Страница 27 из 85
— В смысле — из-под машины? Ты что, зараза бестолковая, не можешь за дочерью усмотреть?! — Тонконогов наотмашь ударил Катю, и та, пошатнувшись, успела схватиться за угол шкафа, чтобы не упасть.
— Дима, не надо… — всхлипнула она и закрылась рукой от нового удара, а голове мелькнула мысль "Опять. Я опять всё делаю не так" .
— Папа! Папа! — маленькая Элина распахнула дверь комнаты и подбежала к отцу, протянув руки вверх. В них был зажат альбомный лист с рисунком: домик, мама, папа и девочка. Дмитрий поднял дочь, посмотрел на рисунок внимательно и улыбнулся, крепко обняв Элину.
— Что ты хотела, моя девочка?
Эля залопотала что-то ему в ухо, потряхивая перед глазами рисунком, потом счастливо рассмеялась и, обняв за шею, поцеловала отца в щёку. Злость сошла на нет: дочь отрезвляла его вспыльчивый характер моментально.
— Давай так: ты сейчас сходишь к няне Любе, отдашь ей твой рисунок, а я его потом посмотрю внимательно. А мы с твоей мамой ещё немного поговорим, — Тонконогов поцеловал Элю и спустил на пол. Малышка убежала, а Катя сползла по стенке шкафа на пол и заплакала.
— Хватит ныть. Сама виновата! Я сказал тебе, что если ты ещё не в состоянии смотреть за Элиной, то и нечего с ней таскаться куда-то! Есть нянька! Пусть и смотрит!
— Я видела Германа. Он жив! — сквозь слёзы проговорила Катя.
— Что ж ты к бывшему мужу не кинулась? Или стыдно стало за то, что сделала? — криво ухмыльнулся Дима.
— Он не помнит ничего, он так сказал. Даже не узнал меня и про Элю ничего не спросил!
— Да, я знаю всё. Где только черти его, козла, три года носили?!
— Откуда ты знаешь? — Катя удивлённо посмотрела на мужа. — И давно? Почему мне не сказал?!
— Что за допрос? — рявкнул Дима. — Твоё дело — сидеть и никуда не высовываться. Если б не твои слёзы-сопли, Герман рыб кормил бы в пруду, а ты была бы счастливой и богатой вдовой законно. И мне не пришлось бы потратить кучу бабла впустую! А так… свалилась на мою голову, теперь за тобой разгребать…
— Ну я ж хотела как лучше…
— Что лучше?! Что ты хотела лучше? Лучше стало, я тебя спрашиваю? — Дмитрий снова закричал, схватил её за руки и потянул вверх. Катя попыталась подняться, но ноги не слушались.
— Дим, пожалуйста, не надо! — едва прошептала она, сдерживая слёзы боли. Услышав этот шёпот, он немного охладил пыл и отвернулся.
— Хотела она! — пробурчал он себе под нос. — Просто не попадайся мне на глаза, а с Элиной пусть Люба гулять ходит. Сиди дома, не светись.
Катерина осторожно поднялась и, держась за стенку, пошла в зал, едва передвигая ноги.
— Ты даже идти толком не можешь, как бабка шаркаешь! Бесишь! — рявкнул ей вслед Дима. Она остановилась и оглянулась. Жалела ли она сейчас обо всём? Да. Жалела, но исправить ничего уже нельзя. Метнув гневный взгляд на мужа, она отвернулась и в спину услышала:
— Морду свою иди закрась пудрой, синяк спрячешь! И сиди дома, не светись нигде!