Страница 63 из 70
— Нет. Только сегодня. — Волгин резко остановился и вновь взглянул на меня: — Я люблю подковерные интриги. Этакие игры престолов уровня одной небольшой, но крайне важной организации. Однако даже такие люди, как я — устают носить маску.
— О, нет… нет-нет-нет! Господин Волгин! Вы не посмеете! — недовольно произнёс я.
— Ещё как посмею. — злорадно усмехнулся он: — Пора нам заново познакомиться. Ратибор Волгин. Главный интриган… И тиран академии имени Харитонова. Гений, который навсегда врежет в стены этой академии свои правила.
— Вы должны… нет, вы обязаны были играть свою роль до конца!
— Я буду. Но не для тебя. Какой смысл, если ты и так знаешь правду? — хмыкнул Волгин и подошёл вплотную ко мне: — Маленький волшебный кулинар… Мне было очень интересно, каким образом ты видишь людей насквозь? Но потом я понял.
— Что именно вы поняли?
— Никаких больше «вы», Дерек. Хватит играть в хорошего мальчика! Я всё про тебя знаю. И как именно ты попал сюда… Не знаю, чем Амелия думала… Видимо, тоска по прошлому окончательно свела её с ума.
— Ещё хоть раз упомянешь Амелию в негативном ключе — и тебе будет очень плохо.
— Молчу-молчу. На самом деле — я её очень уважаю.
— Хорошо. Так что именно ты обо мне знаешь?
— Что ты сирота, который перешёл дорожку преступному клану. И что Дядя Рубен прикрыл тебя. Правда… одного я пока не могу понять. Зачем шестнадцатилетний мальчонка понадобился бандитам? Хороший вопрос! Но мне пока совершенно не до него. Сейчас главное то, что ты со своим дружком — натуральное бельмо на моём глазу.
— Ты обнаглел настолько, что говоришь мне подобное… на общей лестнице? Ратибор… Что тогда во время урока… Что сейчас — я могу сказать одно. Я совершенно тебя не понимаю!
— Харитоновка — это огромный организм. И я его часть. Прекрасно понимаю, насколько далеко могу зайти. Я всё знаю и всё слышу. — улыбнулся он и указал на своё ухо: — Идеальный слух. Идеальное зрение. Идеальное обоняние! Я рождён, чтобы стать легендарным шефом, в отличии от тебя.
— Ты экстра?
— Не совсем. — Волгин резко замолчал. Мне пришлось пустить Пламя к уху, чтобы понять, чего он там услышал… И действительно, на третьем этаже несколько человек вышло из аудитории и направилось в сторону склада.
— Что там? — ради приличия поинтересовался я.
— Я слушаю… Погоди. А! Они направились к складу. Прости мне мою дерзость. Всё же, я не должен забывать о манерах. Даже рядом со своим… Хм-м… Я даже не могу назвать тебя соперником.
Мы поднялись на четвёртый этаж. Коридор здесь оказался совсем другим. Не лысым с лёгкими нотками страдающего средневековья, а дорогим и роскошным. Полы были устланы ковровым покрытием цвета выдержанного бордо. А в конце нас поджидала двустворчатая дверь из тёмного дуба.
Волгин толкнул её ладонью настолько буднично и легко, словно она весила не больше килограмма:
— Я редко приглашаю сюда студентов не из своей свиты. Но для тебя сделаю исключение. Добро пожаловать в мою «крепость одиночества»!
Хрена се… «Крепость одиночества»…
Да это же настоящий ресторанный зал, спрятанный в недрах учебного корпуса. Он был подобен жемчужине в массивной раковине из бетона и стекла. Ни одного лишнего предмета. Столы, накрытые плотным чистейшим льном. Приглушённый свет из скрытых источников. А где-то в стороне негромко звучал рояль. Причём — не запись. Это был живой инструмент, за которым сидела красивая кошкодевушка в смокинге. Она зажмурилась и играла настолько самозабвенно, будто позабыла про весь окружающий её мир.
— Садись! — Волгин выдвинул стул сам, жестом отпустив официанта, метнувшегося было к нам: — Сегодня ты гость.
— Эм-м… Ты серьёзно?
— Серьёзнее некуда! Всё. Раздор и споры мы оставили в коридоре. Сейчас мы с тобой просто поужинаем.
— Подставу, етить, чувствую…
— Прекращай, Дерек! Я же сказал — хочу тебе кое-что показать. С чего ты взял, что мне есть дело до таких откровенных провокаций?
— Сам же сказал, что я вижу людей насквозь. Мы идейные враги.
— Враги… Ну, допустим. За порогом этого зала — да. Но сейчас мы просто дегустируем. Договорились? — Волгин выглядел максимально спокойно и уверенно. И если честно, то я не чувствовал от него подставы. К тому же, а что именно он может сделать тут? Разве что, накормить отравой, в чём я очень сомневался. Да и, вообще, будет вые***ться — получит «продолжение».
— Договорись.
Стул принял меня бесшумно. Такая лёгкая, но в тоже время удобная сидушка… Страшно представить, сколько стоит подобная роскошь.
— У каждого есть свой потолок, Дерек. — Волгин устроился напротив меня: — Любой специалист рано или поздно достигает своего пика. И знаешь, отчего это самый пик зависит?
— От опыта и насмотренности.
— Ты чертовски умный парнишка!
— Дело не в этом. Просто… Ты сразу задал тон нашей встречи. Может быть, не будем тянуть кота за причинные места? Скажи, Ратибор… Зачем я здесь на самом деле?
— Ради дегустации. Я хочу показать тебе несколько своих блюд. О… Естественно, основу придумал не я. Зато всё остальное — сугубо моё изобретение.
— Ладно. Когда я отказывался от еды?
Если Волгин действительно хочет показать мне свою стряпню, то это очень даже интересно. А главное — полезно! Обязательно сравню с готовкой Амелии, Маро и Франческо.
— Правильно. Тем более, для нас — кулинаров, крайне полезно пробовать блюда старших и более умелых коллег. — ответил Волгин и прищурил металлический взгляд: — Вот смотрю я на тебя и всё никак не могу понять… Тот борщ. Он был слишком уютным и тёплым. Он буквально пробирал меня до самого сердца. В чём твой секрет? Какую магию ты используешь?
— Скорее — просто стараюсь быть честным.
— Честным? — Ратибор лишь усмехнулся: — Честность тут не причём, Дерек. Блюдо — это структура, а не волшебство в привычном для нас понимании.
— Почему-то, мне все говорят об обратном.
— И где эти «все»? — хмыкнул Волгин: — Текстура, вкус, аромат и визуальная составляющая. Вот четыре столпа, на которых держится каждое блюдо! Кавинский… Ох, бедный-бедный Кавинский… Мальчишка так испугался тебя, что смог взрастить в себе плацебо. Некая… душа. Чувства и эмоции… Но это эфемерно. Чувствами и эмоциями чисто физически невозможно повлиять на вкус.
— Правда? В таком случае, как ты объяснишь вкус моего борща?