Страница 128 из 197
– Не выйдет. Даже если кто-то из поставщиков и отвалится, я сумею найти других. Сейчас это не проблема. А что касается клиентуры, то в Романовце нет аналогичного места, чтобы отдохнуть. Заводские Филатову, может, и боятся, но не настолько, чтобы отказываться от кружечки пенного после смены. Эта фурия берет на понт, и, пока ее слушаются, все выходит так, как она хочет. В конце концов, кто-то же должен поставить ее на место? А кто, если не мы?
– Я рада, если все так, как ты говоришь, но все же мне страшно…
– Не верю! Ты просто не можешь бояться! То, как ты разговаривала с этой гадиной, как вела себя… Такая уверенная и дерзкая! Если честно, я тобой восхищен. Мне казалось, что мы завалимся к Филатовым, осыплем ругательствами, может, даже обматерим и все. А тут… Маркова – ты супер! А бояться эту грымзу…
– Нет, дурачок, я боюсь не Инну Михайловну, мне страшно за тебя, – улыбнулась я.
– За меня? – кажется, Илья по-настоящему удивился.
– Ты столько для меня сделал, а я… Если эта женщина решит тебе насолить…
– …То мы вместе что-нибудь придумаем.
Илья взял меня за руку, и я почувствовала приятное покалывание в ладони. Мне было хорошо и спокойно. Если бы растянуть это мгновение…
– Нужно возвращаться в пекарню. Лиска, наверное, меня потеряла. Ей еще уроки учить, вряд ли она сейчас этим занимается.
Илья отпустил мою руку, а я сжала ее в кулак, чтобы сохранить его тепло.
***
Вернувшись в пекарню, я немного успокоилась. Мама больше не плакала и суетилась на кухне, Маша обслуживала гостей, а бабушка помогала Алисе с уроками.
– Папа, я сделала математику! – радостно воскликнула малышка, поднимая вверх тонкую тетрадку. – И упражнение по письму, а сейчас мы с бабушкой Лизой читаем!
– Видишь, а ты переживал, – шепнула я Илье.
– Елизавета Павловна, спасибо! Как вам удалось усадить Лиску за уроки?
– Мы попили чай с пирожными, а потом решили не терять времени и, пока вас нет, сделать уроки. Так остальной вечер будет свободен, и Алиса сможет поиграть.
– Бабушка, как мама? – негромко спросила я, заглядывая на кухню, где она хлопотала.
– Нормально. Мы решили продолжить работу, пока у нас есть и готовая выпечка, и продукты. Закрыться еще успеем.
– Алиса, мне звонит Таисия Максимовна, – вдруг сообщил Илья, доставая из кармана жужжащий телефон. – Я должен о чем-то узнать до того, как ей отвечу?
Мы с Алисой испуганно переглянулись. Видимо, учительница все-таки решила меня сдать. Как же не хотелось снова ссориться с Ильей, особенно сейчас, когда наша дружба крепла.
– Нет, папочка, – тихо проговорила девочка и опустила взгляд на свои ботинки.
Илья ей явно не поверил и с телефоном у уха вышел из пекарни.
– Эви, может быть, Таисия Максимовна хочет сказать что-то другое? – с надеждой в голосе обратилась ко мне малышка.
– Не уверена, – вздохнула я и присела рядом с Алисой. – Боюсь, сейчас мне влетит от твоего папы.
– О чем речь? – вмешалась в разговор бабушка.
– Эви накричала на мою учительницу, а она вот теперь звонит жаловаться папе, – пролепетала Алиса.
– Ты? Накричала? – удивилась бабушка.
– Это долгая история, но она заслужила: хотела проигнорировать, что Алису обидели. Правда, я слегка переборщила с выражениями…
– Ну, я думаю, Илья поймет. Тем более, ты защищала его чудесную дочь, – бабушка легонько ущипнула девочку за щеку, и та захихикала. – Она очаровашка.
– Да, бабуль, я хотела у тебя спросить: почему, когда все это приключилось с пекарней, ты позвонила именно ему? Почему не мне?
– Линочка, есть вещи, в которых лучше разбирается мужчина. В нашей семье остались только женщины, но у тебя такой замечательный молодой человек. Маша рассказала, как много он для нас сделал.
– Все-таки тебе следовало сначала поговорить со мной…
– Лин… – бабушка взглянула на Алису, которая с интересом нас слушала. – Милая, сходи пожалуйста к тете Гале и попроси у нее стакан воды. Мне нужно запить таблетку.
– Таблетку?! – встревожилась я.
– Все в порядке. Мои обычные витамины, – бабуля мне подмигнула и, дождавшись, когда Алиса уйдет, продолжила: – Лина, я знаю, что у тебя были какие-то непростые чувства к тому парню, с которым ты встречалась в юности. И не просто так его мать нам так нагадила. Но, скажу честно, я рада, что сейчас ты с Ильей. Он хороший парень, и сразу видно, как тебя любит.
– Он любит не меня, а девушку, которая погибла, – горько усмехнулась я. – Мы друг для друга, скорее, как лекарство от разбитого сердца, но это не любовь.
– Хм… Мне кажется, ты ошибаешься на его счет. Ну, время покажет.
Илья вернулся в пекарню, но по выражению его лица я не смогла понять, сильно ли он на меня злится. Он сел на стул, который пару минут назад занимала его дочь, и покачал головой.
– Таисия Максимовна говорит, что звонила родителям Паши Петрова, и те обещали наказать сына. А потом она спросила, будешь ли ты этим довольна. – Илья сурово посмотрел на меня. – Ничего не хочешь рассказать?
– Нет, – резко ответила я и закусила губу.
– А все-таки придется, – Илья закинул руку на спинку моего стула, и я почувствовала себя в ловушке.
– Я не могу.
– Лина, что за детский сад?! – не выдержал Романов и повысил голос. На нас обернулись гости, но он не обратил на это внимания. – Что ты устроила в Алисиной школе? Разборки с пятиклассником? Я же тебя просил…
– Алиса, детка, иди скорее сюда, – перебила его бабуля, завидев Алиску со стаканом воды. – Послушай, твой папа спрашивает у Эвелины про то, что случилось сегодня в школе. Лина ни в чем не призналась, но мне кажется, вы обе должны все ему рассказать.
– Я упала, – виновато проговорила Лиска.
– Да, знаю. И испачкала пуховик, – нетерпеливо сказал Илья.
– Меня дернул за рюкзак Пашка Петров, поэтому я упала. Потом Таисия Максимовна стала меня ругать, потому что я бежала по лестнице, а Эви… Эви на нее накричала, что виноват Пашка. Тогда Таисия Максимовна тоже накричала. Потом они с Эви вышли из медкабинета, и там кричали. Но Эви не виновата. Ее нельзя ругать. Это все Пашка. Вот. – Алиса так тараторила, что совсем запыхалась и пыталась отдышаться.
– Медкабинета?! – перепугался Илья, и я поспешила его успокоить:
– Все в порядке, только ушиб.
– Потому что на мне был пуховик, – добавила Алиса.
– Я дала маху, признаю… Извини, Илья.