец Афродиты и в один мощный прыжок перемахнул на ладонь Прометея. Тот заурчал, как только я коснулся пластин на его руке.
Привычным движением титан поднял меня на шипастое плечо, и пока он это делал, я успел раздеться до трусов. Вот это уже вряд ли выглядело драматично. Скорее, по-идиотски, но и на это мне было плевать.
Практически голый, я рванул к боковому люку, распахнул его и в одно движение запрыгнул внутрь ногами вперёд. Ухнул в теплый раствор, как брошенный в воду топор, и сразу же начал погружаться на дно капсулы.
Мой лимб продолжал работать, а ключ — сиять.
Нити нейроинтерфейса моментально среагировали и облепили моё тело от самого затылка до пяток. Вонзились в меня по всей длине позвоночника, растянули руки в стороны, а ноги ровно вниз — распяв, как на кресте.
Я закрыл глаза, отдавая себя и всю свою нервную систему на волю первичного сердца титана — того, что находилось в самой капсуле. И оно приняло мою жертву, вцепившись в меня так сильно, что сразу же порезало и пронзило кожу и мышцы.
Раствор окрасился в розовый.
Жидкость капсулы смешалась с моей кровью.
Сознание померкло, затерялось между реальностью и сном, между жизнью и смертью. Я ощущал лишь боль, настолько сильную, что моя нервная система едва могла её принять.
— Стас, ты падаешь! — прогудел в наушнике отчаянный выкрик Саваж. — Я не удержу тебя! Ста-а-ас! Ты падаешь! Ста-а-ас!
Моё затухающее сознание никак не могло понять, кто именно падает: я или мой титан.
— Ста-ас! Прометей падает! — снова закричала Саваж. — Он слишком тяжёлый! Я не удержу! Стас! Не удержу-у-у…
Её крик, её боль, её отчаяние так сильно прошибли мне мозги, что я распахнул глаза, моментально придя в себя. А может, сработало что-то другое, не знаю.
Саваж кричит… Прометей падает…
Сцепление с титаном я ощутил на сверхъестественном уровне, это было настолько полноценное сопряжение нейронов, будто Прометей — это и есть я.
И падаю тоже я. Я сам. Валюсь мордой в пол, как исполинская кукла, которую толкнули в спину. Огромный, неуклюжий, неуправляемый.
Ну уж нет!
Реакция была быстрой и отработанной: правая нога вперёд, на колено, затем выпрямить спину, навалиться на левую ногу и встать. Всё точно так же, как когда-то учила меня Саваж, ещё когда я осваивал управление Малышом в симуляционной колбе в Симоне.
Я устоял.
И только потом почувствовал, что мне в плечи вцепилась Афродита и смотрит прямо в мои оптические кристаллы, снизу вверх, потому что ниже меня на семь метров.
— Саваж… — начал произносить я, но в этот момент увидел, что прямо ей в спину летит отброшенный циклопом титан из боевой бригады.
Его красный поврежденный корпус, переломанные руки и вывернутая в сторону голова — всё смешалось в одно алое пятно, летящее прямо на Саваж.
И опять реакция была молниеносной.
Я толкнул Афродиту в одну сторону, а сам бросился в другую. Гигантский гибрид, не меньше меня самого, рухнул точно между нами. Распластался и замер без движения, как игрушка, сломанная и брошенная жестоким ребёнком.
Ну а разъярённый и осатаневший циклоп отшвырнул ещё троих титанов; четвёртого подмял под себя, навалился и затоптал лапами.
Оглушающий лязг и скрежет биосинтетических пластин эхом пронеслись по всей Гражданской Зоне.
Похоронив под собой противника, зверь кинулся на следующего. Это был двадцатиметровый Анубис учителя Равена с Саблями Мертвеца в руках и силовым полем МР-пять.
Вместе с Анубисом появилась ещё одна бригада местных титанов.
Циклоп обрушился на всех сразу, рассвирепев до исступления.
Он расшвыривал их, как щепки, таранил и сминал, будто картонных солдатиков, откидывал, топтал, рвал зубами, выворачивал им конечности, пока не откинул их от себя и не освободил путь.
Ну а потом чудовище заметило меня и Афродиту, стоящих на краю площади.
Циклоп зарычал, раззявив израненную и гниющую пасть, забрызгав кровавой слюной обломки домов и переломанных титанов вокруг. Его жуткая одноглазая морда исказилась гневом, и весь он устремился вперёд, к нам двоим, будто боялся не успеть убить как можно больше — всех, до кого дотянется.
Я бросился ему навстречу, заслоняя собой Афродиту и выхватывая арматурную трубу из-за спины. По трубе искрящими вспышками пронеслось Высокое Эхо и преобразилось в белые световые клинки.
И тут наперерез рычащему зверю бросился ещё один титан. Мощный, массивный, с золотистой толстенной бронёй и Копьём-Молнией в руке.
Это был Зевс.
Кроме Оружия Мастеров Эхо он использовал свой знаменитый Всеобщий Силовой Щит и закрыл им не только себя, но и меня с Афродитой.
— Уходите!!! — проорал он. — Живо!!!
Чудовище тут же обрушило весь свой гнев на учителя и его титана. Первый удар он выдержал, но второй пробил его силовой щит, и когтистая лапа угодила Зевсу точно в середину груди — в работающий на пределе Эхо-Реактор.
Титан выгнулся.
Дёрнулся пару раз, будто потерял управление, и под натиском отшатнулся назад.
— Учитель! — Я рванул ему на помощь.
Афродита бросилась следом.
На ходу мы отправили ему два ключа Заслон Союзника, но циклоп был настолько силён, что даже двойная защитная оболочка отработала лишь секунд пять.