Страница 108 из 115
— Аделина, стой, — Генри напрягся. — На нас напали свои. Какое-то время назад. Не могу точно сказать — я уже тут потерял счёт дням. Нам досталось, но и им тоже досталось. Они не стали нас преследовать. Я думал, не выживу, но ребята, которые «оживают» быстрее, оказали нам помощь. А потом к нам пришёл на переговоры волк Тода — Рой. Он сказал, что они рассказали деревенским про Нолана. И внушили им, что Нолан укусом делает себе подобных. Типа… они выставили всё так, что Нолан нас покусал, и мы все теперь тоже станем монстрами. Рой выдвинул нам ультиматум: либо мы уходим, либо через два дня сюда приходят люди с серебряными пулями и добивают нас. Я решил затаиться. Привести своих ребят в порядок и уже потом решить, что дальше делать, — Альфа сдвинул брови. — Если бы я заявился в деревню, меня могли бы просто убить.
— Это ложь!! — закричала Аделина. — Они наврали тебе!! Они не смогли тебя убить, не могли дальше с тобой бороться, потому что сами были ранены, и придумали ложь, чтобы заставить тебя сидеть в лесу! Чтобы ты не помешал их плану! Тод натравил местных на Нолана, а тебя выставил покойником! Он рассказал всем, что тебя убил Нолан!
— Что?.. — Генри обескураженно вскинул брови. — А где он сейчас, ты знаешь?
— В лесу… — девушка потупила глаза. — Марлен попали в живот. А потом Нолан вышел из себя и набросился на всех… Ты должен вернуться в деревню и показать всем, что ты жив. Люди тебя послушают. А Тод… я не уверена, что он выжил. С ним было очень мало волков. Наверное, они сами не очень-то хотели прикрывать местных.
На секунду Альфа прищурился, глядя на невесту, и замолчал. Та ждала каких-то слов, но вместо этого в воздухе повисла тяжёлая, гнетущая пауза.
— Генри? — тихо спросила Аделина, слегка нахмурившись. Дыхание учащалось само собой. — Ты… ты что, мне не веришь⁈ Ты думаешь, я тебя хочу заманить в деревню или что? Почему ты молчишь?
— Ты… пойми меня правильно, — мужчина тяжело вздохнул. — Я должен быть аккуратен. Если меня убьют, у моих парней никого не останется. Им либо придётся бежать, либо их перебьют следом.
— То есть ты мне не веришь? Мне? Своей невесте? — начинали дрожать губы. — Допускаешь, что я могу тебя предать? Завести куда-то, где тебя убьют⁈
— Верю, — в итоге буркнул Альфа, косясь на остальных.
— Генри… — девушка опустила голову, проглотив ком. Глаза почему-то начинали мокнуть. — Ты мне так и не начал доверять. Хотя я сбежала от родителей, пошла за тобой в лес, не спала неизвестно сколько — просто ради того, чтобы тебя увидеть, помочь тебе. А ты до сих пор сомневаешься в моих намерениях. Ну как так? Ты… собираешься стать моим мужем? Или больше не собираешься? — она шмыгнула носом, затем вытерла его тыльной стороной ладони. — Я знаю, ты обещал моей семье. Но если я для тебя просто формальность, то… мне не нужен такой брак. Прости, но мне не нужен муж, который не верит моим словам.
— Аделина, — Альфа с грустью вскинул брови. — Аделина, ну хватит. Хватит этого всего, вот правда. Я не в себе после всего и просто страхуюсь, — он подался вперёд и обнял девушку, с очередным вздохом опустив лицо ей в волосы. — Извини. Ты мне очень нравишься. Я хочу на тебе жениться. Но я вернусь в деревню только если ты уверена, что меня там не поджидает засада или местные с ружьями. Можешь мне пообещать, что меня не убьют?
— Местные думают, что ты мёртв. Они будут тебе рады, — девушка начала резво кивать. — Но я ничего не знаю насчёт засады других волков. Мне кажется… ничего такого не будет, потому что на них только-только напал Нолан. Не думаю, что они успели прийти в себя. И не думаю, что они тебя поджидают.
— Хорошо. Тогда я пойду, — Генри положил пойманную птицу на пол. — Парни, я вернусь, как только смогу. Готовка — на Джордже.
Его не стали останавливать. Во-первых, потому что решения Альфы обычно не обсуждали, а во-вторых… они попросту устали сидеть в лесу — без нормальной еды, без медикаментов, которые бы сильно ускорили восстановление их тел. Каждый из них надеялся, что Генри вернётся и «заберёт их всех с собой домой». Закончит этот внезапный ад, который им пришлось пережить после предательства своих.
В воздухе пахло хвоей. Щиколотки мочила утренняя роса, когда Аделина вновь вышла наружу. В свете дня лес больше не ощущался таким жутким, хотя это, возможно, из-за того, что монстр этого леса впервые за долгое время был спокоен. С души, наконец, рухнула груда камней, ведь любимый рядом. Не совсем здоровый, но зато живой. Нашёлся. И сестра жива, и муж сестры.
Осталось только закрепить этот факт, ведь местные наверняка испугались Беты, который стал оборотнем-чудовищем и накинулся на них в чаще. Хоть и заслуженно, но… накинулся. И чёрт знает, что злые люди теперь будут думать о нём.
Альфа указал направление.
К дороге они шли молча. Иногда он брал её за руку, иногда неловко отпускал, а затем — вновь брал. На самом деле Генри не то чтобы был романтиком, не то чтобы ощущал влюблённость в кого-то хоть когда-нибудь, несмотря на завидную популярность. Ему нравились женщины, нравились женские тела, запах, но, наверное, не более того. Марлен ему казалась красивой, достойной стать женой. Но Аделина… тоже казалась ему красивой, достойной стать женой. Выбирать между ними для него было всё равно что выбирать между двумя бокалами из одного сервиза.
Правда, ранее Альфа никогда не допускал, что бокал из сервиза может пойти за ним в лес, искать его, не спать ночами, кинуться на грудь, переживать за него. Бокал… на то и бокал, чтобы большую часть времени украшать собой застеклённые полки, а меньшую — служить предметом, из которого пьют крепкий алкоголь. Его назначение простое, понятное и незамысловатое.
Только, возможно, женщина всё-таки не бокал. И даже не обслуживающий персонал.
Иногда с деревьев стекала вода после дождя и капала на голову. Под ногами хрустели ветки, пахло хвоей, а лес всё не кончался.
— Аделина, — мужчина виновато посмотрел на мокрый валежник. — Ты же знаешь, что я женюсь в первую очередь потому, что должен жениться и закрыть долг. Но я…
— Да. Конечно, — она прищурилась и тяжело вздохнула. — Почему ты это говоришь мне сейчас? Ты же сказал, что женишься не только из-за долга. Там, в домике.
— Не только. Ты красивая, и… — Альфа запнулся, но потом стиснул зубы и продолжил: — Но не только потому, что ты красивая. В смысле… я никогда ни в кого не влюблялся. Ни разу. Да, и такое бывает. Но когда мы поженимся… — он беззлобно ухмыльнулся. — Я думаю, я полюблю тебя. Я… чувствую в себе этот позыв. Необычное ощущение.