Страница 4 из 67
— А это — не рутина, — она открыла глаза и посмотрела на голограмму, где пустота в центре фабрики смотрела на неё своим нечитаемым взглядом. — Это что-то новое в отличии от стандартной системы и протоколов. Это…
Девушка замолчала, подбирая слово.
— Как наркотик класса В? — подсказал модуль.
— Наркотик? — Лира усмехнулась. — Скорее, как первый глоток «Зеро» после трёх месяцев в ремонтном отсеке. Или как… — она задумалась. — Как тот раз, когда я впервые услышала твой пульс.
Джан ничего не ответил. Эксперт всмотрелась в зелёный глаз. Ближе этой техники у неё никого не было. Люди давно перестали привлекать, как партнёры или друзья. Слишком глупые и погрязшие в рутинных задачах.
— Это хорошее сравнение? — спросил он наконец.
— Лучшее, — ответила Холт с несвойственной ей теплотой. — Потому что тогда я тоже не знала, что происходит. Но чувствовала: это важно.
Эксперт поднялась с кресла и потянулась, хрустнув позвоночником.
— Системы пусть занимаются своим делом, — она направилась к выходу из рубки. — А я займусь своим.
— Каким? — Джан чуть поднялся в воздухе, пытаясь сконструировать путь напарницы.
— Приведу себя в порядок, — Холт остановилась в дверях, обернувшись к сфере. Глаз тнулся на «гнездо» внутри подлокотника. Надо будет проверить сцепление с модулем. — Мы висим над загадочной планетой. Там нас наверняка ждут неизвестные существа, а у меня за шиворотом пыль с реактора. Это неприлично.
— Ты шутишь, — констатировал модуль, исключив вопрос.
— Ни капли, — девушка скрылась в коридоре. Голос её долетел уже оттуда, чуть приглушённый расстоянием: — Если нам предстоит спасать, я хочу делать это чистой.
Внутри сферы тихо мигнуло зелёным с отливом лёгкого голубого оттенка — индикатор ожидания с режимом энергосбережения. Кубышка загудела ровно, перебирая данные, часть из которых поступала к ней напрямую. «Жуки» ползали по ржавым стенам фабрики, практически вгрызаясь в материал. А каким-то из них просто было достаточно выползти на обшивку корабля, чтобы, например, собрать пробы атмосферы.
Лира же стояла под душем, закрыв глаза.
В этой эйфории от новой неизвестной задачи с отсутствием данных — под грудью как обычно свербело нечто. Оно не давало ей покоя последний год, разбавляя прилив текущих эмоций чем-то тёмным.
Джан.
Точнее не он сам. Речь не про неведомый «голос» техники или присутствие, которое она ощущала всегда, даже когда он молчал. А то, что чувствовала к нему. Странная эмоция, переставшая быть просто «инженер и его разработка» или «эксперт и искусственный интеллект».
Она не знала, как лучше это описать. В её словаре не было обозначения для того, что росло в ней годами. С тех самых пор, как впервые услышала его пульс в пустоте между звёздами. Потом медленно пришло понимание, что она перестала засыпать без этого «ритма». А еще позже начала разговаривать с ним не как с инструментом, а как с равным. С тем, кто всегда рядом и никогда не уйдёт. Кто не может уйти, потому что она сама его создала.
Это было неправильно с адекватной точки зрения. Холт знала. Где это видано — любить своё творение? А слышать пульс у нейросети? Где это видано — стоять под душем, дрожа от мысли, что он там, в рубке внутри сферического шара, и не знает, что она сейчас чувствует?
Лира упёрлась ладонями в холодную стену. Наклонила голову, позволяя переработанной уже не один раз воде, стекать по коже, пытаясь согреть тело от зарождающейся лихорадки.
Она не была нормальной.
Знала это давно. Нормальные люди не создают искусственный интеллект, отдавая ему команду действовать вне вбитых протоков. Давая ему право решать, наделяя властью и мышлением. Помимо этого, в нём запрограммирована ещё одна особенность — возможность развиваться. Нормальные люди не называют своё творение «душой». И явно не стоят под душем, сжимая пальцы так, что белеют костяшки, и не думают: 'Если я выйду, он будет ждать. А он всегда ждёт и это самое страшное. А хочет ли? Если бы имел право уйти, то остался бы по своему желанию?
Внутри кипящий котёл, основу которого составляли неправильные мысли. И приправа со вкусом эмоций.
Лира тяжело выдохнула, задумываясь уже о фабрике. Живое здание дышало в такт вспышкам в тумане. Там наверняка есть те, кто ждал тысячу двести сорок четыре года по меркам Вселенной 17. А сколько реальных лет существует это нечто? Вместо холодного и парализующего страха, внутри зарождался… голод.
Не физический. Другой. Тот, что грыз её изнутри всегда. Безопасная жизнь становилась слишком простой и предсказуемой. Он заставлял её лететь в неизвестность, вместо того чтобы вернуться в Улей, выспаться, поменять фильтры и притвориться, что она — стандартный средний инженер.
— Ты ненормальная, — прошептала девушка себе. Женский голос в тесной кабинке прозвучал глухо и чуждо. — Совсем.
Губы изогнулись в улыбке. Кривой, почти болезненной, но с повседневной искренностью. Лихорадка нарастала. Холт чувствовала, как сердце забилось быстрее, разгоняя кровь и тепло по телу. Пальцы впились в гладкую стену, оставляя на ней мокрые следы.
Это всё было неправильно. Но именно это составляло её суть.
Эксперт закрыла глаза и снова услышала пульс Джана. Он всегда такой ровный и уверенный. Даже когда она уходит, модуль остаётся неопровержимой истиной. Будто говоря ей: «Я здесь и жду. Всё будет хорошо».
— Ты врёшь, — прошептала она воде. — Твой стук всегда мне врёт. Почему ты не знаешь, что я…
Она не договорила.
Слова застряли в горле. Такие фразы опасно произносить вслух. Даже здесь одной, зная, что он не может услышать.
Лира резко открыла глаза, с силой раздражённо ударила по двум кнопкам на панели. Вода перестала течь. Тишина кабинки показалась оглушительной после получаса непрерывного шума.
Мокрая с бешено колотящимся сердцем, зато чувствовала себя живой. Как никогда за последнее время.
— Ну что ж, — сказала она в пустоту. — Посмотрим, кто кого.
Два часа спустя. Голова Кубышки.
Лира вошла в рубку, на ходу накидывая старую футболку. Волосы ещё были влажными, но она не стала их сушить. Время, потраченное на фен, можно использовать на данные.
— Что по анализам?
Кубышка отозвалась первой:
— Воздух пригоден для дыхания по основным параметрам. Газовый состав атмосферы: кислород — 20.8%, азот — 78.1%, углекислый газ — 0.04%. Показатели в пределах референсных значений. Температура: –9°C. Влажность: 65%. Давление: 745 мм рт. ст., стабильно.