Страница 176 из 316
И опять же для партизана – милое дело!
Жахнул из кустов по паровозу с шагов пятидесяти и словами потомков – «сделал ноги».
Взяв руки этот «ремейк наоборот» фауст‑патрона, Сталин деловито спросил:
‑ Боевой экземпляр?
Инженер, аж побелел:
‑ Что Вы, товарищ Сталин!
Власик подтвердил:
‑ Я проверил – нет ни вышибного заряда, ни взрывателя и взрывчатки в корпусе мины.
Успокоившись, Вождь внимательно рассматривая словами потомков – «девайс»:
‑ Это хорошо…
Это была свежекрашенный кусок судя по виду – обыкновенной водопроводной трубы длиной примерно метр, с одной стороны которой торчал корпус мины. Другая сторона с надписью большими белыми буквами «ОПАСНОСТЬ!!!» была заглушена крышкой противомассы… А посередине трубы при помощи двух шурупов ‑ крепилось устройство спускового механизма (УСМ).
Примитив в его наивысшем апофеозе!
Устройство и принцип действия устройства спускового механизма (УСМ) Вождь знал – ведь сам же подсказал конструктору. Поэтому переместив гранатомёт подмышку левой руки, смело выдернув чеку, подняв прицельную планку – взводя таким образом ударник, прицелился в окно…
И нажал спуск.
Раздался громкий хлопок – как от пистолетного выстрела.
Вздрогнув, они с Власиком уставились на подпрыгнувшего конструктора с немым вопросом:
«Что это только что было?!».
Тот, перепуганный больше них:
‑ Это ‑ инициирующий вышибной заряд капсюль… Извините, не доглядел…
После непродолжительной тишины, Сталин подошёл к конструктору и похлопав его по плечу, слегка заикаясь похвалил:
‑ М‑м‑маладэц, т‑т‑товарищ П‑п‑пузырёв. Молодец!
Прочитав результаты заводских испытаний, поговорив за чаем с конструктором, Сталин узнал, что не всё так гладко… К примеру имеются кой‑какие проблемы с «противомассой» ‑ которая при выстреле летит в противоположную от самой гранаты сторону, для обнуления эффекта отдачи. Но это нормально для конструкции – хотя и подсказанной из будущего, но являющейся совершенно новой для инженеров‑хроноаборигенов.
Ободрив‑подбодрив конструктора:
‑ Да Вы не торопитесь, товарищ Пузырёв, за вами никто не гонится! Испытывайте ваш РПГО‑82, как следует, без вредной в таких – воистину революционных делах, спешки.
После чего выслушав отчёт о ходе работ уже по 120‑мм станковому миномёту, прямо из кабинета позвонив в НИИ‑3 и сделав «втык» Костикову за недостаточный «энтузиазм» в отношении реактивного двигателя для 120‑мм мины‑снаряда, отпустил восвояси окрылённого Главного конструктора ГСКБ‑30.
Вождь испытывал довольно благодушное настроение. Его задумки по части «заклёпок» начали воплощаться в жизнь. Естественно сперва реализовались те, что попроще… Снята с производства винтовка СВТ, принят на вооружение пистолет Ракова, 7,62‑мм карабин Мосина с откидным штыком и пеналом принадлежностей в прикладе.
На подходе словами потомков ‑ «Хатабка»: «ручная граната наступательная, образца 1940 года» (РГН‑40). Она надёжно поражала живую силу противника в укрытиях, в помещениях, или на открытой местности в радиусе до трёх‑пяти метров. А относительно небольшой вес ‑ всего двести пятьдесят грамм, позволял даже бойцу отнюдь не «богатырского вида» ‑ закинуть её на тридцать‑сорок метров.
Увы, больше похвастаться больше нечем, но Сталин был твёрдо уверен:
«Дай только срок!».
***
С тем же весьма благодушным настроением он встретил в своём кабинете и авиаконструктора Александра Яковлева, не так давно вернувшегося из командировки в Германию и уже давно добивавшегося встречи с ним. Тот уже знал что место «референта по авиации» при Вожде уже было занято Артёмом Микояном и, поэтому вид имел…
В народе про обладателей такого «вида», издавна говорят:
«Как опущенный».
