Страница 922 из 947
Лис зашипел сквозь стиснутые зубы, весь напрягся, и магия вспыхнула ярче, запечатывая трещины, удерживая барьер.
Но я видела цену.
Руки дрожали. Пот катился по вискам, смешиваясь с дождём и морскими брызгами. Дыхание вырывалось рвано, тяжело, и через метку чувствовалась его усталость – глубокая, выматывающая, что наваливалась камнем на плечи.
Он не выдержит долго.
– Огонь! – заорала Рэдли, и её голос прорезал хаос, как удар колокола.
Три пушки выстрелили одновременно.
БУМ‑БУМ‑БУМ – грохот оглушил, палубу окутало дымом от пороха.
Ядра пронзили воздух с воем и врезались в тело змея – одно в бок, где чешуя была светлее, два в хвост.
Коракс взревел от боли и ярости. Чёрная кровь брызнула из ран, зашипела, когда коснулась воды, оставляя дымящиеся следы на поверхности. Запах гнили и серы ударил в ноздри, заставляя желудок скрутиться.
Змей отступил, и щит Лиса рассыпался.
Коракс метнулся влево, обогнул корабль с невероятной скоростью, тело извивалось в воде, готовясь к новой атаке.
– Справа! – крикнула я, чувствуя через метку его намерение атаковать с фланга.
Лис дёрнулся вправо не раздумывая, доверяя моему инстинкту, и белый меч взмыл в воздухе.
Хвост Коракса вынырнул из воды нацелился прямо на Лиса.
Но я была быстрее.
Я метнула нож – не целясь, просто чувствуя, куда нужно, – и клинок вонзился в хвост, прямо между шипов, там, где не было чешуи.
Коракс взвыл, хвост дёрнулся в сторону, промахнулся мимо Лиса на дюйм.
– Хорошая работа, красавица! – крикнул Лис, и в голосе была усмешка, гордость, что‑то тёплое.
Он взмахнул мечом – длинный, изогнутый клинок света рассёк воздух – и лезвие вонзилось в хвост глубже, там, где мой нож открыл рану.
Чёрная кровь хлынула потоком.
Коракс взревел так громко, что стёкла в фонарях лопнули.
Мы двигались синхронно – не думая, не планируя, просто чувствуя друг друга через связь.
Он атаковал – я отвлекала. Я орудовала ножами, он добивал магией.
Когда Коракс кидался на меня – Лис оказывался между нами мгновенно, щит вспыхивал, отталкивал удар.
Когда змей целился в Лиса – я кричала предупреждение секунду до удара, и он уворачивался, словно видел будущее.
Мы были танцем.
Смертельным, отчаянным, прекрасным. Двое против чудовища, что пожирало корабли целиком.
И мы держались.
Фиолетовый глаз сузился, зафиксировался на мне.
И тут раздался крик.
– Эй, уродина!
Джаспер стоял на краю палубы с гарпуном в руках – массивным, тяжёлым, наконечник которого светился алым от рун.
– Попробуй‑ка меня!
Он метнул гарпун изо всех сил.
Оружие пронзило воздух со свистом и вонзилось в шею змея.
Коракс взревел – звук прокатился эхом, заставил само море содрогнуться.
Его тело извернулось, хвост хлестнул по воде, поднимая огромную волну, что накрыла палубу, смывая всё на своём пути.
Джаспер схватился за мачту, удержался, но едва.
– Перезаряжай! – заорала Рэдли. – Ещё гарпун! Живо!
Томас и Грег тащили второй гарпун, пыхтя от усилия.
Змей вырвал гарпун из шеи одним резким движением головы – чёрная кровь хлынула потоком, зашипела на палубе, прожигая доски дымящимися дырами.
– ТВАРИ! – взревел Коракс! – Ты, – прошипел он, и в голосе звучала такая ненависть, что кровь застыла в жилах. – Всё из‑за тебя, человечка. Ты во всём виновата.
Он склонился ближе, и его горячее, влажное дыхание, пахнущее смертью, обдало моё лицо.
– Я убью всех, кого ты любишь, – прорычал Коракс медленно, смакуя каждое слово. – Одного за другим. На твоих глазах. А потом заберу тебя. И ты будешь молить о смерти, но я не дам тебе умереть. Никогда.
– Заткнись, – прошипела я сквозь стиснутые зубы и метнула в него нож.
Бросок был инстинктивным, отточенный годами тренировок в Ордене, когда Изабелла заставляла меня метать по мишеням часами, пока пальцы не кровоточили. Нож вылетел из руки, пронзил воздух серебряной вспышкой и вонзился в морду Коракса – прямо под единственный глаз, там, где кожа была мягче.
Не глубоко. Всего на дюйм. Но достаточно.
Змей вновь взревел, и голова дёрнулась назад, отшатнулась от корабля.
Лис тут же метнулся вперёд с рыком ярости, взмахнул клинком – быстро, точно – и лезвие рассекло морду змея, оставляя дымящийся след и открытую рану на шее. Там, где Джаспер вонзил гарпун минуту назад. Кровь всё ещё сочилась, чёрная и едкая.
Слабое место.
Через метку я послала мысль Лису – не словами, просто образом, ощущением.
Шея. Рана. Добей.
Он мгновенно понял.
Серебряные глаза встретились с моими – на долю секунды, но этого хватило.
– Отвлеки его, – прорычал он. – Три секунды. Мне нужно три секунды.
Я кивнула и побежала – влево, к краю палубы, размахивая руками, крича:
– ЭЙ, УРОДИНА! ПОМНИШЬ МЕНЯ?! ДЕВОЧКУ, ЧТО ВЫРВАЛА ТВОЙ ГЛАЗ?!
Коракс развернулся – фиолетовый глаз вспыхнул яростью, зафиксировался на мне.
– ТЫ УМРЁШЬ ПЕРВОЙ! – взревел он и метнулся ко мне.
Один.
Лис поднял руки, и между ладоней начал собираться свет – яркий, ослепительный, концентрированный.
Два.
Пасть Коракса раскрылась – зубы, ряды зубов, нацеленные прямо на меня.
Три.
– СЕЙЧАС! – заорала я.
Лис метнул копьё света – длинное, раскалённое, сотканное из чистой магии.
Оно пронзило воздух со свистом и вонзилось в рану на шее Коракса – глубоко, по самую рукоять.
Змей взревел – звук был таким громким, что я упала на колени, зажав уши.
Его Тело извернулось, забилось, хвост хлестнул по воде, поднимая огромные волны.
Но копьё держалось. Горело изнутри. Жгло плоть, кости, саму сущность чудовища.
Коракс отшатнулся, но не отступил. Хвост взметнулся из воды, нацелился на Лиса.
– Лис, справа! – заорала я, и голос сорвался на крик.
Он обернулся, но слишком поздно, магия истощена, копьё забрало последние силы – попытался поставить щит, но свет замерцал и погас.
Не успел.
Удар швырнул его через всю палубу – он пролетел несколько метров и врезался в борт с глухим стуком.
– Лис! – вырвалось из горла.
Он упал на колени, держась рукой за рёбра, и кровь потекла из носа и рта – яркая, алая на бледной коже.
Через метку хлынула волна боли – такая острая, что на секунду мир поплыл перед глазами.
Нет. Нет, только не он.
Коракс развернулся ко мне, и пасть раскрылась в подобии жуткой, торжествующей улыбки.