Час волка

Глава 34

Оранжевый, октябрь 2016 года

Объединённая оперативная группа по борьбе с терроризмом состояла из сотрудников MPD и ФБР. У них было отдельное здание в пешей доступности от мэрии. Едва Кей вошла в приёмную вместе с Уокером и Хансоном, она сразу заметила, что это место во многом превосходит их собственный отдел, — а когда они вошли в хорошо освещённый конференц-зал, где уже сидели восемь человек, она отметила, что костюмы и одежда присутствующих здесь тоже были более высокого качества.

После быстрого знакомства она узнала, что четверо из них были сотрудниками MPD, двое — из ФБР, а ещё двое представляли службу безопасности самого мэра.

— Спасибо, что так быстро прибыли в офис JTTF[37], — сказал Тед Спрингер, на котором был костюм в тонкую полоску в стиле Уолл-стрит вместо стандартного безликого чёрного костюма агента ФБР. Кей сразу поняла, что он назначил себя главным во всём, что должно было произойти. Но Спрингер также понимал, что на данном этапе расследования всей информацией владеет отдел по расследованию убийств, поэтому передал слово Уокеру, а тот, в свою очередь, передал его Кей. У неё не было времени поддаться волнению, которое она иногда испытывала, выступая перед публикой, поэтому она сразу перешла к рассказу об убийстве и покушении, которые, как предполагалось, совершил Томас Гомес, о его поисках и о подозрении, что теперь Гомес нацелился на «Ю-Эс Банк Стэдиум» и мэра Кевина Паттерсона. После её рассказа в зале на пару секунд воцарилось молчание. Затем заговорил Спрингер.

— Значит, этот Гомес уже дважды ускользнул от вас, воспользовавшись туалетами?

Кей заметила скрытую критику, но проигнорировала её.

— Да, — сказала Кей. — Такое ощущение, будто он специально даёт нам знать, где находится, сажает на хвост, а затем исчезает.

— Вы не думаете, что ему просто повезло два раза подряд? Какой мотив может быть у Гомеса для подобной игры?

— Не знаю, — сказала Кей. — Может, он просто хочет передать некое послание.

— И что же это за послание, Майерс?

Кей переглянулась с Уокером, прежде чем ответить.

— Что он — призрак. Что если он захочет убрать Кевина Паттерсона на «Ю-Эс Банк Стэдиум», мы не сможем ему помешать.

— Вы ведь в курсе, что гражданам запрещено проносить оружие на спортивную арену, даже когда там не проводятся спортивные мероприятия?

— Да, — сказала Кей.

— И тем не менее вы всё ещё уверены, будто он считает «Ю-Эс Банк Стэдиум» подходящим местом?

Кей заметила, как Спрингер одёрнул рукава пиджака, хотя тот, как она догадывалась, наверняка был сшит на заказ.

— Да.

— И вы всерьёз полагаете, будто он рассчитывает обхитрить MPD, где только оперативных сотрудников больше тысячи, не говоря уже о ФБР?

— Я не говорю, что он прав, просто, по-моему, именно так он и рассуждает.

— Что ж, мисс Майер, — произнёс Спрингер (Кей заподозрила, что он намеренно опустил букву «с» на конце), — убийства — это ваша забота, за каждым делом стоит куча печальных и банальных историй, а виновные почти всегда оказываются людьми неадекватными. Но террористы, с другой стороны, какими бы безумными они ни были, чаще всего люди рассудительные и с высоким интеллектом, во всяком случае в том, что касается их оперативных методов. Так что если это действительно то, что планирует Гомес, он прекрасно понимает, что, угрожая жизни мэра, навлечёт на себя всех полицейских в городе. Конечно, случаются террористы и с глубокими расстройствами личности, но в большинстве случаев террорист делает всё возможное, чтобы обеспечить успех своей миссии. Грубо говоря, если мы раскрыли план убийства мэра на стадионе, значит, Гомес уже облажался. Это говорит мне о том, что мы имеем дело с дилетантом. Конечно, он всё ещё опасен. Но у нас вполне хватит профессионализма и компетентности остановить его, прежде чем ситуация станет критической.

Что-то в том, как он произнёс «мы», навело Кей на мысль, что «компетентность и профессионализм» вовсе не обязательно распространяются на отдел по расследованию убийств.

— Я понимаю, о чём вы, — сказала Кей, заметив, что её голос прозвучал резче, чем ей хотелось. — Но будь я на месте JTTF, я бы не стала недооценивать Гомеса.

Спрингер тонко улыбнулся.

— Да, но это применимо к большинству вещей в жизни. При борьбе с терроризмом фокус в том, чтобы не недооценивать и не переоценивать противника. У нас попросту нет ресурсов, чтобы отрабатывать каждую угрозу, а значит, сосредоточить усилия нужно именно на реальных опасностях.

— Вроде вегетарианцев на ужине в складчину? — Слова сами сорвались с языка Кей, и тишина в и без того притихшей комнате лишь сгустилась. Несколько лет назад JTTF высмеяли в прессе после того, как вскрылось их внедрение в группу вегетарианцев, собиравшихся лишь затем, чтобы вместе пообедать. И больше ни за чем, как выяснилось позже. Уокер бросил на неё предупреждающий взгляд, и она прочла его безмолвный приказ: не оступайся.

Спрингер повернулся к Хансону.

— А вы что скажете, детектив? Вы разделяете мнение вашей коллеги об этом человеке, Гомесе?

Хансон вздрогнул, явно застигнутый врасплох.

— Хм, — сказал он. Он задумался, сцепил руки за головой в нарочитой попытке казаться расслабленным. — В этом вопросе я скорее согласен с вами, парнями из JTTF. — На его лице расплылась широкая ухмылка. — Я о том, что речь идёт о мексиканце без документов, который ютился в крысиной норе в Джордане. Не очень-то тянет на гения преступного мира, верно?

Никто не рассмеялся.

— Что скажет мэрия? — спросил Спрингер, поворачиваясь к мужчине и женщине, сидевшим дальше за столом.

— Ну, — сказала женщина, блондинка с голубой подводкой для глаз, — позиция мэра предельно ясна: он не намерен отменять своё участие. Если об угрозе станет известно общественности, мы процитируем его слова в официальном заявлении для прессы. — Она надела очки и зачитала с экрана своего компьютера: «...Я сочту это признанием банкротства города, если одному-единственному нелегальному иммигранту удастся помешать мне выполнять мои обязанности демократически избранного мэра». — Она подняла глаза. — Так что, если только у кого-то здесь нет информации, указывающей на то, что за этим стоят какие-то могущественные силы?..

Кей уже собиралась ответить, но осеклась, заметив, как Уокер почти неуловимо качнул головой.

— Хорошо, — сказал Спрингер. — Оценка степени угрозы будет готова через несколько часов, а пока я предлагаю присвоить ей «оранжевый» уровень. Все согласны?