Страница 61 из 77
Глава 17 Остался один день
Карта Сахалина, утыканная красными и синими булавками, лежала на столе. Красные обозначали предполагаемые точки высадки армии Петра Первого, синие — наши оборонительные позиции. Между ними зияли пустоты, которые предстояло закрыть.
— Сергей Михайлович, ваши люди перекрывают западное побережье от Холмска до Невельска, — я провел пальцем по карте. — Бердышевские части встают от Невельска и дальше на юг. Японцы укрепляют Корсаков и южный сектор.
Генерал Кутузов стоял напротив, заложив руки за спину. Его усы слегка подрагивали, как всегда, когда он был не согласен, но пока молчал.
— Посейдон патрулирует прибрежную зону. Ему надо немного времени, чтобы ассимилироваться с водой, — продолжил я. — Угольки рассредоточены по всему периметру. Болванчик..
— Болванчик будет делать то, что делает лучше всего, — перебила Лора, появившись рядом с картой. — Шпионить и портить жизнь врагам.
— .. прикрывает подступы к городу и двигается со мной, — закончил я, не обращая внимания на ее комментарий.
Кутузов наклонился к карте и ткнул толстым пальцем в северную часть острова.
— А здесь? Если Владимир идет с севера, кто его встречает?
— Валера, — ответил я.
— Один? — генерал поднял бровь.
Валера, который до этого молча изучал карту, оторвался от нее и хмыкнул.
— Обижаешь, генерал. Я когда-то в одиночку зачистил целую планету.
— Но у нас точечная атака, — уточнила Лора.
— Со мной будет Эль, — поправил Валера, хотя Лору он не слышал. — Но суть не в этом. Владимира должен встретить кто-то, кто способен выдержать удар такого класса. Таких на этом острове ровно один.
— Два, — поправил Кутузов. — Губернатор тоже.
— Сергей Михайлович прав. Я отправляю вас туда, потому что вы самые сильные, — кивнул я. — Валера, я хочу тебя попросить об одном.
— Слушаю.
— Когда будете драться с Владимиром, постарайтесь не разнести весь остров. Я тут живу, если ты забыл, да и Эль, думаю, это понимает. В его интересах..
Валера развел руками.
— Мишаня, я что, вандал какой-то?
— Ты в прошлый раз, когда «аккуратно» тренировался, оставил воронку размером с футбольное поле.
— Так то была тренировка. На войне я собранный и точный.
Кутузов переводил взгляд с меня на Валеру, явно не понимая, шутим мы или нет. Я посмотрел на генерала.
— Сергей Михайлович, ваши люди готовы?
— Мои люди всегда готовы, — отрезал Кутузов. — Но, Михаил, ты уверен, что Валеры и Эля хватит против Владимира? Это все-таки основатель рода Кузнецовых. Легенда.
— Легенда, внутри которой сидит чудовище, — кивнул я. — Поэтому идут только Эль и Валера. Если послать обычных солдат, они погибнут за секунды.
Кутузов промолчал. Он все и сам прекрасно понимал.
— Ладно, — генерал расправил плечи. — Мои части выдвигаются через два часа. Приказы отданы.
Он козырнул и вышел. Валера проводил его взглядом.
— Хороший мужик. Усатый и надежный. Мне нравятся такие.
— Это мой тесть, — напомнил я.
— Тем более.
* * *
Телефон зазвонил, когда я собирался выехать на позиции.
— Михаил Викторович, — голос дежурного из лазарета звучал взволнованно. — Вам нужно приехать и очень срочно.
— Что случилось?
— Гусь.. то есть, его превосходительство Эль привез раненого. Петра Петровича Романова. Он в тяжелом состоянии.
Хотелось выругаться и одновременно застонать от безысходности. Ну почему? Ну на кой черт он туда поперся! Послушал бы меня и все бы было хорошо! Но я ответил:
— Еду.
Лора уже вывела маршрут. Я выбежал из здания, запрыгнул в машину и рванул к лазарету. Дорога заняла минут семь, но мне показалось, что прошла вечность.
Лазарет располагался в бывшем здании городской больницы, которую переоборудовали под военные нужды. Во дворе я заметил следы крови на снегу. Много следов. Они вели от главного входа вглубь здания.
Я распахнул дверь и почти столкнулся с Люсей. Она была в белом халате, поверх которого красовались бурые пятна.
— Миша, хорошо, что приехал.
— Где он?
— Вторая палата. Роза с ним.
Мы пошли по коридору. У двери в палату стоял Эль. Гусь прислонился к стене и выглядел паршиво. Перья были взъерошены, левое крыло все в крови.
— Эль, ты в порядке?
— Жить буду, — буркнул он. — А вот этот идиот чуть не сдох. Полез один на отца. Один! Без подготовки, без плана, просто взял и полез.
Я заглянул в палату. Петр Петрович лежал на койке, бледный как полотно. Роза склонилась над ним, водя светящимися руками над его грудью. Рана в боку была перевязана, но повязка уже пропиталась кровью.
— Насколько все плохо? — спросил я у Люси.
— Плохо, — она вздохнула. — Рана нанесена мощным артефактом. Края отравлены какой-то энергией, которую я раньше не видела. Ткани не регенерируют с обычной скоростью.
— Сколько времени на восстановление?
— Минимум неделя. Может, больше. Пока мы с Розой едва справляемся с кровотечением.
— Неделя, — повторил я. — У нас нет недели.
— Миша, — Люся посмотрела мне в глаза. — Даже если он придет в сознание, драться он не сможет. Петр Первый знал, куда бить. Артефакт не просто ранил, он выжег часть каналов. Романову повезло, что он жив.
— Лора, ты можешь проанализировать рану?
— Уже, — кивнула она. — Люся права. Артефактное воздействие блокирует естественную регенерацию. Яд, но не химический, а магический. Очень старый и очень мощный. Петр Первый не поскупился.
Я вернулся в коридор.
— Значит, на Романова в ближайшем бою рассчитывать нельзя.
— Зато на меня можно, — раздался голос из-за угла.
Я обернулся и улыбка сама вылезла на лице.
У стены стоял высокий молодой мужчина с кудрявыми светлыми волосами и расстегнутой курткой. Он пил чай из бумажного стаканчика и выглядел так, будто зашел не в военный лазарет, а в кофейню.
— Есенин? Саша? Какого.. ты тут делаешь?
— Пью чай, — спокойно ответил он.
— Я вижу, что ты пьешь чай! Я спрашиваю, как ты оказался на Сахалине? — я посмотрел по сторонам. — Кстати, а где ты его взял?
Саша кивнул в сторону вендингового аппарата, а потом на палаты.
— Помог Элю донести раненого. По дороге обсудили погоду и текущую политическую обстановку. Знаешь, в Москве сейчас минус двенадцать и очень скользко.
Эль фыркнул.
— Он стоял посреди переулка, когда я тащил Петра. Случайно нарвался. Если бы не он, я бы успел чуть быстрее.