Страница 5 из 67
— Но? — Лира опустилась в кресло, пальцы вернулись в привычный ритм с механической клавиатурой, разворачивая данные.
— Примеси, — в ровном голосе Кубышки инженер уловила намеренную техническую остановку. — В пробах обнаружены биологические частицы. Их природа… не определена.
Лира замерла.
— Не определена или несовместима?
— Несовместима, — уточнил уже Джан. Почему сегодня его голос меняется чаще обычного? — Я провёл дополнительный анализ. Эти частицы активны. Они вступают в реакцию с органическими молекулами, но не так, как патогены. Они… пытаются встроиться, чтобы переписать днк код.
Девушка медленно выдохнула, собирая мысли воедино.
— Переписать во что?
— Не знаю, — модуль невозмутимо мигнул зелёным глазом. — У меня нет данных.
Она посмотрела на голограмму, где висела фабрика. Туман медленно клубился, поражая своей живостью. А внутри него — частицы. Миллиарды частиц, которые она уже вдохнула бы, если бы вышла наружу без защиты.
— Кука, — сказала холодно, не оборачиваясь к медицинской капсуле. Та занимала угол у выхода узкого помещения головы Кубышки. — Принимай параметры.
Корпус капсулы мягко засветился. Голос у неё был другой — не механический, как у Кубышки, и не живой, как у Джана. Собранно-деловой и спокойный. Иногда складывалось впечатление, что она только что проснулась:
— Данные получены. Образцы загружены. Начинаю моделирование.
— Мне нужна вакцина, — Лира задавала параметры на клавиатуре. — Или нейтрализатор. А ещё лучше понимание, с чем мы имеем дело.
— Понимание будет позже, — ответила Кука. — Вакцина — сейчас. Но…
— Что?
— Эти частицы не являются патогенами в привычном смысле. В отличии от известных вирусов или грибков, эти похожи на биологический конструктор. Они собирают что-то из того, что находят в организме.
Лира почувствовала, как холодок пробежал по спине.
— Собирают во что?
— Неизвестно, — Кука методично перебирала результаты. — Но процесс необратим, если не вмешаться. Я запускаю синтез протектора. Время — двадцать семь минут.
— Действуй.
Холт откинулась в кресле, глядя на голограмму. Теперь фабрика настораживала. Тут могли производить и биологическое оружие в том числе. Мурашки на руках появились от неприятного ощущения, что частицы там буквально перестраивают живые организмы.
— Кука старше Кубышки, — вдруг сказал Джан.
— Что? — Лира повернулась к сфере.
— Кука. Ты купила её на распродаже медицинского оборудования. Семь лет назад. Или восемь? — голос его стал чуть задумчивым. — Кубышка тогда ещё не была Кубышкой. А Кука уже была Кукой, только без наворотов от крутого Эксперта по системным отказам. — Холт усмехнулась. Неожиданно не к месту, но тепло.
— Ты помнишь распродажу медоборудования?
— Я помню всё, что связано с тобой, — нейромодуль приблизился к плечу. — Ты перепрошила её, научила работать с тем, с чем она не должна была уметь работать. Капсула не жаловалась. Уровень технологического развития данного устройства не располагает навыками обратной связи.
— Ты тоже не жалуешься, — фыркнула Лира.
— Я жалуюсь, — возразил Джан. — Ты просто не слушаешь.
Кука в углу рубки мягко мигнула жёлто-зелёным — индикатор синтеза.
— Медотсек и корабль — продолжил модуль. — Просто делают своё дело. Без лишних вопросов.
— А ты с вопросами, — девушка посмотрела на сферу.
— Я с вопросами, — согласился Джан. — Потому что я не Кука. И не Кубышка.
— Знаю, — тихо добавила Лира. — Ты — это ты.
Они затихли. Корабль гудел ровно, фиксируя новые данные. Капсула мигала своими огоньками. Джан молчал, но Лира продолжала слышать его, как будто нейро протоколы делились на двоих.
— Двадцать семь минут, — эксперт снова вернула взгляд на экран. — Потом попробуем выйти.
— Принято, — АН-МКР-08 опустился чуть ниже.
Она взяла сферу в руки, поднося к лицу. В сером корпусе мерцал зелёный огонёк — индикатор того, что он слушает и ждёт распоряжений. Пальцы провели по почти гладкой поверхности. Только кое — где ощущалась шероховатость стыков материала, которую она намеренно не стала шлифовать.
— Ты идёшь со мной — безапелляционно заявила девушка.
— Я всегда иду с тобой, — Джан не двигался в её руках.
А потом добавил, и Лира готова была поклясться, что в его голосе прозвучало что-то очень похожее на усмешку:
— Тем более что выбора у меня всё равно нет.
— Это ты сейчас фыркнул? — спросила Холт, поднимая сферу на уровень глаз.
— Я не могу фыркать, — голос Джана снова был ровным, но она слышала в нём то, что называла «упрямством». — У меня нет для этого физиологических структур.
— А что это было?
Пауза.
— Модуляция голосового канала, имитирующая звук, который ты, вероятно, идентифицируешь как выражение скепсиса, — сказал Джан. — Если это можно назвать «фырканьем», то… да. Я фыркнул.
Кука загорелась ровным зелёным светом.
— Синтез завершён. Протектор готов.
Лира подошла к медицинской капсуле, чтобы взять шприц с тонкой иглой. В прозрачном корпусе пузырилась мутноватая жидкость желтого глубокого цвета.
— Долго действует?
— Двадцать четыре часа, — Кука всегда уверена в своих изобретениях. — Рекомендуется обновлять дозу каждые двадцать часов при нахождении в среде.
— Двадцати хватит, мы только на пробную вылазку.
Эксперт закатала себе рукав, ввела иглу в вену на сгибе локтя. Жидкость пошла холодно с неприятными ощущениями, разливаясь по руке. Она замерла. Создавалось впечатление, что протектор растекается по телу и встраивается в кровь, наполняя каждую клетку.
— Готово, — капсула на экране приняла данные эксперта через протектор. — Защита активна. Помимо этого, я смогу отслеживать показатели и вмешательство неизвестных биологических частиц, чтобы составить дополнительный анализ удалённо.
Лира кивнула по инерции, опуская рукав, и отошла к шкафу с экипировкой. Стянула через голову старую футболку. Та пахла озоном, машинным маслом и потом. Зачем она снова нахлобучила её после душа? Вещь полетела в угол. Вместо этого достала чистую белую майку. Плотную, чтобы обтягивала торс.