Открытка с Птичьего острова

– Что за журнал учета? – поинтересовалась Верити.

– Регистрация всех прибывающих и убывающих под подпись, – ответила Клемми. – Наверное, считали, сколько народу посещает остров каждый год. Но ее давно отменили – туристов стало слишком много. Так что мы хватаемся за соломинку.

– И что ты собираешься делать с этой открыткой? – спросила Амелия.

Верити пожала плечами.

– Вряд ли получится выяснить, кто ее отправил и что там была за история.

– Это место, видимо, было для твоей бабушки особенным, если она много рассказывала тебе о проведенном здесь времени.

– Так и есть! Столько лет прошло, а на стене нашей гостиной до сих пор висит картина в рамке – с тупиками. Такая же, как на открытке. И всегда там висела, сколько себя помню.

– Сюжет закручивается! – Амелия прижала руки к груди. – Может, там была запретная любовь – как у Ромео и Джульетты?

– Когда я нашла открытку и поняла, почему мне знакомо изображение, то вынула картину из рамы. На обороте была подпись: «У.» – тем же почерком, что и на открытке, и дата – 1972 год.

– Вот это интрига! – Глаза Амелии расширились.

– И вот я хотя бы побывала на Птичьем острове и влюбилась в него за считаные часы. Получила возможность своими глазами увидеть, почему это место так запало бабуле в душу.

В этот момент ожил микрофон в углу зала. Все трое повернули головы в сторону импровизированной сцены. Там, улыбаясь, стояла Кора.

– Добро пожаловать на вечер открытого микрофона в пабе «Старая посудина». Устраивайтесь поудобнее, наслаждайтесь пивом и зрелищем. Первым выступает стендап-комик, который приехал сюда отдохнуть аж из Корнуолла. Приготовьте ваши руки и тепло поприветствуйте нашего первого артиста – Кэма!

На сцену поднялся уверенного вида мужчина, и паб взорвался восторженными аплодисментами.

Покончив с едой, Верити и Клемми развернулись на табуретах и с бокалами в руках стали смотреть шоу.

– Часто здесь такое устраивают? – спросила Верити.

– Раз в месяц. Очень популярное мероприятие среди местных и туристов.

– Ваш остров полон талантов, – немного погодя заметила Верити, допивая пиво. – Надо сказать, я захмелела. Мне уже хватит.

Как незаметно пролетело время! А ведь ее ждал ранний подъем. Пора было выдвигаться к месту стоянки и хоть немного поспать.

– Вечер великолепный, но мне надо идти.

– Поверь, тебе нужен еще бокал на дорожку, – настаивала Амелия. – Остался всего один номер – тот, которого ждет весь остров… Вон уже и фан-клуб собирается, – кивнула она в сторону распахнувшейся двери. В паб впорхнула стайка хихикающих девиц и направилась прямиком к сцене.

– Фан-клуб?

– Прикатывают сюда из Си-Энда на каждый вечер открытого микрофона.

– Зачем?! – удивилась Верити.

– Не хотят пропускать последний номер, – кивнула Амелия в сторону Коры.

Та подошла к микрофону, и девицы принялись визжать и аплодировать.

– Думаю, последний номер не нуждается в представлении, – улыбнулась ведущая девушкам. – И наш вечер открытого микрофона был бы совсем не тот без автора-исполнителя с Птичьего острова. Поприветствуйте на сцене великолепного и невероятно одаренного Сэма Уилсона!

Верити распахнула рот. Она не ожидала снова увидеть Сэма. Толпа пришла в экстаз, а Верити обернулась к Клемми, поскольку ее внезапно осенило.

– Уилсон. Начинается на «У.». – Ее глаза округлились. – А может ли быть… У Сэма есть родня на острове?

– Не-а, – помотала головой Клемми, – отца нет, а дед трагически погиб еще до его рождения.

– Тогда ладно, – разочарованно сказала Верити. Ее воодушевление по поводу возможного следа моментально сдулось. – Просто подумала…

Она развернулась к сцене, наблюдая, как паб пришел в неистовство. Вместе с визжащим фан-клубом Верити не могла оторвать от Сэма глаз. Она уже оценила, до чего сексуально он выглядит в костюме, однако повседневный стиль шел ему ничуть не меньше, а то и больше. Обтягивающая выцветшая винтажная футболка, подчеркивающая каждый мускул на груди и руках, узкие джинсы и потрепанные мокасины.

– Охренеть, как ему идет эта футболка! Сама сексапильность – да еще и поет! – Верити сама не заметила, что сказала все это вслух.

– Очередная влюбленная туристка, – поддразнила Клемми, пихнув ее локтем.

Взъерошив свои светлые волосы, Сэм уселся на табурет и пристроил гитару на одно колено.

– Некоторым он действует на нервы, но, божечки, он, конечно, супер-секси. Женщины мечтают запустить руки в эту белобрысую шевелюру, – шепнула Амелия.

– Или наложить их на его тело, – поддакнула Клемми.

– В смысле – действует на нервы? – спросила Верити.

Амелия не ответила.

Сэм взял на гитаре аккорд, девицы снова заверещали.

– Его прозвали Гарри Стайлзом

[2]

[Гарри Стайлз (род. 1 февраля 1994 года) – английский певец в жанрах софт– и поп-рок, автор песен и актер.]

Птичьего острова, – ухмыльнулась Клемми.

Сэм перебрал струны и поднял на публику глаза из-под челки. Оглядев зал, он встретился взглядом с Верити, и по ее телу пробежали непрошеные мурашки. Она уже знала, зачем вернется на Птичий остров: возможно, ради офигенно сексуальных голубых глаз, которые сейчас были прикованы к ней. И снова эта кошачья ухмылка, от которой сердце забилось быстрее, чем у гонщика «Формулы–1» на квалификационном заезде.

– Твои фантазии о Сэме Уилсоне написаны у тебя на лице, – съязвила Клемми, явно заметившая, что Верити не отрывала от него взгляда с тех пор, как он вышел на сцену.

– Ну, меня сейчас и правда посещают кое-какие мысли, – со смехом сказала Верити. – Например, сколько нужно тренироваться, чтобы получить такое подтянутое тело?

Она едва знала этого мужчину, однако с того момента, как увидела его у придорожной забегаловки, он все больше занимал ее мысли. Ей хотелось знать о нем все.

А потом он начал петь, и паб стих, зачарованный волшебным талантом Сэма Уилсона. Все взгляды были прикованы к нему. Группа девушек в углу включила фонарики и подняла телефоны, раскачиваясь из стороны в сторону, словно на концерте.

Верити склонила голову на бок и мечтательно приложила руку к груди.

– Он поет для меня!

– Так думает каждая девушка в пабе! – поддразнила ее Амелия.