Страница 151 из 309
Массивные часы на руке Джи блестели каплями воды. Прозрачные бусины осели на тусклом корпусе, на потертом ремешке, плотно охватившем запястье. Я даже не знала, идут ли они, эти часы, или отродье таскает их как память о прошлом. Исцарапанный дисплей оставался матово-черным. А сами часы – странно уродливыми, и даже блестящие стеклышки капель не смогли их украсить. Ведь если прицепить мясопаду крылья, это не сделает его мотыльком.
Вряд ли выродку нужно знать время. Он просто пытается быть похожим на нас. Нацепив крылья…
Прищуренные глаза Джи заполняла тень – не то внешняя, от ресниц, не то исходящая изнутри. Он ошибся. Все могут ошибаться, даже те, кому сотни лет. Интересно, сколько ему на самом деле… Хотя нет – не интересно. Сколько бы ни было, итог останется неизменным.
Он сделал неправильный выбор.
Я тоже когда-то его сделала. А может, и не раз. Когда согласилась двинуть на север, спасаясь от банды Немого. Когда пошла дальше, узнав, что наша дорога не заканчивается на руинах Олд-Йорка. Когда взошла на борт «Каролины Квин»… Где был он, тот переломный момент, тот выбор, который привел меня на проклятую дамбу? Что мне жаждать отменить, чтобы никогда вновь не оказаться там, между Теслой и Джи, – там, где не сработал и никогда не сумел бы сработать разум? О чем мечтать, чтобы не повторить ту попытку броситься в волны? Попытку, которая унесла
его
жизнь… Ведь стой я на месте, Джи нырнул бы за
ним.
Но о чем ни проси, как ни умоляй, все останется по-прежнему. Ошибся не выродок – ошиблась я. И этому нет прощения.
Призрачное касание таяло на щеке. А я все прижимала ладонь к ледяной коже, бессмысленно пытаясь его удержать.
Прощать стоит тех, кто этого заслуживает. Тех, в ком есть смысл. Они могут ошибаться, имеют право на это. А я лишь несу беды – как будто та никчемность, что составляет мою суть, пятнает всех вокруг, стоит мне оступиться…
Я – вот то, что стоило бы отменить.
Обе ладони холодило. Волосы, слипшиеся мерзлыми сосульками, позвякивали на ветру: комбинезон защищал от воды лишь по горло. Моя кожа под ним казалась такой же неживой. Мороз пробирался под парку, оглаживал запястья вкрадчивыми прикосновениями. Я молча стояла, отстраненно фиксируя, как распространяется холод по телу. Отродье рядом, так же замерев, смотрел на залив. Ветер играл распахнутым воротом его рубашки.
Пусть. Картонные фигурки не мерзнут.
Зажатый в руке пистолет казался смешным и ненужным. Верный вальтер, столько раз спасавший мне жизнь… Вот бы всадить пулю в чертова выродка – и снова, и снова, одну за другой, пока не опустеет обойма… Но толку? Он встанет опять, а я… А я даже не могу его убить. Я ничего не могу. Ничего.
Ветер нежно коснулся моего лица, будто напоминая. Зовя.
Онемевшие пальцы разжались, едва ощутив, как выскользнул из них вальтер. Это неправда, что я не могу ничего. Я могу. Мне оставили выбор. Наверное, даже самый важный.
Я оттолкнулась от скалы и шагнула к заливу. К застиранному полотну вокруг сцены. Шаг и другой – просто роль. Просто кукла, картонная марионетка на паутинках воздушных нитей.
Остальные – немые фигуры – застыли где-то на периферии. Занавесом упала тишина, отрезав все звуки.
Я не хочу так, как они. Не хочу – под пулями ублюдков… Раз уж настала пора, я выберу сама, и вдруг хоть на этот раз – верно.
Я иду к тебе.
Меня никто не остановил. Может быть, они не понимали, что я собираюсь сделать. А может, им просто было все равно.
Я шаг за шагом приближалась к заливу. Дистанция, такая короткая, почему-то казалась бесконечной, растянутой до невозможности. Будто еще секунда – и она схлопнется, отшвырнув меня назад. Я словно перебирала ногами на месте, изо всех сил пытаясь догнать ускользающий берег.
Вода лизнула ботинки. Осторожно и даже ласково, как преданный пес. Как будто впитала
его
нежность.
Я шагнула в волны, позволяя им обнимать мои ноги. Страха не было. Я больше не боялась волн – теперь они несли заботу и бережность. И это будет последним, что я почувствую…
Вода впереди забурлила. Крупные пузыри один за другим лопались над поверхностью волн. Я вздрогнула и попятилась, когда на месте пузырей вдруг показался черный круг. А еще через секунду передо мной появился человек.
Ладонь рефлекторно дернулась к вальтеру, оставшемуся на берегу. Пальцы наткнулись на пустоту, и в груди вспыхнул холод. Я вскинула левую руку, правой сдвигая заглушку импланта под вздернувшимся рукавом.
Не позволю! Никому не дам меня остановить!..
Но незнакомец и не собирался останавливать. Он протянул руку – обычную бледную руку с блестящей от воды влажной кожей, – и я превратилась в пыль.
На его ладони лежала булавка. Та самая булавка Ньют, похожая на миниатюрный клинок. Которую она когда-то подарила Тесле и которая украшала его рюкзак…
– Где?.. – Я бросилась к незнакомцу, схватила его за узкие плечи. – Где?..
На большее сил недостало. Дыхание сбилось, и я закашлялась, хватая ртом воздух.
Он молча кивнул, приглашая с собой. Прямо в волны.
– Ника!
Окрик Джи донесся странным отзвуком. Как неуместный шум ветра.
– Это может…
Я взяла у незнакомца булавку и крепко сжала в кулаке. Взглянула на воду, куда еще миг назад собиралась уйти навсегда. И шагнула вперед.
Макушка незнакомца уже скрылась под волнами, а мгновение спустя погрузилась и я. Уши заложило. Я дернулась – тело инстинктивно просилось назад, из враждебной среды, но булавка в ладони якорем тянула меня вниз.
Я открыла глаза. Вокруг бурлила серая муть, она давила и стискивала, мешая смотреть, слушать, дышать… Я крутанулась на месте, разбивая ладонями плотную взвесь.
Где, куда?..
Что-то коснулось моего плеча. И тут же из мутной темноты рядом выплыл крупный черный полушар. Его придерживал сбоку тот самый незнакомец. И знаками показывал мне забираться внутрь.
Я заелозила руками по скользкой поверхности.
Булавка, только бы не уронить булавку!..
Сердце бешено стучало, в груди уже начинало ломить. Ладонь нащупала какой-то выступ, ухватилась за него, и я бросила непослушное тело под полушар.
Меня толкнуло и едва не перевернуло вверх ногами – я забарахталась, чтобы хоть как-то удержаться. Расставила в стороны руки, упираясь в черные стенки. И вдруг поняла, что могу дышать.
Под круглым куполом был воздух. Я втянула его носом, выплевывая остатки воды. Шумно выдохнула и задышала уже спокойнее.