Страница 40 из 61
Глава 9. Чужая версия
Глава 9. Чужая версия
— Главное, что ты от него выбралась, — сказала Дэна и отрезала тесьму чуть длиннее, чем я просила. — Остальное устроится.
Я придерживала конец у края прилавка. Под пальцем остался узелок, которым когда-то связали два отреза. Дэна заметила его раньше меня, забрала ножницы и отмерила заново.
— Этот кусок не считай. Возьми на завязки.
— В каком смысле выбралась?
Она подняла голову.
В лавке, кроме нас, были еще две женщины. Одну я знала по дому Вессаров: она продавала столовое белье, Мерет иногда посылала меня к ней за заказом. Другая ждала у окна, пока Дэна подберет нитки к принесенному воротнику. При моем вопросе обе замолчали.
— Из дома генерала, — ответила Дэна. — Я слышала, ты теперь у Илсы. И комнату сняла.
— Да.
— Ну вот. Живешь как хочешь. А то у таких господ попробуй попроси расчет.
Она свернула тесьму и положила на прилавок. Я посмотрела на ровный белый моток, ради которого зашла сюда в обеденный перерыв. Дома нужно было повесить легкую занавеску: в комнате напротив поселился новый жилец, и по вечерам мне приходилось переодеваться за дверцей шкафа.
Я собиралась купить тесьму, хлеб и вернуться в мастерскую. Разговор о генерале в эти планы не входил.
К тому времени начался четвертый месяц после разрыва. Мы с Эрданом виделись еще дважды. В условленное воскресенье я пришла в ту же малую гостиную. Потом мы договорились о следующей встрече. Оба раза говорили долго, после обоих разговоров мне нужно было немного пройтись одной, прежде чем возвращаться домой.
Здесь об этих встречах никто не знал.
Дэна знала другое. Еще до разрыва я несколько раз задерживалась у нее после покупок и жаловалась. В доме Вессаров меня по-прежнему считали прислугой, я не понимала, кем должна быть за чужим столом, а когда заходили гости, отходила от Эрдана раньше, чем кто-нибудь успевал что-либо сказать.
Я рассказывала об этом так, что Дэна качала головой и наливала мне чаю.
О Лиоре я ей не говорила.
— Он не мешал мне уходить, — сказала я.
Женщина у окна опустила воротник.
— Так ты же сама говорила, что не можешь.
Я узнала ее голос. Она уже сидела здесь однажды, когда я зашла за лентами после неприятного разговора в доме. Тогда мне хотелось, чтобы хоть кто-нибудь сказал: конечно, с тобой обошлись плохо.
— Говорила, — ответила я. — Но не потому, что он запрещал.
Дэна отложила ножницы.
— Нэрис, я не собираюсь лезть к тебе с расспросами. Ты ушла, и хорошо. Никто тебя обратно не гонит.
Мне очень хотелось согласиться. Убрать покупку в сумку, поблагодарить за лишний отрез и сказать, что Илса ждет меня к работе.
Дэна сама предложила закончить разговор. Я могла уйти, не произнеся ни одного нового ложного слова. Она осталась бы уверена, что правильно меня поняла.
— Подожди, — сказала я. — Что именно ты слышала?
— Что он тебя долго не отпускал. Сначала обещал совсем другую жизнь, потом опять оставил при себе служанкой. А когда ты решила уйти, дал понять, что хорошего места больше не найдешь.
Я отпустила край тесьмы.
— Последнего вообще не было.
— Мне так передали.
— Кто?
Дэна посмотрела на женщину со столовым бельем. Та нахмурилась.
— Я сказала, что после такого дома трудно устроиться. Без рекомендации куда пойдешь? А рекомендацию еще надо получить.
— Я ее получила. С его подписью. И все жалованье мне выдали.
Наступила короткая тишина.
Дэна поправила моток, хотя он и так лежал ровно.
— Ну, значит, обошлось. Я рада.
Она говорила мягко. Мне было бы легче, если бы спорила или назвала меня дурой. Тогда можно было бы рассердиться и отвечать, пока хватает злости.
Я поставила сумку на пол.
— Дэна, мы были вместе. Не только работали в одном доме. У нас были отношения, и я обещала ему верность. Мы расстались, потому что я ему изменила.
Женщина у окна перестала перебирать нитки.
Я слышала, как с улицы зовут разносчика с корзиной. Он отвечал кому-то, что сейчас вернется, только донесет товар. Дверь лавки была открыта, и мне захотелось закрыть ее. Я не двинулась с места.
— Ты? — переспросила Дэна.
— Я.
Она посмотрела на меня внимательнее.
— А я думала, у него кто-то был. Или он обещал тебе жениться и передумал.
— Он не изменял мне. И не угрожал работой. Когда мы расстались, я могла остаться на службе. Ушла сама.
— Подожди, — сказала женщина с бельем. — Но ты ведь жаловалась не просто так?
— Не просто. Мне было обидно из-за многого. Только я вам рассказывала то, после чего вы меня жалели. А о себе кое-что пропускала.
У меня пересохло во рту. Я сглотнула, но легче не стало.
— Я могла сказать ему, что меня не устраивает, — продолжила я. — Могла уйти. Он меня не удерживал. Про то, что не давал расчета и собирался мешать мне работать, пожалуйста, больше не говорите. Это неправда.
Дэна медленно кивнула.
— Хорошо. Я не знала.
— Я понимаю.
— Я и тетке твою историю рассказывала. Она сказала, хорошо, что у тебя подруга с мастерской нашлась.
— Илса платит мне за работу. Я сначала проходила пробу.
— Да не об этом я. Я хотела тебя поддержать.
От этих слов мне стало тяжелее, чем от вопроса «ты?».
— Знаю, — сказала я. — Но я не сбежала от человека, который надо мной издевался.
Дэна посмотрела в сторону двери, потом снова на меня.
— Тетке я скажу. И здесь разговор поправлю, если зайдет.
Женщина у окна осторожно положила воротник на колени.
— А тот, другой…
— Про него я говорить не хочу.
Она поджала губы, но больше ничего не спросила.
Я подняла сумку.
— Сколько за тесьму?
Дэна назвала обычную цену. Я отсчитала монеты. Узловатый обрезок она все равно придвинула ко мне.
— Бери. Мне он ни к чему.
Я взяла и его.
На улице пришлось остановиться, чтобы нормально завязать сумку. Шнур никак не попадал в петлю. Я сердито протолкнула его ногтем, потом распустила слишком тугой узел и сделала заново.
До мастерской было недалеко. Хлеб я купила в другой лавке и только у самой двери вспомнила, что хотела еще поесть. Обед почти кончился.
Илса сидела за столом с чашкой. Увидела мой сверток и показала на тарелку.
— Возьми сыр. Я отрезала лишнего.
Я села напротив.
— Ты плакала?
— Нет.
Она подождала.
— Говорила с Дэной, — добавила я. — Оказывается, знакомые думают, что я сбежала от Эрдана, потому что он не отпускал меня со службы.