Даже не побрезговав пожать «опущенному» руку, посадив через стол напротив себя, не дав тому даже открыть рот ‑ Сталин дал ответ на вопрос, за которым посылал этого «креатива» в III Рейх:
‑ Германская авиапромышленность способна производить в год десять с небольшим тысяч самолётов в год, в том числе и учебные…
Видя как тот прямо на глазах бледнеет, продолжил:
‑ …Таким образом ‑ чуть более двух десятков в день, а вовсе не восемьдесят – как докладывала Комиссия Петрова.
На Замначальника НИИ ВВС И.Ф. Петрова и его подельников, соответствующими «компетентными» органами уже словами потомков – «шьётся дело» по статье «Вредительство». Правда, этого пока никто не знает, кроме самого Сталина, Берии и ещё трёх человек из состава соответствующей следственной группы.
Яковлев до хруста пальцев рук сжал имевшуюся при нём папку ‑ в которой видимо был отчёт по его знакомству с авиапромышленностью вероятного противника и её возможностей. И попытался незаметно спрятать документ за спиной.
Заметив это, Сталин чуть снисходительно улыбнувшись:
‑ Кстати, насчёт учебных самолётов… В этом году авиапромышленность Германии по плану должна произвести 1870 учебных самолётов. А Вы, Яковлев, чем порадуете начинающих советских лётчиков? Как идут работы по учебному бомбардировщику УТ‑3, который Вы «пилите» аж с тридцать седьмого года?
Это был трёхместный двухмоторный учебно‑тренировочный бомбардировщик, разрабатываемый КБ Яковлева для обучения пилотов многомоторных самолётов, подготовки штурманов и воздушных стрелков‑радистов.
Очень важный для советских ВВС самолёт, кстати!
Рисунок 2. Учебный бомбардировщик УТ‑3 (Як‑17) конструкции КБ А.С. Яковлева.
Проектировали его как «мини‑СБ», расположив экипаж как на скоростном бомбардировщике: в передней кабине штурман с бомбовым прицелом и пулеметом ШКАС, за ним летчик и в задней кабине ‑ стрелок‑радист с рацией РСБ и пулеметом ШКАС. Для пущей схожести использовали даже агрегаты управления закрылками.
УТ‑3 представлял собой свободнонесущий моноплан смешанной конструкции, то бишь – сравнительно «бюджетный» по трудозатратам, стоимости и эксплуатации. Однако всё‑таки он был довольно серьёзной машиной, по мнению Сталина способной заменить У‑2 в качестве ночного кошмара для Вермахта.
Максимальная/крейсерская скорость – 350/310 километров в час,
Потолок – шесть тысяч метров,
Дальность – 600 километров…
В сравнении с «У‑двасом» ‑ достаточно солидно!
В грузовом отсеке предусмотрели кассетные бомбодержатели для подвески как практических (П‑40), так и боевых фугасных (ФАБ‑50 или ФАБ‑100) авиабомб общей массой двести килограмм. Был вариант и пассажирского самолёта с салоном на шесть мест.
Один недостаток у этого «Утёнка»: в «Реальной истории» их было выпущено всего…
Тринадцать штук!
Таким образом УТ‑3 словами потомков ‑ не «отбил» даже средства вложенных в его конструирование.
Почему так?
Яковлев, во что бы то не стало решил прорваться в «большую авиацию» и по мнению Сталина ‑ излишне увлёкся своим ББ‑22 (Як‑2/4), который на поверку оказался полным дерьмом. А затем истребителем И‑26 (Як‑1), от которого «Лучший друг советских авиаторов» тоже словами потоков – отнюдь «не писцал кипятком».
Услышав от «опущенного», что серийному производству мешают проблемы с серийным производством в Воронеже лицензионных французских 220‑сильных двигателей «Bengali 6» (МВ‑6), Вождь чуток добавив «жести» в голос:
‑ А вот у меня сложилось мнение что Вам, Яковлев, мешает излишняя деятельность в областях – не связанных с конструированием авиационной техники. Иначе бы Вы настояли перед руководством НКАП об производстве отечественных 300‑сильных двигателей МГ‑31.