Щупальца и приливы

17

.

Кар

а

Я смотрела, как он уходит, отслеживая каждый шаг, уводивший его из моего коттеджа и из моей жизни навсегда. В ту же секунду, как он скрылся из виду, я захлопнула дверь, и ноги почти сразу подкосились. Я осела на пол прямо посреди гостиной, окружённая остатками того, что едва не стало концом всего.

Грудь тяжело вздымалась, пока я пыталась вздохнуть. А затем хлынули слёзы.

— Я… — со сдавленным смешком выдавила я. — Я свободна.

Эти слова казались нереальными, словно стоило мне произнести их слишком громко, как что-то с грохотом вернётся и снова отберёт их у меня. Всхлип вырвался из груди, и я прижала ладонь ко рту, пока всё вокруг рушилось разом.

Годы страха, постоянной слежки, контроля и жизни взаперти — всё это просто… исчезло.

— Кара…

В следующую секунду рядом оказался Октавиус: он опустился передо мной на корточки, бережно положив руки мне на предплечья, словно не зная, как ко мне прикоснуться: — Ты в порядке?

Я быстро закивала, смеясь сквозь слёзы.

— Я свободна, — повторила я, потому что это было единственное, за что цеплялся мой разум. — Я не могу… я не могу в это поверить.

Что-то в выражении его лица смягчилось, когда он осознал мои слова, а затем он поднял меня на ноги, и его щупальца обвили меня так, будто он думал, что я снова рассыплюсь на кусочки, если он не удержит меня.

— Не стану врать, — признался он, издав тихий смешок, — в какой-то момент я начал всерьёз беспокоиться.

Я отстранилась ровно настолько, чтобы взглянуть на него; брови слегка приподнялись, несмотря на всё ещё бушевавшие во мне эмоции.

— Почему? — мягко поддразнила я. — Сомневался во мне?

— Дело не в сомнениях в тебе, я просто не доверял ему. А когда ты продолжала сбрасывать отличные комбинации…

— Видишь? — тут же перебила я, и улыбка пробилась сквозь слёзы. — Ты всё-таки разбираешься в хороших комбинациях.

Он рассмеялся:

— Полагаю, ты меня кое-чему научила.

— Да уж, — шмыгнула я носом, вытирая лицо тыльной стороной ладони, — я временами произвожу неизгладимое впечатление.

— Ты производишь его вообще всегда, — ответил он, протягивая руку, чтобы стереть оставшиеся слёзы с моих щёк.

— Спасибо, что пришёл мне на помощь, — сказала я, всё ещё немного задыхаясь, — но почему ты пришёл так рано? Откуда ты вообще узнал, что что-то не так?

— Я не знал, — признался он. — Зато знала Мина. Она упомянула, что в город заявился кто-то и расспрашивает о тебе, а ты ведь знаешь, какая она. — Он усмехнулся.

Ну конечно же. Королева сплетен Бухты Полумесяца.

Я издала короткий смешок, переводя дыхание:

— Да уж… знаю.

— К тому же тот вечер в суши-баре, та официантка… мне всё это сразу показалось подозрительным. А через несколько дней в городе объявляется таинственный незнакомец с расспросами? Я просто почувствовал неладное. И когда я посмотрел в сторону твоего коттеджа и увидел, что кто-то поднимается по тропе, я понял: дело плохо.

Я не раздумывая шагнула вперёд, обняла его за шею и прижалась крепче, чем собиралась.

— Спасибо. Не только за то, что успел вовремя, но и за то, что доверился мне и позволил поступить по-своему, но всё равно остался рядом.

Его руки легко сомкнулись вокруг меня, а одно из щупалец привычно и свободно легло на спину, даря то знакомое ощущение устойчивости.

— Разумеется. Ты никому не принадлежишь, Кара. Ты вольна принимать собственные решения. — Его тон слегка изменился, вновь приобретая нотки сухого юмора: — Даже если некоторые из них нелепы.

Я моргнула, отстраняясь ровно настолько, чтобы взглянуть на него:

— Прошу прощения?

— Покупка этого коттеджа, для начала.

Я фыркнула, слегка толкнув его в грудь:

— Эй, вообще-то сейчас он во вполне приличном состоянии!

— Ага, благодаря мне.

— Эй, я тоже помогала! — запротестовала я, чем заслужила лишь насмешливый смешок.

— Ладно, — уступил он, и тень улыбки тронула его губы. — Ты немного помогла.

— Сойдёт и это, — пожала я плечами, но стоило мне это сказать, как груз недавних событий снова навалился на меня. Мои пальцы инстинктивно потянулись к жемчужине на шее, оглаживая её поверхность, пока слова Хьюго и прежние подозрения Октавиуса складывались воедино.

Официантка.

Это она навела его на след, и если она была знакома с Хьюго, то не оставалось сомнений: он рассказал ей, кто я на самом деле… вернее, кем я не являлась.

— Так, — медленно произнесла я, когда прежний прилив адреналина начал спадать. — Я знаю, что сейчас нахожусь на волне победной эйфории, но у нас всё ещё есть большая проблема.

— Какая? — спросил он, и выражение его лица мгновенно посуровело.

— Та официантка. Она знает, что мне здесь не место. И если она расскажет кому-то ещё…

— Я уже говорил тебе, — перебил Октавиус. — Я никому не позволю причинить тебе вред. И если для этого мне придётся запугать городской совет, чтобы тебе разрешили остаться, я это сделаю.

Короткий смешок сорвался с моих губ вопреки всему:

— Спасибо, но не думаю, что это так работает. — Я оглядела коттедж, затем снова посмотрела на него, когда реальность вновь дала о себе знать: — Чисто технически я даже не могу получить здесь гражданство, не говоря уже о владении недвижимостью в городе, к которому я не принадлежу.

— Ты принадлежишь мне, — тут же ответил он. — И я позабочусь о том, чтобы они это уяснили.

— Но разве это что-то изменит? Только потому, что мы встречаемся? Должно же быть что-то ещё.

Октавиус замолчал. Это не было привычным напряжённым, контролируемым молчанием — в нём сквозило нечто более мягкое. Нерешительное. Что, исходя от него, даже слегка настораживало.

Я прищурилась, глядя на него:

— Что?

Он на миг отвёл взгляд, словно решая, стоит ли говорить, а затем медленно выдохнул:

— Ну, — произнёс он, потирая затылок жестом, казавшимся странно человеческим для существа с восемью дополнительными конечностями, — ты права. Тут есть кое-что ещё.

Ну ещё бы.

— Всегда есть что-то ещё, — пробормотала я. — Говори.

Его взгляд вернулся к моим глазам, и впервые за всё время нашего знакомства я была готова поклясться, что на его лице промелькнуло нечто похожее на застенчивость.

— Мина была не так уж неправа насчёт тех свадебных приглашений, которыми нас подкалывала.