Страница 16 из 56
О случайных встречах — или не очень. Почему даже сказочные мужики такие мужланы.
О случайных встречах — или не очень. Почему даже сказочные мужики такие мужланы.
Встреча на болотах.
Откупорив бурдюк, я жадно глотнула. По пути к реке мы сделали крюк по деревне. В лучах утреннего солнца разрушения, что постигли деревню, казались ещё ужаснее. По пути я старалась не смотреть по сторонам, но и того, что лежало прямо перед глазами, хватало с лихвой. Печник особо не отсвечивал из сумки, лишь единожды он поднялся над моим плечом, чтобы поправить мой маршрут. У одного из домов я повернула не в ту сторону, и он как‑то это почувствовал. В конечном итоге по указаниям Печника я нашла колодец и набрала из него воды. И вот мы стоим у реки.
— Не думал я, что мне будет так тяжело смотреть на то, что произошло в деревне воочию, — Печник сидел на своём камне и тяжко вздыхал. При свете солнца его свет казался чуть поблёкшим.
— Да, разрушения ужасные. Хорошо, что хоть часть людей выжила, но что же теперь с деревней будет? — Я посмотрела в грустные глаза духа.
— А что будет, — Печник взлетел из сумки и уставился в лес, — из Златограда команда зачистки прибыть должна. Эманации смерти очистить им надобно, да скот захоронить, чтобы нечисть не сбежалась. — Печник вытянул свою маленькую ручку и как будто за что‑то потянул: вокруг него воздух зазвенел — по‑другому не описать, что произошло. Спустя минуту он опустился на моё плечо. Сначала я дёрнулась в испуге: свежо было воспоминание о его демонстрации того, что он обжигает, но в этот раз я почувствовала лишь тепло.
— Я думаю, руководство академий как раз третьекурсников отправит: у них вроде в это время практика должна проходить. Вот и отправят молодняк опыта набираться, конечно, под присмотром кураторов, чтобы не натворили чего, — дух выдохнул облачко пара и как‑то осунулся.
— А почему именно третьекурсников? Если вспоминать моих одногруппников, то на третьем курсе мы ещё ничего толком не умели. Мне кажется, мы бы лишь ещё больше дел наворотили, — с большим удивлением я поняла, что действительно помню. Как мы бедокурили с заданиями от куратора — без особых подробностей, но дело тогда закончилось знатным нагоняем. Моих губ коснулась улыбка. Я чувствовала лёгкую щекотку в голове, образно выражаясь, от пробуждающейся памяти.
— К третьему курсу ученики ведьм и боевиков уже имеют хорошую, фундаментальную базу. Плюс частая практика даёт им большой объём знаний. Многие к этому времени уже начинают ходить в самостоятельные походы с приключенцами и помогают в зачистках. Так что набедокурить им будет сложно, особенно в сопровождении куратора.
Неожиданно Печник стал обжигать моё плечо.
— Печник, горячо! — Я аккуратно его стряхнула, и он приземлился на свой камень.
— Прости, задумался, — дух посмотрел на меня чуть виновато. — Я кинул сканирующую сеть. Путь пока что безопасен, так что нам нужно поторопиться.
— А почему только пока? — Я настороженно посмотрела на ближайший куст: кажется, из него выбежал утренний кабанчик.
— Потому что сейчас утро, и самая ближайшая нежить спит по норам. И если мы не хотим с ней познакомиться ближе, нам лучше поторопиться, — Печник прикрыл глаза, что‑то обдумывая. Я решила пока его не тревожить, так как сама обдумывала возможную встречу с неизвестной мне нежитью.
— Мирослава, нам нужно на ту сторону берега. Метрах в ста правее будет тропинка, довольно заметная: по ней местные ходят через лес к тракту, а там можно будет и повозку поймать. Если сейчас двинемся, в Златограде как раз к полуночи будем.
— Это ж сколько мне идти придётся? — Я с ужасом глянула на небо, где солнце лишь немного поднялось над горизонтом.
— Да не так уж и много, — Печник сделал руки козырьком над глазами и тоже посмотрел на солнце. — Если мы прямо сейчас двинемся, глядишь, как раз к вечеру на тракт выйдем, а там на повозке или дилижансе — часов семь, и мы будем в городе. При цитадели и остановиться можно будет: за символическую плату или услугу там комнату дать могут. А там и к Гамаюн на приём запишемся.
Я сделала шаг вперёд, уже смирившись с тем, что на протяжении пути ноги мои будут мокрыми.
— Мирослава, ты, если ноги замочить не хочешь, пройди вдоль реки: чуть дальше будет мостик, — он махнул рукой куда‑то вдаль. Солнце отблёскивало от воды и мешало рассмотреть, есть ли там что‑то, но Печник уж точно лучше меня знает и чувствует, так что я прошла вдоль реки. — Мостик совсем небольшой, но надёжный: уж твой‑то вес выдержит.
Вскоре я увидела мостик. Ну как мостик… Он был больше похож на плотину, которую сделали бобры. Несколько крупных брёвен были перевязаны бечёвкой. Их длина была как раз чуть больше ширины реки, и концы брёвен были привязаны с той стороны к двум деревьям, а с нашей — к двум огромным камням.
— Когда ты сказал «мостик», я, если честно, представляла что‑то другое, — я осторожно ступила на бревно. — А он точно подо мной не уплывёт? — Бревно покачнулось, и мостик чуть просел в воду.
— Точно, — дух взлетел с камня и перелетел на ту сторону берега. — Наши жёны по нему по нескольку раз на дню ходили, и ничего: все сухие были. Да ты иди‑иди, не бойся.
— Тебе легко говорить: «Не бойся», — я напряжённо смотрела на брёвна и делала аккуратные шаги. — Ты вон взлетел и уже на другом берегу. Лучше бы я лапти сняла и по воде пошла, — бревно подо мной зашаталось особо сильно. Чтобы не потерять равновесия, я подняла руки и расставила их в стороны. Сейчас упасть было вдвойне страшно, так как река здесь была значительно глубже, чем в том месте, где утром была я.
— Лучше бы я только ноги промочила, чем упасть в воду со всеми вещами и едой, — уже откровенно хныкала я.
— Ой, Мирослава, хватит тут панику наводить: тебе два шага осталось, и ты на берегу.
Я сделала ещё пару шагов, и мои ноги ступили на твёрдую землю.
— Я жива и даже сухая! Ура! — Я подняла глаза к небу, и захотелось перекреститься от облегчения. Печник с долей скептицизма наблюдал за моей радостью.
— Пошли уже, паникёрша, — Печник взлетел и сел опять на камень. — Нам ещё из лесу засветло выйти надо, а мы в него ещё даже не вошли, — я закатила глаза и ступила под тень деревьев.
— Страх был вполне обоснован. Тебе бы тоже было страшно, если бы ты не умел летать и тебе пришлось бы идти по мосту, который строился из говна и палки, — я поправила сползающую лямку сумки.
— Всё может быть, — не стал со мной спорить дух, — но, как мужчина, я в любом случае храбрее тебя, а как существо, что во много раз старше, — ещё и мудрее, вот. — Печник лежал на камне, закинув ногу на ногу, и помахивал ногой в такт моим шагам.