Час волка

Глава 47

Красный свет, октябрь 2016 года

Боб гнал по шоссе к центру города так быстро, как только осмеливался — и насколько позволял «Вольво».

Он вёл машину одной рукой, а в другой держал телефон. Да, он хотел бы иметь при себе пистолет. Да, хотел бы иметь мигалку Коджака. Да, хотел бы соображать получше и вовремя разглядеть знаки беды. Когда она ответила на звонок, он услышал, что она бежит.

— Что происходит, Кей?

— Я бегу к машине. Я сделала несколько звонков, кое-что проверила, и, похоже, дом в лесу принадлежит группе художников, которые занимаются тем, что называют альтернативной таксидермией. Я только что говорила с одной из них, и она сказала, что после того, как они сняли новое помещение в городе, дом в Сидар-Крик почти не использовался. Я спросила про холодильную камеру, и она сказала, что ею пользовались несколько художников, включая некую Эмили Лунде, владелицу мастерской, где лежит тело.

— Эмили Лунде?

— Живёт в Чанхассене. Прямо сейчас отправляю туда патрульную машину.

— Не надо этого делать. Во всяком случае… пока нет. Она, скорее всего, ни при чём.

— Вот как?

— Она сестра человека, которого мы ищем. Его зовут Майк Лунде. Эмили Лунде прикована к инвалидному креслу, она уже много лет физически не могла бывать в лесу, где нет ни единой тропы. Этой мастерской пользовался именно Майк Лунде.

— Кто такой Майк Лунде?

— Таксидермист. Он всё это время носит маску Томаса Гомеса.

Боб подождал, давая ей время осознать услышанное, пока в её голове выстроится цепочка от тела с содранной кожей к Томасу Гомесу на записях камер видеонаблюдения.

— Господи, — прошептала Кей, словно не смея произнести это вслух. — Ты хочешь сказать, что…

— Да. Он использует лицо и кисти рук Томаса Гомеса.

— Но… где он сейчас?

— Его нет дома, сестра говорит, что он ушёл на работу. К сожалению, мобильник он оставил дома, так что отследить его по сигналу мы не можем. И он забрал с собой винтовку.

— Боже. Он на стадионе. Гомес… или, да, тот парень, которого камеры засекли там вчера на разведке. Он собирается кого-то там застрелить.

— Кого-то?

— Самая очевидная цель — мэр Паттерсон. С минуты на минуту он будет выступать перед шестьюдесятью тысячами зрителей, и это будут транслировать в прямом эфире по телевидению.

Теперь настала очередь Боба сопоставить факты.

— Это Паттерсон, — тихо сказал он. — Его шедевр.

— Что?

— Он сказал сестре, что собирается явить сегодня свой шедевр. Я думал, он имеет в виду того лабрадора, над которым работал.

— Что?

— Майк Лунде собирается увенчать дело всей жизни показом своего последнего шедевра. А показу нужна публика.

Боб услышал, как изменилась акустика вокруг Кей, и понял, что теперь она, должно быть, сидит в машине.

— Дай приметы, — сказала она. — Мне нужно позвонить Уокеру и предупредить их, что они ищут не того человека.

Боб быстро описал Кей внешность Майка Лунде и сообщил те немногие личные сведения, которые у него были. Она повторила за ним, он подтвердил, после чего она повесила трубку.

В субботу машин на улицах было немного, и Боб уже добрался до центра города. Он встал на красный свет. Заколебался. Поворот налево вёл к мастерской, направо — к стадиону. Кей не спросила, почему Боб не упомянул этого Майка Лунде раньше. Может быть, потому, что не было времени. Может быть, потому, что она не хотела знать. В какую бы сторону он ни повернул сейчас, за многое всё равно придётся держать ответ. Но прямо сейчас ему было на это наплевать. Прямо сейчас важно было только сделать правильный выбор, срубить дерево с нужной стороны, а там пусть щепки летят куда угодно.

Свет переключился на жёлтый.