Страница 60 из 77
— Авторитарными, — Пётр позволил себе улыбку. — Я правлю своей Империей авторитарно. Вы только сейчас заметили?
— Раньше это работало, — вступил Аль-Рашид. — Теперь нет. Ваша одержимость Сахалином ставит под угрозу всё, что мы строили десятилетиями.
Пётр медленно обвёл взглядом каждого из пятерки. Его глаза были холодными и абсолютно спокойными.
— Позвольте уточнить. Вы пятеро пришли в мой кабинет. В моём Кремле. В моей стране. И сообщаете мне, что я уволен из организации, которую я создал. Правильно?
— Мы не увольняем, — Краузе расстегнул пиджак. Под ним блеснул артефакт. — Мы отстраняем. С немедленным вступлением в силу.
Генерал Мори наконец заговорил. Его голос был тихим и ровным.
— Нам не нужна конфронтация, ваше величество. Просто отойдите в сторону. Мы отзовём войска с Сахалина и перенаправим их на рентабельные контракты. Все останутся при своём.
Ингрид Вебер, до этого молчавшая, подняла планшет. На экране мигала красная точка.
— Здание окружено. Сорок наших оперативников. Периметр перекрыт. Ваша охрана нейтрализована двадцать минут назад. Мы подготовились, ваше величество.
Пётр посмотрел на неё. Потом на планшет. Потом снова на неё.
И рассмеялся.
Негромко, спокойно и почти по-доброму. Так смеется взрослый, наблюдая за детьми, которые решили поиграть во взрослые игры.
— Подготовились, — он встал из кресла.
Все пятеро одновременно напряглись. Краузе активировал артефакт. Кросс вытянула из рукава тонкий стилет, покрытый рунами. Аль-Рашид выставил перед собой щит. Мори бесшумно сместился к двери. Ингрид подняла планшет, и из него вырвался пучок концентрированной энергии.
Пучок ударил в пустое кресло. Петра там уже не было.
Он стоял за спиной Ингрид. Никто не видел, как он переместился. Просто был в кресле и оказался за её спиной, как будто пространство между этими двумя точками перестало существовать.
Пётр коснулся её виска двумя пальцами. Легко, почти нежно. Ингрид замерла. Планшет выпал из рук. Глаза закатились, и она мягко осела на пол. Смерть наступила мгновенно.
— Одна, — посчитал Пётр.
Мори среагировал первым. Его клинок вылетел из ножен с такой скоростью, что воздух свистнул. Генерал бил точно в сонную артерию. Профессиональный удар. Безупречная техника.
Пётр перехватил лезвие двумя пальцами. Сталь скрежетнула и замерла. Мори не успел удивиться. Свободной рукой царь нанёс короткий удар в солнечное сплетение. Генерал сложился пополам, рухнул на колени и завалился на бок. Его же клинок тут же проткнул ему висок насквозь.
— Два.
Аль-Рашид выбросил вперёд обе руки. Мощная волна энергии ударила в Петра, разнося в щепки стол и стулья на пути. Стена из чистой разрушительной силы.
Пётр прошёл сквозь неё, как через занавеску. Энергия рассеялась вокруг его тела, не причинив вреда. Он подошёл к побелевшему Аль-Рашиду, взялся за перстень-артефакт на его пальце, и не снимая, раздавил в кулаке. Металл хрустнул, как яичная скорлупа.
Потом царь щёлкнул пальцами. Голова Аль-Рашида отлетела к стене и впечаталась в книжную полку. Книги посыпались ему на голову. Он сполз по стене и затих.
— Три.
Леди Кросс и барон Краузе атаковали одновременно. Кросс метнула стилет с руническим усилением, целясь в горло. Краузе активировал артефакт на полную мощность. Золотистая молния сорвалась с его ладони и рванулась к Петру.
Царь поймал стилет левой рукой. Молнию принял на правую. Золотой разряд пробежал по его руке, поднялся к плечу и погас, впитавшись в тело, как вода в песок.
— Неплохой артефакт, — оценил он, разглядывая стилет. — Ручная работа. Жаль, что хозяйке он больше не понадобится.
Пётр метнул стилет обратно, целясь Кросс точно в лоб. Женщина охнула и упала.
— Четыре.
Краузе остался один. Он стоял посреди разгромленного кабинета, тяжело дыша. Артефакт на его груди раскалился до красна и начал плавиться. Пот катился по вискам.
— Подожди, — он поднял руки. — Подожди, мы можем..
Пётр подошёл к нему. Встал вплотную. Посмотрел сверху вниз.
— Триста лет, — тихо сказал он. — Триста лет прошло с момента создания Организации. Ваши отцы и деды служили мне верой и правдой. А вы решили, что пяти артефактов и сорока наёмников достаточно, чтобы свергнуть бессмертного человека.
Краузе открыл рот. Закрыл. Колени подкосились.
Пётр положил ему руку на плечо. Барон вздрогнул, ожидая удара.
Но царь просто начал медленно сдавливать ключицу.
Краузе рухнул на колени, вдавленный в пол нечеловеческой тяжестью. Паркет под ним треснул.
— Я не злопамятный, — произнёс Пётр. — Но я запоминающий. Это хуже.
Раздался хруст костей. Сквозь пальцы хлынула кровь и мертвое тело упало на пол мордой вниз.
— Пять.
Пётр осмотрел кабинет. Стол разломан. Книги на полу. Пятеро бывших членов Совета лежали мертвыми. Вся «операция» заняла меньше минуты.
Он прошёл к уцелевшему шкафу, достал бутылку коньяка и налил себе в уцелевший стакан. Сделал глоток и поморщился. Коньяк оказался теплым.
— Даже коньяк не уберегли, — пробормотал он.
Потом нажал кнопку на стене. Через десять секунд в дверях появился секретарь. Он окинул взглядом трупы, перевернутую мебель и царя со стаканом коньяка в руке.
— Убрать? — спросил секретарь.
— Убрать. И вот ещё что.
— Да, ваше величество?
— Найди мне новый стол. Этот мне нравился, но, как видишь, обстоятельства.
— Будет сделано. Дубовый, как предыдущий?
— Дубовый. И покрепче. Мало ли кто ещё решит прийти с претензиями.
Секретарь кивнул, сделал пометку в книжке и начал вызывать охрану.
Пётр допил коньяк, поставил стакан на подоконник и посмотрел в окно. Москва жила своей жизнью. Люди шли по улицам, машины ползли по проспектам, голуби клевали хлеб у фонтана.
Через два дня всё изменится. Но сейчас город был спокоен.
— Скоро, — произнёс царь, глядя куда-то за горизонт. — Очень скоро.