Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 55 из 67

— Ты и есть единственный, — выдохнула Лира обречённо.

Они замолчали. В комнате снова стало тихо. За стеной изредка раздавались вздохи ветра да гудение старой системы очистки воздуха. До неё ещё не добрались руки космического инженера. Где-то там, за бетонными стенами убежища, спали люди. Почему они верили, что она сможет их спасти? Сейчас Холт была обычной девушкой, и лежа в темноте, боялась, что не сможет спасти даже себя.

— Расскажи мне о нём, — попросил модуль.

— О ком?

— О своём сне.

— Элиан, — прошептала Лира после паузы. — Тот псевдо-мальчик. Он душил меня, и я не могла отбиться. Руки просто проходили сквозь него.

— Эта энергия не проявляла агрессии, — сфера качнулась рядом. — Мои датчики не фиксировали угрозы.

— Во сне он был опасен, — Холт сейчас казалась себе параноиком.

— Сны не всегда отражают реальность, — заметил модуль. — Иногда они отражают наши страхи.

— Ты веришь в это?

— Я в это анализирую, — Джан мигнул. — Мои данные показывают, что ты боишься не Элиана. Ты боишься, что не сможешь их спасти.

Лира промолчала. Глаза упёрлись в потолок, а слуха коснулось привычное дыхание Джана. С каждым днём она слышала его всё лучше или просто окончательно сходила с ума. Но это странное чувство ежедневно придавало дополнительной уверенности.

— Спокойной ночи, напарник, — сказала Холт, переворачиваясь на другой бок.

— Спокойной ночи, напарница, — модуль отключил подсветку, чтобы не мешать ей отдыхать. — Постарайся больше так не переживать.

— Хорошо.

Глаза закрылись, и сон пришёл снова. На этот раз тихий, без сновидений. Просто темнота, дарящая покой. Правда среди этого пылал зелёный огонёк, мерцающий в такт человеческому дыханию. Он привычно охранял покой. Это было не только его работой, но и выбором.

Утро сразу не задалось.

Тело болело, как после марафона по неровной местности. Мышцы и суставы напоминали о себе с настойчивостью старых врагов, а те слабостей не прощают. Глаза практически не открывались, веки слиплись, словно кто-то нарочно склеил их с липкой смолой. Мозг не отдохнул. Ворочался медленнее обычного, переваривал обрывки сна, где было много боли и мало ответов.

А ведь сегодня уже повторная встреча с южной группой. На ней Искра обещала передать образцы эйдосов, если тест нейтрализатора пройдёт успешно. Эта информация могла изменить всё или наоборот ничего. Времени оставалось всё меньше. Осознание этого факта давило на плечи тяжёлым грузом. Лира чувствовала, что с каждым часом этот груз становится всё неподъёмнее. По силам ли ей это новое дело? При желании уйти, отпустит ли планета и эти странные разумные энергии?

Эксперт заставила себя сесть. Нельзя раскисать, она же не кисейная барышня. Раскладушка жалобно скрипнула в ответ. Даже металл устал от этой войны. Алисы в комнате опять не было. Приходила ли девушка ночью, чтобы поспать хотя бы пару часов?

— Доброе утро, — Джан парил в правом углу. Зелёный глаз равномерно мигнул, но в его голосе сегодня чувствовалась осторожность. Видимо не хотел раздражать, так как просканировал состояние организма. Или, может быть, просто ждал реакции самой напарницы.

— Доброе, — прохрипела Лира. Её голос звучал намного противнее, будто она всю ночь кричала в пустоту. Впрочем, так оно и было.

— Ты плохо спала.

— Спасибо, что заметил.

— Констатирую факт, — Джан чуть качнулся. — Твой пульс учащён. Давление повышено. Недостаточно отдыха для восстановления психики.

— Знаю, — она потёрла лицо ладонями. — Но времени нет.

— Время есть всегда, — модуль приблизился. — Вопрос в том, как его использовать.

— Сейчас — использовать на сборы, — ответила Холт, вставая. — Встреча через четыре часа. Нужно подготовить флайдеры, проверить оборудов…

— Я уже всё проверил, — сфера оказалась совсем рядом, перебивая. — Не забывай, что у тебя есть я, и остальные тоже не бесполезны. Они умнее, чем кажутся. Твоя задача — привести себя в порядок и поесть.

— Не чувствую голода.

— Это не правда, — не сдавался модуль. — Марта оставила завтрак. Она расстроиться, если не поешь.

Лира вздохнула. Спорить с Джаном, когда он включал режим заботливой наседки, было бесполезно. Она знала это по опыту. Поэтому просто натянула куртку, зашнуровала ботинки и вышла в коридор, где уже пахло нехитрым завтраком и травяным чаем.

— Ты не ответила, — продолжил Джан, когда они двинулись в сторону столовой.

— На что?

— Хорошо ли ты спала.

— Будто ты не знаешь, — буркнула Холт.

— Знаю, — согласился модуль. — Но я хотел услышать от тебя правду.

— Зачем?

— Чтобы ты признала, что не железная.

Девушка остановилась. Посмотрела на сферу, зависшую у плеча. Зелёный индикатор одиночно мигнул, спокойно глядя прямо в светло карие женские глаза. Металлический шар, который никогда не устаёт. Умеет ли он что-то скрывать?

— Не железная, — наконец-то согласилась она, через паузу в тридцать секунд. — Но должна быть.

— Нет, — Джан приблизился почти к её носу. — Ты должна быть живой. Железо можно заменить. Тебя — нет.

Ответа не нашлось. Эксперт только покачала головой и пошла дальше. Действительно нужно позавтракать и собираться с силами перед встречей. Её важность била по артериальному давлению.

В столовой разговор не вязался. Марта поставила перед ней тарелку с кашей п пододвинула кружку с чаем. Лира ела механически, почти не чувствуя вкуса. Глаза уставилась в одну точку, где стена встречалась с потолком. Как странно устроен мир и мозг. Ещё при прибытии тело трясло от авантюризма, а сейчас невидимые клешни сжимали горло. В висках настойчиво стучала мысль, что это дело уровня «Невыполнимо».

С остальными сегодня она или отмалчивалась, или отвечала односложно. Видимо странность поведения гостьи подскочила до отметки «выше нормы», потому что даже Бёрн, обычно не замечавший ничего, кроме своей тарелки, бросил в её сторону беспокойный взгляд.

Когда они садились на флайдеры, съеденная каша встала колом в животе. Как бетонная плита, залитая в спешке. Во рту повис вкус какой-то очередной горькой травы. Марта, должно быть, добавила её в чай для бодрости, но эффект получился обратным. А может сама виновата, ведь забыла добавить таблетку сахарозаменителя в кружку, чтобы разбавить горечь сладостью.