Страница 17 из 61
Во вторник я уже пыталась объясниться с ним лично, а потом сама осталась. Еще одной встречи я боялась.
Я написала следующую фразу: «Я останусь с Эрданом».
Долго смотрела на нее. Положила карандаш, прошлась по комнате и вернулась к столу. Следовало просто сложить листок и отнести в торговый дом.
Вместо этого я представила Лиора за прилавком. Как он прочтет две строчки, развернет бумагу, проверяя, нет ли чего-нибудь на обороте. Как вспомнит, что я сказала ему во вторник, когда застегивала платье. Возможно, решит, что я все это время смеялась над ним.
Я не смеялась. Мне хотелось объяснить ему хотя бы это. А еще хотелось, чтобы он не перестал думать обо мне сразу после этого письма.
Я взяла другой лист.
«Сегодня не смогу прийти. Здесь еще не все решено. Я помню, что обещала, но прошу подождать до понедельника. В воскресенье передам, во сколько смогу с тобой поговорить. Пожалуйста, не приходи без предупреждения. Мне нужно самой закончить этот разговор».
Прочитав написанное, я заметила, что так и не назвала, какой именно разговор собиралась закончить. С Эрданом или с ним. Лиор мог понять это так, как хотел.
Я оставила фразу без изменений.
Первый лист разорвала и убрала под старые обрезки в корзинку. Второй сложила, подписала его имя и спустилась.
Мерет отправляла мальчишку на рынок. Я дала ему мелкую монету и попросила зайти по дороге в торговый дом. Он спрятал письмо за отворот куртки и спросил, ждать ли ответ.
— Не надо, — сказала я. — Только передай.
Я смотрела, как он выбежал во двор. Теперь у меня оставались пятница, суббота и часть воскресенья. Я впервые считала дни не до встречи, а до момента, когда меня перестанут ждать молча.
Днем Эрдан уехал в комиссию. Я занялась делами, которые действительно требовалось закончить: разобрала чистое белье, отдала Мерет записи расходов, помогла найти пропавшую коробку с застежками. Она стояла на полке, куда ее переставила я сама. Когда Мерет сказала об этом, я начала возражать и замолчала, вспомнив.
— Спать тебе надо больше, — заметила она.
— Я сплю.
— Значит, думать поменьше, пока работаешь. Второй раз за неделю за тобой ищу.
Я извинилась. Она забрала коробку и больше к этому не возвращалась.
После обеда меня попросили помочь разобрать шкаф в малой гостиной. Там хранились вещи для приемов: подсвечники, запасные салфетки, небольшие вазы. Мы с другой служанкой вынули все на стол, протерли полки и стали ставить обратно. Она рассказывала о комнате, которую искала для сестры, и спросила, не знаю ли я, сдают ли еще жилье возле красильни.
— Там холодно, — ответила я. — Лучше не надо.
— А где лучше?
Я чуть не сказала про две комнаты над конторой.
— Не знаю. Надо поспрашивать.
Она продолжила рассказывать, а я взяла следующую вазу.
Вечером я пришла к Эрдану ненадолго. Он вернулся поздно, поужинал и собирался просмотреть с секретарем несколько писем. Я поставила на стол стакан воды, спросила о руке и услышала, что старые перчатки все-таки лучше новых.
— Новые завтра отдам переделать, — сказал он. — Ты была права насчет шва.
Я улыбнулась, хотя он не мог этого увидеть, и коснулась его плеча.
— Не засиживайся.
— Постараюсь. Ты зайдешь позже?
— Если не усну.
Он повернулся ко мне.
— Хорошо.
Я ушла, пока секретарь раскладывал письма. К себе поднялась без всякого облегчения. Никто не помешал мне остаться. Просто я опять воспользовалась тем, что рядом был другой человек.
В субботу Илса прислала весть, что расходная книга готова. Мерет выдала деньги и попросила забрать ее до обеда.
— Посмотри, чтобы все листы были на месте, — сказала она. — Я ей доверяю, но сама потом половину дня буду проверять.
Илса ждала меня с открытой книгой на столе. Обложку она сохранила, только почистила. Корешок стал ровнее, листы больше не разъезжались в руках.
Я перелистала ее, сверяя пометки на полях. Илса стояла рядом и не мешала, пока я не дошла до конца.
— Все? — спросила она.
— Все. Мерет будет довольна.
— Пока не увидит цену.
— Она уже видела. Поэтому послала меня.
Илса рассмеялась и завернула книгу.
— Как насчет вторника? — спросила она. — Ты обещала сказать к выходным.
Я посмотрела на лежавшие у окна заготовки. Их было больше, чем в тот день, когда я помогала ей.
— На следующей неделе не смогу. Прости, что не предупредила раньше.
— Ты предупреждаешь сейчас. Мне этого достаточно.
Я отсчитала деньги. Хотелось остаться и поговорить о чем-нибудь, что не заставит взвешивать каждое слово, но я не могла отнимать у нее время только потому, что сама боялась возвращаться.
— Спасибо за книгу, — сказала я.
— Мерет передай: пусть теперь берет за крышки, а не дергает за верх корешка. И ты тоже.
Я пообещала и понесла сверток домой.
У ворот встретила Эрдана с Брантом. Они как раз вернулись из города. Брант рассказывал о мостовой, которую перекопали возле нужного им здания и даже не оставили прохода. Эрдан слушал с тем терпением, которое я знала: позволял другу договорить, хотя они оба только что обходили эту яму.
Я поздоровалась. Эрдан остановился, Брант забрал у меня тяжелую книгу и отнес ее на скамью в передней.
— Передайте Мерет, что это не я ее туда бросил, — сказал он. — А то в прошлый раз мне пришлось выслушать, зачем у нас стоят шкафы.
Я поблагодарила его.
Брант уехал, не задерживаясь на обед. Эрдан снял перчатки и протянул мне одну из них.
— Эта уже починена. Попробуй шов.
Я провела пальцем по внутренней стороне.
— Мягче.
— Да. Надо было сразу отнести.
Я вернула перчатку и взялась за книгу. Он задержал меня голосом:
— Зайди потом ко мне. Я хочу поговорить.
— Сейчас?
— Отдай Мерет книгу. Потом.
Я кивнула и сказала, что зайду. Прижимая сверток к груди, дошла до бельевой, положила его на стол и только там заметила, что продолжаю держаться за завязку.
Эрдан ждал в кабинете. Я закрыла за собой дверь и подошла к столу. Он предложил сесть, сам остался в кресле напротив. Бумаг перед ним не было.
— Что случилось? — спросила я.
Он немного помолчал.
— У тебя есть другой мужчина?
Я услышала каждое слово. Нельзя было притвориться, что он спросил о работе, усталости или о том, хочу ли я идти на ужин.
— Нет.
Ответ прозвучал быстро. Гораздо быстрее, чем я отвечала в последние дни на простые вопросы о своих планах.