Страница 9 из 50
Первыми к месту происшествия подбежали майор Акперов и проводник с беспокойно рычащим Байкалом. За ними следователь, врач, эксперт и понятые. Начался осмотр места происшествия. Каждый из приехавших занимался своим делом с привычной деловитостью — врач и эксперт подошли к машине, проводник, и участковый Кафаров с понятым пошли за собакой. Знаменитый Байкал быстро взял след и рванулся к шоссе. У самого изгиба дороги собака остановилась и, заскулив, вернулась к машине.
— Байкал, ищи… ищи! След, Шикал! — подстегивал ее проводник, но собака, виновато опустив морду, завертела хвостом. — Все, — бросил проводите. — След обработан.
— Что такое? — не понял Кафарой.
— Собака не берет след. Он обработан, понимаешь?
Тем временем на месте происшествия работа шла своим чередом. Врач подозвал Байрамова и Акперова к убитому водителю. Тот сидел за рулем, откинув голову на спинку сидения. Левая рука была судорожно сжата в кулак, точно он собирался кого-то ударить.
— Ножевое ранение, — заметил врач. — Под левую лопатку. Большая потеря крови. По-моему, смерть наступила часа три — четыре тому назад.
Акперов и Байрамов переглянулись.
— В то время, когда мы совещались в твоем кабинете, — сказал Байрамов, — оборвалась еще одна жизнь.
— Убрали очевидца.
Проводник доложил о неудаче. Байрамов, понимая состояние Акперова, по-дружески взял его под локоть, увлек к другой стороне машины, где возился эксперт Агафонов.
— Давай-ка, Заур Алекперович, посмотрим, чем нас порадует товарищ Геннадий.
— Сейчас я вам преподнесу сюрприз!
— Что там, Геннадий?
— Находка, товарищ майор! Эбонитовый мундштук.
— Мундштук?
Агафонов вылез из машины, бережно держа пинцетом черный, красиво отделанный мундштук. Направил луч фонарика на него и сказал:
— Видите надпись? Нет? А вот, читайте «Чу-ма!». Либо это кличка, либо еще что-то такое. Словом, сюрприз.
— Ну? — спросил Акперов у Байрамова.
— Считаю, что «Чума» кличка. Это новый просчет убийц.
— А не уловка?
— Скорее всего ошибка.
— Насколько мне известно, в наших картотеках такой клички нет, — задумчиво сказал Акперов.
— Разве не бывает залетных? Во всяком случае, мундштук любопытный. Теперь тебе, Заур, и карты в руки. И если в других случаях говорят: «Бог в помощь!». В общем, «Криминалистика в помощь!» Давай дальше работать.
— Работать… Работать… Обязанность, — сорвался Акперов. — Человек всю жизнь, только и слышит: обязан, обязанность. Только смерть избавляет его от обязанности!
— А-а, теперь ты понимаешь, почему я часто вспоминаю дачу брата. Идем, дорогой Заур, идем к убитому. Послушаем, что скажет доктор. Кстати, Агафонов, вы обработали пистолет?
— Да, товарищ Байрамов. Заключение к утру будет готово. Трудно было, но номер восстановил. Можете не беспокоиться.
Акперов пристально вглядывался в профиль убитого Мелкумова. Ничего не скажешь, похож на старого Аракела. Такой же крупный нос, острый кадык. Эх, ждут еще, наверное, старик и жена его. Думают, впрямь у механика задержался. Жаль, очень жаль, что они не дождутся его. Завтра в кабинете разыграется еще одна трагедия. Самое главное — выдержать первый, самый первый душераздирающий крик…
Пройдет время, сгладится, притупится боль утраты, но Марго и старый отец, очевидно, будут помнить того, кто сообщил им трагическую весть. Неприятный осадок сохранится надолго. Что делать, такова профессия Акперова.
Подожженное уже взошедшим солнцем небо вспыхнуло во всю ширь горизонта. На дорогах показались первые машины, первые пешеходы потянулись из поселка; проходя мимо уткнувшейся в кювет машины, они замедляли шаг, с любопытством разглядывали милиционеров и оперативников.
Да, закончился уже так называемый «милицейский» час. Акперов уселся на камень у дороги и стал вспоминать подробности предыдущего преступления, о котором говорил Эдуард перед отъездом. А произошло оно в субботу, за неделю до гибели Чингиза Махмудова. За неделю…