Страница 58 из 947
– Новенькая? – Зеленокожая фейри наклонила голову, голос мелодичный, как пение малиновки. Улыбка была любопытной, не враждебной.
– Похоже на то, – ответила темнокожая фейри у окна, не оборачиваясь. Продолжала расчёсывать волосы. – Король снова нашёл игрушку.
Слово "игрушка" прозвучало легко, обыденно. Как "яблоко" или "стул".
– Она человек, – сказала серебристокожая, прищурив белые глаза. Наклонилась ближе, принюхиваясь. – Вижу смертность. Чувствую запах. Пот. Страх. Кровь под кожей, текущая быстро.
– И некрасивая, – фыркнула блондинка резко, вставая. Шёлковое платье зашелестело. – Обычная. Ничего особенного.
Укол прошёлся по самолюбию – острый, неожиданно болезненный.
– Элария сказала, она особенная, – возразила рыжая девушка тихо, глядя на меня. – Король интересуется ею… больше обычного.
Блондинка развернулась так резко, что коса хлестнула по воздуху.
– Больше обычного? – Голос дрогнул, сорвался на высокой ноте. – Что значит «больше обычного»?!
– Милана, успокойся, – начала брюнетка, подходя, протягивая руку.
– НЕ ГОВОРИ МНЕ УСПОКОИТЬСЯ, СЕЛИЯ! – Милана оттолкнула руку, развернулась ко мне. Сделала несколько быстрых шагов, остановилась в метре. – Кто ты такая?! – Почти крик. – Что в тебе особенного?!
Стражники напряглись за моей спиной. Руки легли на рукояти мечей. Металл тихо зазвенел.
Но не вмешались. Просто наблюдали.
– Я… – Голос застрял в горле, как ком.
– Ты ЧТО?! – Милана шагнула ещё ближе. Глаза горели – слёзы, ярость, отчаяние смешались. – Думаешь, ты лучше нас? Думаешь, он выберет тебя?!
Запах её духов ударил – розы, слишком сладкие, удушающие.
– Милана, хватит, – одёрнула её лавандовокожая фейри, поднимаясь с подушек. Движение плавное, грациозное. – Ты пугаешь девочку.
– ПУСТЬ БОИТСЯ! – Блондинка развернулась к фейри, лицо исказилось. – Мы здесь ГОДАМИ! ГОДАМИ ждём его внимания! А она…
Голос сорвался в рыдание – некрасивое, отчаянное, полное боли.
– Она только пришла… и он уже смотрит на неё по-другому…
Слёзы потекли по идеально красивому лицу, размазывая подводку.
Брюнетка подошла быстро, обняла Милану за плечи, увела обратно на диван.
– Тихо. Всё хорошо, – шептала она, но голос звучал пусто. – Он вернётся к тебе. Всегда возвращается.
Ложь. Даже я слышала ложь.
Милана рухнула на диван, уткнулась лицом в подушку. Плечи тряслись от рыданий.
Тишина повисла тяжёлая, неловкая. Только всхлипы блондинки и тихое позвякивание браслетов, когда кто-то шевелился.
Потом зеленокожая фейри рассмеялась – легко, беззаботно, разряжая напряжение.
– Ну что ж! – Она встала, подошла ближе, протягивая руку. Пальцы длинные, изящные, ногти покрыты золотым лаком. – Добро пожаловать в гарем короля Оберона! Я – Элинор.
Я не взяла руку. Просто смотрела.
Элинор пожала плечами – движение плавное, без обиды. Опустила руку.
– Как хочешь. Стеснительная. – Она обернулась к остальным, улыбка широкая. – Девочки, не пугайте новенькую! Она же ещё не знает правил!
– Каких правил? – Голос вырвался хрипло.
Элинор повернулась обратно, улыбка стала шире, показывая острые, как у кошки, клыки.
– Правило первое – слушаться короля. Всегда. Во всём. – Она подняла один палец. – Правило второе – не ревновать. Его хватит на всех. Или не хватит, но это наши проблемы, не его.
Смех прокатился по залу – нервный, натянутый, фальшивый.
– Правило третье – быть красивой. Всегда. – Элинор показала на себя – на идеальную кожу, волосы, фигуру. – Мы украшения. Трофеи. Цветы в его саду. Должны выглядеть соответственно.
Она подошла ещё ближе, наклонилась. Принюхалась – долго, демонстративно.
Поморщилась.
– Ты грязная. – Констатация факта. – Вонючая. Волосы в узлах. Кожа в поту и пыли.
Она выпрямилась, сморщив нос.
– Не годится. Совсем не годится для короля.
Хлопнула в ладоши – звонко, как выстрел.
– Купальня! Её нужно привести в порядок!
Темнокожая фейри – та, что расчёсывала волосы у окна – отложила гребень на подоконник. Подошла плавно, бесшумно, как кошка. Взяла меня за руку – пальцы тёплые, сильные, но прикосновение удивительно нежное.
– Пойдём, – сказала она низким, бархатным голосом, от которого мурашки пробежали по коже. – Я покажу.
Стражники отпустили мои локти, отступили к дверям. Встали там – неподвижные, как статуи. Руки скрещены на груди. Лица бесстрастны.
Охраняют выход.
Я не могу сбежать.
Темнокожая фейри повела меня через зал. Браслеты на её запястьях позвякивали тихо при каждом шаге – металлический, мелодичный звук. К дальней стене, где за тяжёлой занавеской из бархата цвета изумруда скрывалась узкая дверь.
Мы прошли через неё.
Коридор. Короткий, выложенный голубым и белым мрамором. Стены прохладные на ощупь, когда я провела рукой, пытаясь удержать равновесие. Пахло влажностью, мылом, чем-то цветочным.
Потом ещё одна дверь – из светлого дерева, резная, с узором из волн и рыб.
Она толкнула створку.
Дверь распахнулась – и я ахнула, остановившись на пороге.
Купальня.
Огромное помещение с высокими сводчатыми потолками, откуда свисали цепи с хрустальными светильниками. Свет преломлялся, создавая радужные блики на стенах. Стены из белого и голубого мрамора, покрытые мозаикой – русалки с длинными волосами, рыбы всех цветов, волны, переплетающиеся в вечном танце.
В центре – бассейн.
Большой, круглый, как озеро в миниатюре. Наполненный водой, которая дымилась лёгким паром. Тёплая. Почти горячая. Вода была кристально чистой, с лепестками роз – розовыми, белыми, красными – плавающими на поверхности. Они медленно кружились в невидимом течении.
Вокруг бассейна – низкие столики из того же мрамора. На них – стеклянные флаконы с маслами, разноцветными жидкостями. Губки. Мыло – куски разных форм и цветов, пахнущие мёдом, миндалём, жасмином. Полотенца из мягкой ткани, сложенные аккуратными стопками. Халаты – лёгкие, из тонкого льна – висели на крючках.