Страница 114 из 309
– Неприятно, что какое-то отродье оказалось наблюдательнее тебя? – В голосе Джи сквозил лед, словно принесенный им с собой извне. Будто выродок специально набрал в грудь больше холодного воздуха еще там, наверху, и теперь постепенно выпускал этот хрусткий от мороза запас с каждым своим словом. Казалось, еще немного, и из его рта покажутся иголочки инея, а вокруг губ появится полоска изморози. – Ничто человеческое нам не чуждо, хоть нас и считают зверьми.
– Лишь бы вы и в самом деле не становились теми, кем вас считают. – Я отвернулась и первой зашагала назад.
Мы миновали место нашего бесславного падения – под проломом уже нанесло кучку снега, который успел растаять и превратил пыль на резиновой ленте в грязь. Я обошла темную лужицу. Тоннельный воздух действительно был теплым. Но при этом не затхлым, не удушливым и не гнилым. Словно где-то все-таки имелся приток и была вентиляция, не дающая воздуху застояться.
В эту сторону лента конвейера шла под уклон. Мы спускались – вероятно, под землю.
– Это может быть город, который нам нужен?
Мой вопрос прозвучал странно глухо – будто прозрачные выпуклые листы сглаживали звуки, урезая их до какого-то неизвестного уровня.
Джи пожал плечами:
– Это может быть что угодно. Город, музей, туристический центр, загородная вилла богатого придурка… Какая разница? Если здесь есть то, что поможет нам связаться с Россом, пусть это место хоть отстойником окажется.
– Надеюсь, все же чем-то получше, – улыбнулся Тесла.
Его улыбка, такая открытая и всегда согревающая, на этот раз вдруг показалась оскорбительной. Словно он насмехался над моим вопросом. Улыбался отродью тьмы, соглашаясь с ним – с ним, а не со мной.
Я не стала отвечать. Тоннель меж тем закончился, неожиданно раздавшись в стороны. Лучи фонарей заплясали по потолку обширного зала, где мог бы уместиться целый дом.
Зал был пуст. Если не считать нескольких деревяшек и вездесущей пыли, в нем ничего не нашлось.
– Не похоже на музей, – буркнула я.
Джи, нагнувшись, разглядывал ленту конвейера. Рукой смахнул пыль с полотна.
– Что-то здесь явно перевозили регулярно… Что-то довольно тяжелое. – Тонкие пальцы пробежались по трещинам и выбоинам в плотной резине. – Причем ставили по центру, видимо, чтобы не цеплять стенки.
– Возможно, хрупкое? – предположил Тесла.
Я отошла в сторону, мало интересуясь их пустым обменом фразами. Огромное помещение занимало меня куда больше. Его потолок, казалось, был тоже выполнен из стекла или чего-то очень похожего – гладкий и слегка поблескивающий. Свет оставлял на нем рассыпчатые блики. Широкие перекрытия чередовались с прозрачными участками, сквозь которые просвечивал снег. Наклонный конвейер вывел нас еще ниже, на уровень, лежащий почти под землей, – несмотря на внушительную высоту, зал полностью скрывали сугробы. Это объясняло, почему мы не видели в «воронке» ничего, кроме ровного белого покрывала.
Толстый слой снега не пропускал свет. Должно быть, раньше прозрачную крышу регулярно чистили, добиваясь естественного освещения, но сейчас вокруг царила темнота. Впрочем, снаружи уже все равно сгустились сумерки.
Я разглядывала блестящие листы – наверное, все же поликарбонатные – и ждала, когда мужчины закончат изучать конвейер. Тщательно сберегаемый заряд акума сейчас улетал с бешеной скоростью: я видела, как тускнеет луч фонаря. Наконец, не выдержав, щелкнула кнопкой. Вокруг разом стало темнее, и Джи с Теслой тут же повернулись ко мне. Видимо, я все-таки сумела привлечь их внимание.
– Идем или нет?
Вышло резковато. Во взгляде Теслы мелькнуло нечто странное: будто он ожидал, что меня за его спиной пожирает чудовище, но монстра не оказалось. Разочарован он или рад, я так и не сумела понять.
Мы пересекли зал. В противоположной от конвейера стене виднелось несколько дверей.
– Налево пойдешь… – хмыкнула я, поглядывая на Джи.
Тот смолчал, едва заметно усмехнувшись.
Две крайние слева двери оказались запертыми. За третьей чернел кишкообразный коридор, уползающий куда-то далеко в темноту.
– Определенно не музей. – Тесла посветил фонарем на стену коридора. В металлической обшивке, прочной даже на вид, темнели створки, окованные стальными пластинами.
– Арсенал? – Зубы отродья блеснули в улыбке. – Как-то уж очень контрастно со стеклянной крышей.
Мне тоже не нравилось это странное противоречие. Казалось, два соседних помещения – зал и коридор – не должны были сосуществовать рядом. Между ними так и напрашивался некий переход, что-то среднее, уравновешивающее. Я не понимала назначения загадочной постройки, не могла представить, что здесь располагалось когда-то. Исследовательский центр? Военная база? Фабрика? Зачем помещения утоплены в почву и почему пустует огромный зал? Тут что-то должно было находиться, но ничего не было. И это отсутствие заставляло каждый мускул подрагивать от напряжения – потому что неясная и неявная угроза всегда страшнее прямой.
Пол коридора тоже шел под уклон, причем еще ощутимее, чем на конвейере. И, в отличие от последнего, вместо рифленой резиновой ленты здесь было уложено простое ровное покрытие, вроде крашеного металла. Ботинки, сырые от растаявшего снега, то и дело оскальзывались на гладком полу. Я чертыхалась сквозь зубы, чувствуя себя неуклюжим мясопадом, попавшим на лед.
Двери оказались не заперты – просто потому, что оберегать там было нечего. Все помещения, куда вели бронированные створки, пустовали. Да и помещениями это было сложно назвать – скорее, закутки. Без окон, неправильной формы, без намека на мебель. Из стен торчали огрызки труб: зачем-то в эти аппендиксы были подведены коммуникации.
– Срезано. – Джи тронул пальцем неровно обкромсанную трубу. – Давно. Плазменный резак или вроде того.
Не знаю почему, но от его слов меня пробрал озноб. Опять неизвестно кто, непонятно что и зачем.
– Это тюрьма, – вдруг сказал Тесла. – Возможно, недостроенная. Или определенная под снос.
Резон в его словах был. Я снова оглядела комнатушку, где мы стояли: трубы, наверняка подведенные к умывальнику, отсутствие окон, непробиваемая дверь. Достаточно места, чтобы поставить кровать. Может быть, даже двухъярусную – высота потолка позволяет. Подземная тюрьма… С огромным прогулочным двором под прозрачной крышей.
– Идемте отсюда, – прошептала я.
И в этот момент в коридоре раздался гул.