Час волка

Глава 29

«Чувствую себя как Миннесота», октябрь 2016 года

Кей вошла в полупустой спорт-бар, заметила горчично-жёлтое пальто и опустилась на соседний барный стул.

— Извини, — сказала она.

— За что?

— За то, что позволила им так бесцеремонно тебя выставить.

— Ты тут ни при чём. Когда SWAT руководит операцией, правила устанавливают они.

— Я могла бы возразить, но время и место были неподходящими.

— Согласен. Забудь. Ты сделала главное — заставила их выслушать меня насчёт вентилятора.

— Им следовало послушать тебя и заходить сразу же.

Боб сделал глоток виски и кивнул в сторону экрана над барной стойкой, где транслировали выпуск новостей.

— Вон тот Рик на экране только что сообщил зрителям, что MPD умудрилась упустить подозреваемого в убийстве Томаса Гомеса, когда тот был блокирован в общественном туалете.

Кей простонала.

— Думаю, мне тоже не помешает выпить.

Боб подал знак бармену.

— «Джонни Уокер» для леди.

Бармен повторил свой трюк, вслепую выхватив бутылку с полки.

— Неплохо, а? — заметил Боб.

— Натренировался, наверное, — отозвалась Кей, с нетерпением ожидая, пока наполнится стакан перед ней.

— Кстати, — продолжил Боб. — Я тут думал о словах О’Рурка. Похоже, у Гомеса действительно отличная подготовка.

— И что с того?

— Гомес силён и невероятно гибок. Он забрался в эту шахту сам, в то время как О’Рурку понадобилась помощь двух бойцов, чтобы влезть туда. И сделал это так тихо, что никто вокруг ничего не заметил. А перед тем, как спрыгнуть во двор, он, должно быть, повис на кончиках пальцев, подтянулся и головой защёлкнул вентилятор обратно на петли. Ни ты, ни я не смогли бы этого сделать. Да и О’Рурк тоже, несмотря на его отличную физическую форму.

— Ну, некоторые люди просто сильнее других, — пожала плечами Кей. Она осушила бокал, кивнула бармену и указала на пустой стакан.

— Я думаю, Гомес всё спланировал до мелочей. Он тренировался именно ради этой цели. И точно так же, как были тщательно спланированы оба убийства, эта его последняя игра тоже была просчитана.

— Ты так думаешь?

— Неужели ты не видишь? Слишком уж много совпадений. Он оказывается в туалете, вентиляционная шахта которого ведёт в безлюдный задний двор. Вентилятор расположен достаточно высоко, чтобы его не заваривали наглухо против взломщиков, но достаточно низко, чтобы оттуда можно было спрыгнуть — при условии, что ты умеешь правильно группироваться при падении, как десантник. Возможно, он заранее подложил на землю что-то для смягчения удара, какой-нибудь матрас.

— К чему ты клонишь? Что нам нужно искать Томаса Гомеса среди бойцов элитных спецподразделений или полицейских?

Боб достал из кармана вибрирующий телефон и посмотрел на экран.

— Опять Уокер, — вздохнул он, нажал кнопку ответа и поднёс трубку к уху. — Добрый вечер, шеф.

— Оз, — прогрохотал суперинтендант Уокер. — Ты видел сюжет на KSTP?

— А должен был?

— Это шло в прямом эфире, Оз, и тебя там показывали!

— Ну, тогда я его, разумеется, не видел.

— Разумеется? — фыркнул суперинтендант.

— Вы же сами сказали, шеф: это был прямой эфир, а я был слишком занят тем, что сам находился в кадре.

— Я имею в виду — ты видел запись после? Она уже по всему интернету разлетелась!

— Честно говоря, шеф, я понятия не имел, что это интервью. Она ко мне подкралась.

— Какого чёрта ты вообще делал на «Трэк-Плаза»? Ты отстранён, Оз! И ты был пьян, чёрт тебя дери!

— Мне пришлось иметь дело с «Джонни Уокером», шеф. Я выпил. Я пью. Меня отстранили, чёрт меня дери.

В наступившей тишине Боб слушал тяжёлое сопение суперинтенданта. Когда Уокер заговорил снова, тон его стал тише, но не потерял прежней жёсткости:

— Я хочу, чтобы ты держался как можно дальше от этого дела, Оз. Ты меня слышишь?

— Так точно, шеф. Обещаю. Прямо с этой секунды. Мне пора. — Боб нажал отбой.

— И к чему ты должен приступить прямо сейчас? — спросила Кей.

— К поискам Гомеса, — ответил Боб, поднося бокал к губам.

Кей удивлённо приподняла брови.

— Мы закрываемся в десять, — предупредил бармен. — Весь центр закрывается.

— Ладно, — сказал Боб. — Налей нам ещё по две, и мы разойдёмся с миром.

— Кстати, — вспомнила Кей, — в той пузырчатой плёнке кое-что осталось. — Она достала из кармана лист бумаги и развернула его.

— Мишень, — констатировал Боб.

— Думаю, со стрельбища?

— Стрелковая мишень для дистанции в четыреста ярдов.

— Да ну?

— Это видно по размерам. И сделана профессионально. Фирма «Крюгер». — Боб указал на имя производителя, неброско напечатанное вертикально в самом углу.

— Никогда бы не подумала, что человек, который так ненавидит оружие, как ты, столь хорошо разбирается в стрельбе, — заметила Кей.

— Люди многого обо мне не знают, Кей. Я загадка. — Боб взял по стакану в каждую руку и быстро пригубил из обоих по очереди. Ожидаемого смеха это не вызвало.

— Нет, — покачала головой Кей. — Ты просто Боб-на-одну-ночь, ничего загадочного в тебе нет.

Уголки губ Боба приподнялись в улыбке.

— Мой кузен называл меня «Руннбреннер Боб».

Она недоумённо посмотрела на него.

— Это норвежское выражение. Означает бабника. Вообще «руннбреннер» — это большая дровяная печь, которая раздаёт своё тепло множеству людей. Понимаешь аналогию?

— Но ты не можешь дарить тепло, Боб. Потому что внутри тебя ничего не горит.

— Да разве?

— Там темно и холодно, разве я не права?

— «Выгляжу как Чикаго, а чувствую себя как Миннесота»[32], — напел Боб, поднимая стакан в знак салюта.

— Что это?

— Ты не любишь гранж? Ладно, тогда расскажи мне про Чикаго.

— Про Чикаго? — Она осушила бокал. — Я провела детство в Энглвуде, а это совсем не тот Чикаго, о котором тебе захочется слушать.

— Ещё как захочется, чёрт меня дери.

— Нет. Я видела свою мать... — Она закрыла глаза и вздохнула. — Забудь.

— Забудь?

— Это просто алкоголь во мне говорит. Пора ехать домой, кормить кошку.

— Да ладно тебе, Майерс, я же чувствую трещину в твоей броне.

Кей посмотрела на последний стакан перед собой. Он всё ещё был полон.